Читать книгу - "Гармония клинка и струн - Алёна Алексеевна Казаченко"

class="p1">– Скажем, что он сын моего старого друга, тогда не возникнет вопросов. – Юйлань положила одну руку на талию, а другой обхватила подбородок. – Прошу, пока не посвящай Шу Гуан в наш разговор. Она хорошая ученица, я ее очень люблю, но сам знаешь, какая она любопытная. Мне не нужно, чтобы все знали, что в верхних покоях моей пагоды лежит бессмертный.

– Шу Гуан наверняка будет спрашивать о вас. – Лан Хуа повернулся к Джингшену. – Она редко покидает плато, поэтому интересуется путешественниками. Вы ее, пожалуйста, не обижайте, – с виноватой улыбкой попросил он. – Шу Гуан давно не видела родителей, а теперь и меня с младшим братом встречает редко, поэтому чувствует себя одинокой. Если она предложит вам прогуляться или собрать лекарственные травы, вы уж не отказывайте.

Энлэй понимающие кивнул, а Джи с отсутствующим видом скользнул взглядом по алтарю. На столе, под стеной с огромной фреской, громоздились сотни пыльных красных свечей, и десятки ваз с цветами – почти все засохли и осыпались вниз коричневой пылью. Юйлань заметила, что гости разглядывают алтарь:

– В этом зале каждый может поклоняться кому хочет: небожителям, драконам, божественным зверям, духам или павшим воинам. Раньше зал был дворцовым святилищем, но после того как с Хо Яном произошло несчастье, я заперла его и обустроила новый алтарь на нижних этажах. Если захочешь проведать отца, Джингшен, обращайся ко мне, я проведу тебя.

Она прошествовала к выходу, и когда все вышли за порог, вновь приложила руку к двери. Из воздуха появились сверкающие золотыми искрами нити и, перекрутившись меж собой, крепко завязались вокруг дверных ручек. Закончив, Юйлань с уверенным видом повернулась к своим спутникам. Солнце отбрасывало пятна на радужки ее глаз, напоминая свет, проникающий сквозь щели на крышке глубокого колодца.

– Все будет в порядке. Поверьте мне, – улыбнулась она Джингшену. – Сегодня многое перевернулось с ног на голову, а после сильных потрясений нужен хороший отдых. Какой сейчас час, Лан Хуа?

– Час Обезьяны, наставница.

– Самое время для обеда.

Глава 18. Лотос сердца вырастает из грязи страданий

Юйлань попросила одного из слуг – красивого юношу с прямыми черными волосами – накрыть стол на четверых в Зале колокольчиков, где юноши впервые встретились с ней. Скоро девушки в расшитых цветами платьях принесли суп из корня лотоса, обжаренную в чесноке капусту, отвар листьев амаранта с тофу и цзунцзы[65]. Лан Хуа соскучился по кухне Пагоды Тысячи Созвездий и с трудом сдерживался, чтобы не начать есть все блюда одновременно. Энлэй, привыкший к супам и кашам, с подозрением рассматривал незнакомые ему травы, а Джингшен, которого больше занимали мысли о снятии с отца «Двойной печати душ», свойствах Священной жемчужины и Шелкопряде, подперев рукой щеку, равнодушно ковырял палочками острую капусту. Он спохватился только после того, как слуги начали относить тарелки обратно на кухню и Юйлань, поторапливая его, многозначительно кашлянула.

Остаток обеда прошел почти в тишине, один Лан Хуа вполголоса делился с наставницей историями своих пациентов и способами лечения различных недугов. Женщина, делая медленные глотки чая из фарфоровой пиалы, внимательно его слушала и давала советы. Наблюдая за ними, Джингшен с тоской вспоминал о Ло Фэй, о вечерах, когда она перебирала струны гучжэна, а он рисовал алеющие над морем закаты. Джи не писал ей уже два месяца и теперь не знал, как кратко сообщить полученную от Юйлань информацию. Ло Фэй очень поддерживала его в поисках отца, и юноша гадал, что она скажет, узнав, что ее ученику придется вступить в схватку с опасным демоном.

Поблагодарив хозяйку, Джи вышел из Зала колокольчиков вместе с Энлэем и тут же поймал за рукав проходившего мимо слугу, помогавшего накрывать на стол. Тот обернулся, и юношей поразили его удивительные глаза цвета морской волны. Юйлань, питающая слабость ко всему прекрасному и изящному и сама походившая на ожившую золотую статую, не только украшала предметами роскоши пространство вокруг, но и окружала себя красивыми людьми. Слуга представился именем Дахао, и Джингшен попросил его спуститься в Син Юн и принести вещи, оставшиеся на постоялом дворе «Чэн». Энлэй, у которого был ключ от комнаты, вызвался сходить вместе с ним.

Джингшен выбрался из лабиринта коридоров, в которых аромат стоящих в вазах сливовых ветвей смешивался с густым горьким паром, выползающим из-под дверей учебных комнат, и спустился по нефритовой лестнице к тропе, ведущей к озеру Конг. Солнце медленно клонилось к закату, окрашивая мир в оранжевый цвет. Удлиненная тень юноши бежала по тропе, мелькала среди стволов растущих на склоне азалий и падала на луговые травы.

Голова была одновременно пустой и тяжелой. У Джингшена возникли десятки вопросов, но утомившаяся Юйлань пообещала обсудить их с ним завтра. Огонек радости в сердце разгорался, но страх наступал на него со всех сторон, пытаясь потушить. Что, если Хэ откажется покидать лес Вечных кленов и не станет помогать им? А вдруг Священная жемчужина не сработает? А если они не смогут одолеть Шелкопряда и тот снова начнет отравлять людей своими нитями? Освобождение души Хо Яна было меньшей из проблем. Более серьезными были возможные последствия неудачи, за которые Джингшен будет нести ответственность.

С грузом тревожных мыслей – юноша давно не был так напряжен – Джи сел на берегу. Прохладный ветер приносил с собой благоухание магнолии, мерно покачивающейся над головой, и водянистый запах озерных растений. С другого берега доносился плеск волн и скрип весел: пока старый рыбак весь день напролет ловил рыбу, взгляды Джингшена на мир успели измениться несколько раз.

Вечерело. Там, где солнечные лучи освещали волны особенно ярко, вода походила на жидкое серебро, смешанное с золотыми отблесками закатного неба.

– Похоже на волосы госпожи Юйлань, верно? – прозвучал сверху мечтательный голос.

Джингшен, вынырнув из потока мыслей, повернул голову и увидел слева от себя пару кожаных сапог. Через мгновение рядом опустился улыбающийся Лан Хуа.

– Господин Джингшен, вы знаете, почему в нашей Долине столько лотосовых озер? Конечно, лотосы росли здесь и тысячелетия назад. Но когда спустя век после войны за Центральные земли сюда пришла госпожа Юйлань, эти прекрасные цветы стали символами возрождения и солнца. Они олицетворяют ясность ума и уверенное движение вперед. Корни лотоса скрываются на дне, но их стебли пробиваются сквозь ил и толщу воды, чтобы раскрыть свои лепестки под лучами солнца. Так госпожа Юйлань, жившая в деревушке среди болот, смогла изобрести лекарство от болезни, чуть не погубившей Тайксен, и стать светочем для своего народа. Так его величество Топаз, будучи маленьким бродяжкой, смог стать