Читать книгу - "Из рода монстров - Лидия Грегович"

секунду он пожимает плечами, и выражение испаряется, а его лицо – снова нечитаемая маска.

– Вы – Перводочь, моё мнение для кого-то вроде вас ничего не значит.

Я неумолимо качаю головой.

– Но Эймс – вы его недолюбливаете. Или вам, по крайней мере, не нравится моя с ним связь. Я чётко это услышала, когда вы говорили.

Киллиан морщит лоб.

– Я ему не доверяю, – осторожно парирует он. – Это не то же самое. Я… – он быстро обрывает себя, и конец предложения увядает невысказанным. – Не мне выражать своё мнение на подобные темы, – заканчивает он отрывистым тоном, бесповоротным, как пролёт лестницы.

То, как он самоустраняется, задевает меня.

– Не доверяете ему? – рявкаю я, подаваясь вперёд. – А чему там не доверять? В отличие от вас, замечу, Эймс всегда был откровенен со мной.

В ответ на моё обвинение Киллиан напрягается, глаза разгораются как кинутые в топку угли.

– Если вы действительно хотите знать, он, кажется, слишком интересуется тем, что происходит в Норланде, по моему мнению, – горячо отвечает Киллиан, его сдержанность трескается, пусть немного, но достаточно, чтобы по спине у меня пробежала дрожь. – Другие караульные говорят, он не раз навещал Перводочь Эстеллу, пока вы отсутствовали.

– Да, Эсси рассказывала мне о его визитах, хотя в них не было ничего зловещего, – выпаливаю я в ответ, удивлённая тем, как распаляется мой собственный темперамент, вздымается, чтобы столкнуться с его. – Он просто вёл себя дипломатично.

Я усилием воли расслабляю ссутулившиеся в защитном жесте плечи и дышу, чтобы успокоиться.

– Давайте поговорим откровенно, – говорю я, откидываясь назад и встречаясь с ним взглядом. – Дело совсем не в надёжности Эймса, не так ли, Киллиан?

Я получаю нездоровое удовольствие от того, что вижу, как он вздрагивает, когда я обращаюсь к нему по имени, наблюдаю за тем, как рот у него приоткрывается, словно он хватает ртом воздух. Мне доставляет удовлетворение в кои-то веки сбить его с оси, лишить его устойчивости, как он, похоже, постоянно поступает со мной.

Ему не представляется возможности ответить на мою колкость. Не успевает он произнести и слова, как карета останавливается, возница кричит с передка, что мы на месте. Новость о нашем прибытии, похоже, начисто смывает с нас чары, которым мы поддались; на секунду я почти забыла, что мы вообще куда-то направлялись, что вечер не заканчивался отполированными стенами кареты.

Схватив Киллиана за руку для опоры, я ступаю из экипажа на твёрдую землю, впервые глядя на Гнездо с близкого расстояния.

Дом перед нами сродни дворцу в своих пропорциях – в отличие от Норланд-Хауса, который поднимается ввысь, он растянулся на плоской ухоженной земле. На первом этаже по бокам расположены ионические колонны; над ними светятся ряды симметричных окон, рождая картинки ревущих каминов и хорошо отопленных комнат, места, где нет сквозняков и не скрипят двери – без той дюжины болячек, которые множатся, как плесень, на костях моего семейного дома.

На паре колонн, что обрамляют вход, вырезан парад изящных удлинённых форм, которые двойной лозой оборачиваются вокруг них. Хотя отсюда я не могу разглядеть детали, я знаю, что это птицы. Стайка каменных скоп, если быть точной – в честь животных, которые украшают герб Сэйнтов и архитектурной особенности, от которой пошло название имения.

За моей спиной Крессида и Том высаживаются из кареты, Крессида подходит и встаёт рядом со мной. Её платье более тёмного оттенка яркой сливы, нежели моё, отчего её кожа блестит, как сатин.

– Вы помните всё, что мы обсуждали? – безучастно спрашивает она. Когда я киваю, её плечи расслабляются. – Хорошо.

Она резко поворачивает голову в сторону.

– Мистер Брэндон, вы подождёте нас здесь, – Крессида приказывает Киллиану, который задержался подле нас.

Он послушно кивает, не сводя упрямого взгляда с моей свойственницы. Оставив его, мы втроём направляемся к Гнезду. Том только поднимает кулак, чтобы постучать, как двойные двери бесшумно распахиваются – за ними молча стоит дворецкий с лицом хорька.

Не сказав ни слова, мужчина делает нам знак войти. Его молчание вызывает во мне странное предчувствие: укореняющуюся уверенность, что нас ждут уже давно. Как будто все те разы, когда я девчонкой карабкалась на вершины сассекских холмов и глазела на это место, оно тоже смотрело на меня. Ждало того момента, когда я наконец пройду сквозь двери.

Дрожа, я следую за слугой через вестибюль, ненадолго тревогу затмевает восхищение, когда я смотрю на высокие потолки, украшенные изысканными фресками, и гладкие мраморные полы. После нескольких поворотов мы ступаем в роскошную столовую. Висящие на стенах канделябры льют на пол оранжевый свет, глазируя пространство в медовые оттенки. В центре комнаты изящная латунная люстра ещё чётче очерчивает расположившийся под ней стол, мерцающий свет свечей придаёт призрачный окрас бледным лицам собравшихся гостей.

Во главе стола Лорд Йанте элегантно поднимается на ноги, её маленькая фигурка кажется ещё меньше в огромной комнате. Из-за разницы в размерах она должна бы выглядеть незначительной, а на деле величие идёт ей так же, как ребёнку-королю.

– А, Дарлинги! Наконец-то вы прибыли. Как восхитительно видеть вас, дорогие друзья.

Справа от неё Эймс также встает и склоняет голову, вторя приветствию матери. Подняв подбородок, он ловит мой взгляд, щегольски подмигивает, отчего я краснею до корней волос. Я улыбаюсь в ответ, затем смотрю в сторону, когда вижу, что Крессида наблюдает за мной и хмурится, но я не могу прочесть её эмоций.

Подзывая нас одной рукой, Лорд Йанте щёлкает пальцами другой. На этот звук три одетых в чёрное фигуры отрываются от тёмных углов и жучками несутся к обеденному столу. Я вздрагиваю, прежде чем понимаю, что это слуги, одетые в отутюженные накрахмаленные униформы тёмно-синего цвета, а волосы их спрятаны под напудренными белыми раковинами париков. Каждый останавливается подле стула, помогая Тому, Крессиде и мне занять соответствующие места, после чего они удаляются.

Я слежу за ними взглядом. Присмотревшись, я вижу похожие силуэты в каждом уголке столовой – орду наблюдающих глаз и аккуратно сложенных длиннопалых рук.

По спине бежит дрожь отвращения. Я знала, что Кардифф процветает в правление Лорда Йанте, но я не ожидала такого уровня роскоши. Меня это выбивает из колеи, как будто бы я перевернула листок и обнаружила под ним паука – неожиданную угрозу.

Я вспоминаю слова Крессиды: «Йанте Сэйнт – мастер игры». Титул ей идёт; с укореняющейся уверенностью я чувствую, что мой Мэнор только что потерял преимущество.

Прочистив горло, Лорд Йанте вновь взмахивает рукой, и появляются новые официанты, отлепляясь от своих укромных уголков один за другим, как гирлянда из бумажных кукол.