Читать книгу - "Гармония клинка и струн - Алёна Алексеевна Казаченко"

– Боги милостивы к нам, раз они послали такого хорошего целителя! – Старик поднял пиалу над головой. – За здоровье доктора Лан Хуа! Пусть Цзяннан благословляет его в течение всего жизненного пути.

– Интересно, о ком это они говорят? – Джингшен даже отвлекся от проблем с допуском.

– Боги добры, но не забывайте, чьим учеником является Лан Хуа, – вздернув аккуратный носик, звонко заявила девушка, должно быть внучка пожилой пары.

– Как тут забыть, милая! Юйлань не ошиблась, взяв к себе сына крестьян из северной деревни.

Услышав имя бессмертной, Энлэй отставил пиалу с золотисто-зеленым чаем и тоже прислушался к разговору.

– Лан Хуа не только невероятно талантлив и трудолюбив, он еще и красив, – томно вздохнула девушка. – Вот когда состарюсь, буду придумывать себе разные недуги, чтобы он почаще меня навещал.

– Эх ты, – покачал головой ее дед. – Тебе лишь бы глазки строить, а ведь здоровье – дело нешуточное!

– Еще он добр и сострадателен, – продолжила девушка, пропустив слова старика мимо ушей. – Не человек, а небожитель, сошедший на землю.

Джингшен поднялся и подошел к столику, где сидела пожилая пара с внучкой.

– Простите, что прерываю вашу беседу… – поклонился он. – Я прибыл с Туманных островов, в этих краях совсем недавно, и меня очень заинтересовало: о каком лекаре вы говорите?

– Здравствуй, юноша, – улыбнулся старик. – Доктор Лан Хуа – лучший в Долине Лотоса. Его взяла к себе на воспитание госпожа бессмертная, и с тех пор он считается одним из самых выдающихся ее учеников. Тех, кто, по мнению госпожи Юйлань, достигает успехов, нанимают в целители самой Рубиновой императрицы! Но не так давно Лан Хуа покинул плато Тяньшань и поселился в пригороде Син Юна, чтобы лечить нас, простых людей. Нет ни одной болезни, которую бы он не победил!

– А где именно он живет?

– В Циановой оранжерее, на западе. А почему ты спрашиваешь, юноша? Какой недуг тебя беспокоит?

– Да вот иногда провалы в памяти случаются, – пожал плечами Джингшен и, не обращая внимания на изумленные взгляды стариков, вернулся к Энлэю, который все это время слушал их разговор.

Жасминовый чай обладал приятным мягким вкусом и хорошо освежал, но у Джи не было времени им насладиться. Быстро осушив свою пиалу, он наклонился к Энлэю:

– Этот доктор, судя по рассказам, хороший и отзывчивый человек. Отказаться от службы при дворе, чтобы помогать простым людям – надо же! Если мы расскажем ему о нашей проблеме, то он как ученик Юйлань сможет поручиться за нас и провести на плато Тяньшань.

– Но тогда тебе придется упомянуть и о своем бессмертии, – напомнил Эн, разглядывая узоры на пиале. – И он может не поверить или отказаться тратить на нас свое время.

– Ну Энлэй! – простонал Джингшен. – Почему ты такой пессимист? Ты же слышал, как он помог бабушке. С чего ему нам отказывать?

– Бабушке он помог потому, что это его обязанность как врача.

Джи на секунду замолк, раздумывая над словами друга, а потом решительно сказал:

– И все-таки попытка не пытка. Если появился хоть какой-то шанс, почему бы его не использовать? Мы ведь еще не придумали, как получить разрешение от градоначальника. Хватит вертеть пиалу, пошли!

Энлэй цокнул языком и, проглотив остатки чая, направился вслед за Джингшеном к выходу.

* * *

Циановая оранжерея находилась в стороне от Син Юна, недалеко от полей подсолнечника. Тысячи ярко-желтых цветов тянули свои головки к голубому небу, лишь на западе скрытому пеленой облаков. Джингшен, который никогда не видел подсолнухов – только подлунники, – с любопытством рассматривал темные сердцевины в окружении шелковистых лепестков.

Поля заканчивались у подножия холма, и, поднявшись по его крутому склону, юноши остановились у ворот с множеством перекладин и острой темно-зеленой черепицей. По другую сторону простиралась огромная низина, с левой и правой стороны которой ярусами располагалось несколько десятков озер. Даже с высоты было видно, насколько они глубокие. В одних на зеленом ковре из листьев цвели лотосы, в других – кувшинки, в третьих – кристально-чистая голубая вода отливала изумрудным цветом из-за водорослей на дне. Между известняковыми ярусами были проложены дорожки крупной гальки, а в центре пестрели клумбы с красными, желтыми и оранжевыми лилейниками, синими ирисами и лиловыми аквилегиями. На другом конце виднелась маленькая роща и несколько беседок, скрытых в тени деревьев.

Не удержавшись от вздоха восхищения, Джингшен ступил на доски длинного висячего моста и уверенно пошел вперед. Энлэй, потоптавшись на месте, ухватился за веревку и осторожно последовал за ним. Мост доходил до вершины соседнего холма, где в саду с каменными статуями и изящными фонарями стоял большой дом. Загнутая малахитовая крыша нависала над верандой с лакированными колоннами, и казалось, что это не дом лекаря, а обитель сказочной феи.

Джингшен, в нетерпении ускорив шаг, поднялся на крыльцо и постучал в дверь с рисунком в виде раскидистого дерева с толстым стволом. Оба юноши замерли в волнительном ожидании, пока за дверью не послышались торопливые шаги. Дверь отворилась, и у Джингшена от удивления округлились глаза. Перед ними, отряхивая руки от прилипших к запястьям чаинок, стоял мальчик лет десяти-одиннадцати с шапкой гладких черных волос.

– Доктор Лан Хуа?! – Джингшен вскинул брови в изумлении.

Мальчик, приведя себя в порядок, сложил руки и почтительно поклонился:

– Добрый день. Я ученик и помощник господина Лан Хуа, меня зовут Хаожань. Вы пришли на прием?

Джингшен и Энлэй одновременно выдохнули и кивнули.

– Помощник, значит… – пробормотал Джи, испугавшись, что этот ребенок и есть знаменитый доктор. – Мы хотим посоветоваться с доктором.

– Он сейчас дома? – спросил Энлэй.

– Да, но у него пациент. Прошу, пойдемте со мной. Вам придется немного подождать.

Хаожань пропустил посетителей внутрь, и юноши, переступив порог, оказались в просторном помещении. Привыкнув к полумраку, Джингшен разглядел несколько кушеток по бокам комнаты, между которыми внимательный хозяин разместил маленькие шкафчики с книгами, чтобы ожидающие посетители могли занять себя чтением. Пол устилали бамбуковые циновки, а в дальнем углу, возле занимающей всю стену расписанной полупрозрачными, словно сотканными из тумана орхидеями, перегородки стояли две большие кадки: одна – с миниатюрным платаном, а другая – с дланевидным кленом. С зеркал в круглых латунных рамах свисали тыквы-горлянки, в которые обычно наливают воду и лекарственные настои.

– Здесь уютно.

– Хозяин – большой любитель природы, – объяснил Хаожань. – Он считает, что растения помогают человеку обрести гармонию с собой и окружающим миром.

Джингшен повернулся к мальчику и спросил:

– Хаожань, ты еще совсем юный – а уже помощник лекаря. Не тяжело тебе?

– Вовсе нет, – помотал головой мальчик, качнув копной волос. – Господин дает много поручений: убираться в