Читать книгу - "Из рода монстров - Лидия Грегович"

мужчина лет сорока, жилет трещит по швам на выпирающем животе. Он подмечает мой взгляд, быстро кивает и снова переводит внимание на бармена, погружённого в беседу с двумя лесорубами на другом конце стойки.

Я многозначительно смотрю на Киллиана, который поднял голову, заинтересованный появлением мужчины. Он ловит мой взгляд, наклоняет голову вправо, затем влево – «стоит, а может, нет».

Я выбираю «стоит».

– Простите, сэр… пожалуйста, извините, что отвлекаю, – я осторожно хлопаю мужчину по плечу, выдавая, как я надеюсь, разоружающую улыбку – мужчина оборачивается, ноздри раздуваются от удивления. – Простите… я только хотела спросить, не уделите ли вы нам немного своего времени. Видите ли, мы с мужем только прибыли в провинцию и поступили на службу в Норланд-Хаус, – придвинувшись к Киллиану, я накрываю его ладонь своей; он напрягается, но не отодвигается, что я считаю вполне себе победой.

– Мажордом показался нам надёжным человеком во время найма, но он не сильно распространялся о хозяевах дома. Мы надеялись получить… мнение местных, так сказать. Понять, что нас ждёт. – Мужчина по-прежнему сомневается, я многозначительно поднимаю кружку с элем. – Естественно, мы не просим вас отвечать с пересохшим горлом.

Это, похоже, его смягчает; мужчина пыхтит и разваливается на стойке.

– Норланд-Хаус? Хэ, – ворчит он. – Я вам вот что скажу, без всякой платы – лучше вам уехать, пока вы не приступили, если говорить об этой семье.

По коже бегут мурашки от того, как он произносит слово «семья», выплёвывает его, будто оно кусок протухшего мяса у него во рту. Я делаю знак бармену, Киллиан послушно выкладывает очередную монету.

– Почему вы так сказали? – спрашиваю я, когда деньги исчезают в ладони бармена, сменившись кружкой. Я аккуратно придвигаю её мужчине возле нас, тот принимает её без благодарностей. – Дело в том, что мы проделали большой путь и не хотели бы поворачивать без хорошей на то причины. Дарлинги жестоко обращаются со своими слугами?

Он делает большой глоток эля прежде, чем ответить, словно оценивает его качество.

– И не только со слугами, – его ответ расплывчат, но от едва прикрытого презрения в его тоне у меня перехватывает дыхание. – Я не говорю, заметьте, что другие Мэноры лучше. Не знаю, откуда вы родом, но мой свояк – купец из Умбралэнда, и тамошний Лорд тоже кошмар, если не хуже, – он фыркает и презрительно мотает головой. – Самовлюблённые ублюдки. А Дарлинги станут только хуже с этой новой сукой, – он спохватывается, втягивает голову, щёки заливает румянец. – Простите меня, мэм, леди… во главе. Силас считал нас всех псами, тут не ходи к гадалке, но ему, по крайней мере, хватало приличия бросать нам объедки время от времени.

Киллиан сжимает мою ладонь, то ли успокаивая, то ли просто в ответ на речь мужчины, не знаю.

– Что вы под этим подразумеваете? – спрашивает он.

– Его жена была одной из нас – простолюдинкой, как они говорят, – отвечает мужчина. – Артемис. Она выросла в старом приюте «Святое Сердце», прям в этой деревне, – он делает очередной глоток, и я одобрительно мычу, словно глубина его знаний о моей матери меня впечатлила. – Здесь ещё найдутся люди, которые до сих пор говорят о ней так, будто она была истекающим кровью ангелом самого Хранителя Света, но это уже другое дело. Как бы то ни было, Силас, видимо, не мог перед ней устоять, потому что он посылал дары в «Святое Сердце» каждые несколько месяцев даже после её смерти. Еду, одежду для маленьких и всё такое, – он небрежно машет рукой, захваченный течением истории. – Последняя партия прибыла каких-то несколько недель назад. Идиот даже не проверил, работает ли приют, перед тем как доставить вещи. Управляющий помер летом – всё, что Силас прислал, поди, разграбили хулиганы.

Он усмехается, словно его радует мысль о том, что дары моего Отца уничтожили. Я пытаюсь рассмеяться вслед за ним, но звук пустой – фальшивый. Узнать, что Отец поддерживал местный приют, сама по себе новость почти шокирующая, но куда более ошеломляет тот факт, что она держалась от меня в секрете. «Снова благотворительность». Я гадаю, была ли в том последнем подарке, о котором поведал наш собеседник, еда с наших полок – еда, которая должна была кормить нашу прислугу. Его дочерей.

Пальцы Киллиана оценивающе сжимают мои. В ответ я едва заметно киваю головой, высвобождаю руку и кладу её на колени.

– Как любопытно, – начинаю я, голос звучит куда суше, чем я хотела. Я позволяю лицу принять задумчивое выражение, словно меня только что посетила мысль. – Теперь, когда вы упомянули об этом, мы с мужем действительно состояли в переписке с человеком, который прежде был на службе у Лорда Силаса – неким мистером Бёрксом, – говорю я с придыханием. – Было похоже на то, что он имел зуб на своего бывшего хозяина. Вы с ним не знакомы?

Чувствую, как рядом со мной напрягается Киллиан, но мужчина, похоже, проглатывает мою ложь, увлечённый элем.

– Никогда о нём не слышал, но насчёт затаённой злобы не удивлюсь, – с этими словами он осушает кружку. – Бьюсь об заклад, половина людей в этом заведении потеряли кого-то в Серых Землях по вине Мэноров, – пальцы сильнее сжимают пустую кружку, лицо его мрачнеет. – Они твердят, что защищают нас от Фантомов, а потом оставляют нас на передовой самих о себе заботиться и прискакивают только, чтобы прибраться, когда появляются трупы. А в последнее время стало только хуже. Возьмите к примеру то, что случилось в Хите.

Я сглатываю, моя маска вот-вот соскользнёт от неприкрытой враждебности в его тоне: его пальцы стискивают ручку кружки так, словно это шея, которую он хочет переломить. Моя шея.

– Хит? – поспешно переспрашиваю я.

Возможно, почувствовав слабость, мужчина поднимает плечи, словно бросает вызов, и с намёком глядит на пустое дно кружки. Со вздохом Киллиан подзывает бармена, в руке мелькает серебро. Меня охватывает смутное чувство вины за ту сумму, что Киллиан вынужден потратить из-за меня сегодня; помимо проживания и еды караульные получают лишь небольшую плату. Я обещаю себе, что по возвращении в Норланд я обязательно ему всё возмещу, хотя часть меня уже догадалась, что он откажется от моего предложения.

Хотя, кто знает, может, пара монет для него ничего не значат. Я возвращаюсь мыслями к нашему разговору ранее и догадке о том, что его родители более высокого ранга, чем он утверждает, – я бы поспорила, что они как минимум Маркиз и Маркиза, а то и вообще Красные Герцог и Герцогиня, как Том и Крессида. Может статься, что он богаче меня.

Получив новую порцию