Читать книгу - "Великая река. Другой берег - Алёна Дмитриевна Малухина"

я не оставлю тебя здесь. Пускай ты вредина и подговаривала Варна посмотреть на моё лицо.

– Ой, ты знаешь… – Эх-хо не выглядела особенно виноватой; сквозь выражение смущения на её лице слишком явно просачивалась радость.

Ойкью, вспомнив, как это делала её мама, сложила руки на груди, особым – очень строгим – взглядом посмотрела на Эх-хо и сказала как можно суровее:

– Мы с тобой об этом ещё поговорим.

Её саму от этих слов всегда кидало в дрожь, но Эх-хо почему-то развеселилась, словно Ойкью только что хорошо пошутила. Девчонка залилась счастливым смехом и повисла у Ойкью на шее, и той осталось только пережидать этот внезапный – и совершенно беспричинный – всплеск радости.

– А волосы у тебя и правда мягкие, – заявила Эх-хо, успокоившись.

– Ага, и ещё у них своя отдельная жизнь и воля, – фыркнул Варн. – Так что готовься: они и тебе будут лезть в лицо на ветру, когда рядом Ойкью.

– Представь теперь, каково мне, – хмыкнула Ойкью, нервно перебирая в пальцах длинные пряди.

– Ну, ты-то сама их такие вырастила, – пожал плечами мальчик. – А я страдаю просто так.

– Ладно, – Ойкью решила сменить тему, слишком уж неблагодарным делом был этот спор. – Уходим отсюда. Надеюсь, наша лодка потянет троих. Если начнём тонуть, выкинем твои ботинки, Варн.

– Почему это мои ботинки? – опешил мальчик. – Это почти единственное, что у меня есть!

– Ты же ворон, – пожала плечами Ойкью. – Зачем ворону ботинки?

– Подождите, – замахала руками Эх-хо, перебивая начавшего было возражать Варна. – Я ведь сказала: не могу так просто уйти! Я не могу оставить лес!

– Что за глупости? – Ойкью схватила её тонкое запястье. – Я забираю тебя отсюда, как забрала Варна из лодки Деда. Что хочу, то и делаю! Пошли!

Она потянула девчонку за собой, но та не двинулась с места, только продолжала смотреть угрюмо и упрямо.

– Ну вот. Ничего не получится. – Эх-хо вновь села на корточки и тяжело вздохнула, и Ойкью показалось: весь лес вздохнул вместе с ней.

Ойкью захотелось закричать на девчонку, и начать тормошить её, и трясти за плечи, и заставить, наконец, действовать, но она вовремя вспомнила, что Эх-хо – лодочница. Она может многое, но и на многое не способна.

– Может, есть кто-то, кто останется вместо тебя сторожить этот лес? – задумчиво спросил Варн, оглядываясь, словно бы в надежде заметить такую сущность поблизости. – Ты знаешь каких-нибудь сильных духов в округе? Кого-нибудь ещё, кто мог бы сойти за Хозяина.

– Совсем никого не знаю, – Эх-хо покачала головой. – Только…

Она замерла и, нахмурившись, прошипела:

– Полоз. Только Полоз, Хозяин Нижней реки.

Ойкью ощутила, как мурашки бегут по коже: с Полозом ей теперь тоже не очень хотелось связываться.

– Тогда попросим его, – меланхолично пожал плечами Варн. – Ойкью, ты можешь кого угодно убедить, так что пойдём. – Он скептически оглядел её и усмехнулся: – Он вряд ли тебя заколдует, не бойся. У тебя и так есть Хозяин Клёна.

Это был один из тех случаев, когда Ойкью радовалась своему шарфику; хотя нервно дёрнувшаяся бровь всё ещё могла её выдать.

– Ой дурак! – фыркнула она и сорвалась с места, быстро зашагав вверх по склону. – Эх-хо, за мной! Вытащим этого мутного зверя из норки!

В итоге ей всё же пришлось вернуться назад, чтобы помочь Варну уговорить Эх-хо пойти вместе с ними. Подумать только, как сложно иногда спасать кого-то, даже если он сам этого хочет! Наконец Эх-хо согласилась, но вид у неё при этом стал напряжённый и мстительный.

– Мы идём просить помощи, а не драться, – сказала ей Ойкью. – Так что даже не думай опять пускать в ход свои сны и штучки с изменением мыслей.

Эх-хо мрачно кивнула: что она при этом в действительности думала, было неизвестно.

Они втроём спустились в разлом, который теперь сильно зарос и не казался таким уж глубоким. Ойкью приблизилась к мягким от мха камням, преграждавшим вход в засыпанную пещеру, и прижалась к ним ухом в надежде различить хоть звук. Пещера молчала с холодным упрямством.

– А ты что-нибудь слышишь? – спросила она Эх-хо.

Та прижалась к камням рядом с ней, ненадолго закрыла глаза, затем отстранилась и покачала головой.

Тогда Ойкью набрала в грудь побольше воздуха и закричала изо всех сил:

– Эй! Полоз! Э-э-эй!

Её голос звенел в воздухе ещё несколько мгновений, не находя никакого отклика. С ветки ближайшей сосны сорвалась потревоженная птица и умчалась в облачную даль – в остальном лес оставался тих.

– Нужно его как-то выманить, – сказал Варн. – Может, он что-то такое любит…

– Может, мы используем тебя как приманку? – Ойкью задиристо потыкала мальчика локтем в бок.

– Больно я ему нужен, – закатил глаза Варн, совершенно не испугавшись.

– Может быть, есть второй вход, – задумчиво проговорила Эх-хо. – Конечно! – она хлопнула себя ладонью по лбу. – Как я сразу не догадалась?

Ещё некоторое время она думала, ероша ладонью свои и без того вздыбленные волосы.

– Ну, до чего ты там додумалась? – Ойкью от нетерпения забралась на большой камень и теперь наблюдала за Эх-хо оттуда.

– В тот день, когда ушла Тинай, Озёрный город и пещеры пели, – сбивчиво заговорила Эх-хо. – У них один голос… Должен быть вход в озере. И почему я подумала про это только сейчас?

– Оно же ужасно заросло, – нахмурился Варн.

– Но не совсем, – Ойкью задумчиво поскребла ногтями камень, на котором сидела. – Придётся поплавать, ребятки.

Ребятки воззрились на неё с выражением страха и полнейшего недовольства.

– Вы как хотите, а я туда не полезу, – Варн нахмурился сильнее и сложил руки на груди в знак протеста. – И тебе, Ойкью, лучше не стоит: это ведь опасно!

– Я тоже! – согласно воскликнула Эх-хо. – Я такая маленькая и слабая, у меня никогда не выйдет совершить нечто подобное!

– Варн, конечно, может никуда не плыть, если трусит, – Ойкью приняла вид рассерженного полководца – во всяком случае, она надеялась, что вид у неё именно такой, – и выпрямилась на камне во весь рост. – А вот ты, Эх-хо… Если надо, я силой зашвырну тебя в это озеро! Плевать на твою свободу, но разве ты не хочешь знать, что случилось с Тинай? Ты плавала за ней на Другой берег, а теперь у тебя появился настоящий шанс понять, жива ли она, и ты собираешься его упустить?

– О. – Эх-хо вздрогнула, будто очнулась.

Она несколько долгих мгновений обдумывала эту мысль, затем медленно кивнула:

– Да, это я бы хотела знать.

* * *

Так и получилось, что они снова стояли у края слабо затянутого ряской лесного глаза и с сомнением созерцали зеленоватую поверхность. Теперь Ойкью и самой стало страшно: она испугалась оказаться в этой мутной воде, где совсем ничего не видно и где не будет никакой возможности вдохнуть. Вдруг они и вовсе не найдут вход? Тем не менее она стащила с себя дождевик, чтобы не мешался, и разулась, оставив ботинки в корнях старой сосны.

– Я первая поплыву, – внезапно сказала Эх-хо. – Если там будет вход, только я смогу его услышать.

– Варн, – Ойкью обернулась к мальчику, – здесь останешься нас ждать?

– Вот ещё, – фыркнул тот, разуваясь. – Без меня ты точно натворишь там дел.

– Ты хоть плавать-то умеешь? – Ойкью взглянула на Варна скептически.

Тот неопределённо повёл плечом:

– Ну, я надеюсь, там недалеко. Умею-умею, – тотчас вскинул руки мальчик, увидев, как Ойкью резко посерьёзнела. – Не нужно так переживать.

– Я не вытащу на себе на поверхность твоё бездыханное тело, – буркнула она. – Ну что, Эх-хо, вперёд?

– Вперё-од, – не очень-то воодушевлённо проныла Эх-хо.

Она ещё немного постояла на самом краю, покачиваясь, потом глубоко вдохнула и прыгнула в воду, не потрудившись даже снять свой дождевик. Ойкью ожидала, что Эх-хо спрыгнет на мелководье, но та сразу ушла на глубину – только круги разбежались по воде. Ей вспомнилась