Читать книгу - "Гармония клинка и струн - Алёна Алексеевна Казаченко"

по правде, я хотел отыскать отца давно, еще в раннем детстве, но при упоминании о нем у мамы каждый раз портилось настроение. Она часто не могла совладать с эмоциями, но в глубине души любила отца и до последнего дня ждала его возвращения. Я много раз предлагал ей поплыть на материк и найти его самим, но она отговаривалась тем, что у нас нет денег на путешествия. Думаю, она не хотела покидать Туманные острова по двум причинам: из-за привычного уклада жизни и из-за самолюбия. Одного меня она не отпускала: боялась, что со мной что-нибудь случится. Тогда я забыл об этом, но после смерти матери – единственного близкого человека – снова начал размышлять о том, чтобы попытаться найти отца.

То, что я узнал сегодня, выбило меня из колеи, но сейчас мне стало легче. Я переживал, что отец правда бросил маму, что не хотел иметь с нами ничего общего – а он попросил ее уехать, потому что волновался за ее жизнь! Я уверен, если бы не этот проклятый демон и его нити, отец бы приехал к нам. Чудовище украло у меня счастье жить в полной семье, лишило отца. – Юноша хрустнул костяшками пальцев. – Я должен его уничтожить!

Энлэй заметил, что глаза Джигшена сияют слабым белым светом – признак «божественного гнева», и успокаивающе положил руку ему на плечо:

– Мы победим его вместе с учителем Хэ!

Джи покачал головой и, глядя в серебристые глаза друга, твердо сказал:

– Нет, тебе лучше остаться здесь.

Лицо Энлэя вытянулось, он нахмурился и убрал руку:

– Что значит «остаться здесь»?! Мы весь путь проделали вместе, и теперь ты хочешь, чтобы я отсиживался у Юйлань, пока ты рискуешь жизнью в схватке с чудовищем, против яда которого нет лекарства?!

– Мне терять меньше, чем тебе, – глухим голосом ответил Джингшен. – Я прожил достойную жизнь, а ты еще совсем молод.

– Ты что, собираешься умирать?! – возмутился Энлэй. – Когда на нас напали шуйгуи, ты соображал медленнее, чем я. – Он потянулся и слегка дернул друга за рыжий хвост. Джи ойкнул и зашипел. – Я помог тебе, отхватив часть волос, за которые цеплялся мертвец!

– Но ты юн и физически слабее меня…

– Зато я рисую неплохие талисманы, меня даже учитель Хэ похвалил. А то, что я молод, разве так важно? Если всего бояться – ничего не добьешься. Когда я покидал родной дом, мне тоже было страшно: вдруг на меня нападут разбойники, украдут все деньги и мне придется руками ловить рыбу в реке, чтобы не умереть от голода? Я шел с одной цитрой и дорожным мешком за спиной, пока не набрел на хижину рыбака. Обретя крышу над головой, я немного успокоился, а на следующий день пошел в город и сыграл на главной площади. Поначалу на меня никто не обращал внимания, но потом господин Вэй, хозяин «Хаохуа», взял меня на работу. – Музыкант перевел дух и выпалил: – Я хочу сказать, что нужно следовать зову сердца! – Он хлопнул ладонью по груди, сверкнув в вечернем свете глазами. – А мое подсказывает мне не оставлять тебя! Ты не бросил меня в беде, попросил подыскать мне дом на Туманных островах, защитил от отца в Анли – так почему я должен молча сидеть и ждать, когда смогу хоть чем-то тебе помочь? Даже если я окажусь бесполезен в бою – я помогу Лан Хуа.

Потрясенный Джингшен не отрывал от него взгляда. Энлэй почти всегда отличался сдержанностью, но теперь его слова срывались с губ потоками неудержимой, бьющейся о камни реки.

– Спасибо, – только смог выговорить Джи. – Я искренне благодарен тебе за то, что ты не покинул меня – ни тогда, ночью в чайной, ни дома у Цзимина, ни сейчас. Ты даже ушел из Дэнлуна, чтобы проводить меня в свой родной город, хотя мог не ходить. На всем пути мы всегда были вместе: вместе ночевали возле Кровавой рощи, вместе жили в храме Хэ, вместе дрались с цзянши и шуйгуями, вместе узнали подробности о войне за Центральные земли и о личности первого императора Шанлу. Ты прав, – кивнул Джингшен и уверенно улыбнулся. – Мы победим Шелкопряда, а учитель Хэ и Священная жемчужина помогут нам.

Энлэй тоже улыбнулся и спросил:

– Ты не пытался использовать ее?

– Жемчужину? Нет, боюсь ошибиться. Вдруг она выйдет из-под моего контроля и я затоплю плато? Или, еще хуже, устрою обвал? Юйлань от меня мокрого места не оставит.

– Раньше ты был смелее, – без капли иронии сказал Энлэй.

– Я и сейчас смелый, – хмыкнул Джи. – Просто не хочу получить по голове от тысячелетней бессмертной. Ты видел, как она отозвалась о прическе Лан Хуа? Она права, ему нужно привести волосы в порядок, но если бы она сказала такое мне, я бы неделю не находил себе места.

– Услышать критику от изысканной женщины тяжелее, чем от неискушенного мужчины. Поэтому в присутствии учителя Хэ я беспокоился меньше.

– Тогда с Ло Фэй ты точно поладишь! Она никогда дурного слова не скажет.

Кивнув, Энлэй сел на колени и, вытащив из чехла свою цитру, легко провел пальцами по струнам – те отозвались мягкими, как ласковое касание ветра, звуками.

– Я давно не брал в руки цитру. Не против, если сыграю? – спросил он.

– Я скорее буду против, если ты не сыграешь.

Ночь опустилась на землю под переливчатую, звонкую мелодию цитры и шелест лепестков магнолии.

* * *

К часу Крысы Джингшен сидел за столом в гостевой спальне Пагоды Тысячи Созвездий. Небо за узорчатой решеткой окна налилось бархатной синевой, и полумрак комнаты разгонял только огарок свечи на высокой подставке. Огонь отбрасывал уютный оранжевый свет, капли воска стекали на стол.

Юноша в одном халате для сна растирал тушь в тушечнице. Закончив, он обмакнул в нее кисть и принялся обдумывать текст письма Хэ. Генерал не любил избыток подробностей, поэтому Джи ограничился одним листом, написав, что Шелкопряд не покидал пределов Шанлу, а спит под заклятием, наложенным на него Хо Яном, отцом Джингшена. Также он упомянул о Священной Жемчужине и в самом конце отчаянно попросил учителя прибыть в Циановую Оранжерею, ссылаясь на то, что без его помощи им с Энлэем не побороть демона и не освободить Хо Яна. Юноша верил, что бессмертный не оставит их в беде: Хэ как никто другой понимал ценность близких людей.

Отставив пергамент подсушиться, Джи сделал глоток травяного чая и приступил ко второму письму – для наставницы. В нем он подробно описал последние месяцы путешествия, пересказал историю Юйлань и попросил