Читать книгу - "Гармония клинка и струн - Алёна Алексеевна Казаченко"

крыш, огонь трещал и ревел как голодное чудовище. В воздухе рассыпались снопы искр, растворяясь в оранжевом зареве, освещающем черноту ночного небосвода.

– Что происходит? – растерянно спросил Хэ.

– Бэй Шан! – рядом оказался бледный Кианфан. – Я выяснил, что секретный отряд Тайксена под видом простых крестьян проник в столицу. Они используют самовозгорающийся болотный мох топей Зайнан и сжигают все дотла!

– Да как же они пробрались сюда?! – взревел Хэ и бросился к спуску с городской стены. – Кто их впустил?!

Испуганные солдаты за его спиной тоже устремились вниз, оправдываясь на ходу:

– Их невозможно отличить от крестьян! При них не было оружия, только личные вещи и коробки с травами, и стража подумала, что это беженцы…

– Наивные бестолочи! Почему никто не догадался проверить эти травы?!

– Кто же мог предположить, что Тайксен поступит так бесчестно!

Топот несколько десятков ног эхом звучал во внутренних коридорах стены.

– Войска с западной границы уже спешат нам на помощь, – отчитался воин, разбудивший Хэ. – Мы поднимем всех, кто способен сражаться, и защитим Чэншу!

* * *

Огонь не затухал, перекидываясь от дома к дому. Всю столицу Чэншу охватило кольцо пламени, солдаты, торопясь, помогали огромной толпе выбраться через городские ворота наружу. Жители, которые успели спастись еще в начале пожара, разбрелись в поисках приюта в соседних деревнях. Всех «крестьян» с самовозгорающимся болотным мхом нашли и уничтожили, бросив их тела прямо посреди улицы. Враги знали, на что шли: устроив поджог, они сами попали в ловушку.

Пахло гарью, но затруднение дыхания было меньшим из двух зол. Дым, образовавшийся при сгорании мха, был ядовит, и вдохнувшие его в слишком большом количестве теряли сознание. Некоторым солдатам уже стало так плохо, что они не могли сражаться, и их отправляли в безопасное место на городской стене.

Хэ с тревогой взглянул на возвышающуюся над руинами многоярусную крышу императорского дворца.

– Надеюсь, она в безопасности, – пробормотал он себе под нос, раздавая указания солдатам и помогая спасать людей. Его кожа приобрела нездоровый сероватый оттенок, лицо было в грязи вперемешку с пеплом и потом.

* * *

Город горел. Пылало все – улицы, дома, сады, площади и павильоны. Казалось, наступил конец света, огненный ад, в котором черное небо сливалось с землей, а между ними из пасти бога смерти вырывались красно-бурые языки огня. Зловоние проникло в каждый уголок умирающей Чэншу. Джингшен увидел, как Хэ вместе со своими подчиненными бежит среди почерневших остовов домов, заглядывает в каждый переулок и, обнаружив лежащих без чувств людей, взваливает их себе на спину. Неожиданно сверху, с городской стены, кто-то громко воскликнул:

– Прибыло подкрепление!

На лице Хэ мелькнула надежда, а отовсюду послышались радостные возгласы, пока со стены не крикнули:

– Нет, это не наши! Это Тайксен!

Мглу пронзил свист стрел, за которым раздались вопли раненых солдат.

* * *

Хэ вместе с отрядом солдат, среди которых находились Кианфан и Сянцзян, героически дрался у стен города, уклоняясь от длинных копий вражеских воинов в зеленых одеяниях, подныривая им под руки и пронзая неприятелей своим мечом. Неожиданно послышался крик боли, и Хэ резко повернулся на звук. На его глазах солдат, наполовину скрытый клубами дыма, пырнул Кианфана копьем под ребра. Выдернув острие, враг перехватил рукоять копья, пнул противника по подкосившимся коленям и растворился в толпе.

Глаза Хэ округлились от ужаса. Чуть не выронив свой меч, он бросился к лежащему на земле товарищу. Тот непослушными трясущимися руками пытался зажать рану, но кровь продолжала сочиться сквозь пробитый доспех.

– Нет! Нет! Держись, брат! Сейчас я отнесу тебя лекарям!

Генерал попытался осторожно поднять Кианфана на руки, но тот слабым движением остановил его.

– Оста… Оставь ме… ня… – выговорил он, хватая ртом воздух.

– Нет! – рявкнул Хэ. – Я тебя здесь не брошу!

Раненый из последних сил покачал головой и закрыл глаза. Хэ, не обращая внимания на звон металла и крики вокруг, схватил его плечи:

– Эй! Не отключайся! Все будет хорошо! – Генерал положил ладонь на окровавленные пальцы друга, а тот, приподняв веки и хрипло вдохнув, прошептал:

– Спасибо… гене… рал… Бэй… – И свет в его глазах погас.

* * *

Хэ закричал. Его лицо изменилось почти до неузнаваемости: сдержанный даже в тяжелую минуту, выражающий свои чувства лишь словами, сейчас под его покрасневшей кожей от напряжения вздулись жилы, и он, гневно оскалившись, обводил поле битвы злобным взглядом. Он напомнил Джингшену демона, выбравшегося из глубин Бездны Истязаний, чтобы отомстить. Вокруг бушевало пламя и танцевали искры.

На генерала набросился сразу десяток вражеских солдат, но его было уже не остановить. Одной рукой он мечом парировал удары, а другой размахивал подобранным на поле боя копьем. Битва, казалось, длилась вечно. Враг продолжал наступать, но обезумевший Хэ рубил и пронзал противников, не останавливаясь ни на секунду. У него у самого было множество ранений, рукава пропитались кровью, но он ничего не чувствовал и ничего не слышал: в тот момент для него существовали только меч и вражеские воины, которых нужно убить.

* * *

Взору Джингшена открылось серое небо в клубах дыма, словно облака мягкими волнами, поднимающихся над Сэн Лином. Стоит день или ночь, было не разобрать – пепельные клубы безжалостно и неумолимо захватили небеса, так же как воины Тайксена захватили Чэншу.

Хэ лежал на спине посреди широкого поля. Морщась и превозмогая боль во всем теле, он поднял голову и огляделся. Справа возвышались полуразрушенные городские стены, а слева…

Земля, от которой поднимался пахнущий гарью туман, была усеяна телами павших воинов. Не в силах на это смотреть, Хэ с трудом поднялся на дрожащие ноги. Его доспехи и растрепавшиеся черные волосы сливались с мрачным пейзажем вокруг. Он провел рукой по грязному, покрытому ожогами лицу. Одежда была порвана и забрызгана кровью, а наплечники и нагрудник с кованым узором помялись.

Хэ задумчиво смотрел перед собой и вдруг вздрогнул, вспомнив о чем-то. Снова оглянувшись, он пошатнулся от осознания, что его страна проиграла, но в глубине черных, еще не лишенных блеска глаз горел огонек надежды. Спотыкаясь и кашляя, Хэ побежал в сторону города. Кругом были только руины и горы пепла. На сухой траве бывших садов догорало шипящее пламя.

И никого. Ни одной живой души.

Он бежал долго, едва переводя дыхание. Наконец