Читать книгу - "Сказание о девочке и королевском звере - Нахоко Уэхаси"

Эрин все в академии было в новинку, и поначалу она постоянно терялась. К ее удивлению, сложнее всего оказалось подстроиться под ритм остальных. От подъема и до самого отбоя студенты следовали одному расписанию. Раньше, когда девочка жила на пасеке, закончив с работой, она делала что хотела, но теперь свободного времени у нее почти не оставалось.

На уроках ей нравилось изучать новое, но часто попадались темы, которые она уже проходила с Дзиёном, – и тогда было скучно до смерти. На интересных лекциях у нее возникали десятки вопросов – будь она с дедушкой, непременно бы обо всем его расспросила. Но здесь ученики слушали молча, а тянуть руку одной было неловко.

Во время практики преподаватели требовали повторять одно и то же – Эрин это надоедало. Иногда ей хотелось поближе рассмотреть зверей, но такое просто не разрешалось.

В один из вечеров Юян взглянула на подругу – и испуганно ахнула:

– Ты жуть какая бледная! Устала?

Эрин и Юян, как единственные девочки в академии, жили в комнатушке на двоих – в отличие от мальчишек, которые спали в больших общих палатах. Раньше вся комната была в распоряжении Юян, и Эрин боялась, что та не обрадуется соседке, но оказалось ровно наоборот: такая перемена привела Юян в восторг.

Немного пожив с новой подругой, Эрин поняла, что та очень чуткая, хотя со стороны такой и не казалась. Родом она была из горной деревушки на севере земель ёдзэ. У Юян имелось всего два недостатка: обыкновение делать невероятно поспешные выводы и привычка разговаривать во сне – иногда так громко, что Эрин просыпалась. Зато на следующее утро девочкам было над чем посмеяться.

С их знакомства прошло десять дней, двадцать – и вот они стали близки настолько, что, казалось, дружили всю жизнь.

Сейчас Эрин стыдилась своего неумения выразить чувства. Раньше, даже в трудные моменты, она ни с кем не делилась тем, что накопилось у нее на душе.

Юян на удивление точно читала чувства людей, поэтому сразу подметила перемену в Эрин.

– Первоклашки на практике достали? Они такие шумные!

Эрин слабо улыбнулась и помотала головой:

– Нет, мне нравится с ними работать. На меня другое давит…

Она сбивчиво рассказала о том, что с трудом подстраивается под ритм остальных. Юян слушала ее с широко распахнутыми глазами.

– Да ну… Так вот что тебя волнует?.. А со стороны все иначе. Мальчишки вон удивляются, как легко ты влилась в учебу, хоть и зачислилась в середине семестра. Называют тебя взрослой.

Эрин моргнула – она бы никогда не подумала, что производит такое впечатление.

Юян улыбнулась:

– Совсем ничего не замечаешь? Они же с тебя глаз-глазенок не сводят – ты же вся такая загадочная. В тебе ведь есть кровь ариё? Нам говорят не обращать на это внимания, но разве человеческая природа как раз не в том, чтобы подмечать различия? Вообще, как по мне, намного правильнее было бы объяснять, что в них нет ничего плохого! А не прикидываться, будто мы все одинаковые.

Девочка решительно смотрела куда-то перед собой, и Эрин кивнула:

– Да, согласна.

Юян засияла:

– Правда? Я вот, например, слишком громко разговариваю – из-за этого все мальчишки надо мной смеялись. Но Касуган… Знаешь Касугана?

Эрин призадумалась и спустя мгновение вспомнила высокого парня с вытянутым лицом:

– А, поняла. У него еще узел на поясе постоянно развязывается.

– Точнехонько, – улыбнулась Юян. – Так вот, Касуган объяснил остальным: то, как мы разговариваем, зависит от места, где мы родились, поэтому над речью глупо смеяться. А потом добавил, что им бы вряд ли понравилось, если бы из-за говора потешались над ними самими.

Эрин невольно улыбнулась:

– Ого… Похоже, у него доброе сердце.

– Правда же? Так вот! Как по мне, он сказал самое приятное, что только можно услышать. Поэтому и я скажу: я не стану притворяться, будто не знаю, что ты из ариё. Но цвет глаз не определяет, кто ты есть, – это делаешь только ты сама.

Эрин почувствовала, как подступили слезы. Она не успела их остановить, и те полились по щекам.

Юян тут же изменилась в лице и испуганно схватила подругу за руку:

– Ну не плачь, не плачь. Извини. Вечно я все невпопад говорю.

Эрин опустила взгляд и помотала головой:

– Прости…

Девочка вытирала слезы, но они все не останавливались. Эрин снова покачала головой. Впервые она поняла, насколько ее ранило надменное отношение со стороны сына Дзиёна, со стороны даже родного деда – они презирали ее только за то, что в ней текла кровь ариё.

«Юян… просто невероятная…»

После слов подруги Эрин уже казалось не важным, что дед, брезговавший ею всю жизнь, был главой слуг тодов, – в глазах девочки он стал обыкновенным отребьем.

Слезы наконец иссякли, и она подняла взгляд на Юян:

– Спасибо.

Других слов Эрин не нашла, но Юян, похоже, все поняла и, сама чуть не плача, кивнула.

4 Флейта для оджей

Юян переживала, что Эрин устает на практике с младшими ребятами, но та была совсем не против убирать за оджами – в академию привозили больных животных со всей округи.

Двенадцатилетки и правда часто скандалили: жаловались, что в зверинце воняет, и нередко просто разносили грязь, а не убирали ее. Бывало, девочке приходилось одной заниматься всей тяжелой работой. Но Эрин нравилось трудиться – так она отвлекалась от учебы.

Однако в настоящий восторг ее приводило другое – возможность каждый день наблюдать за оджами. Обычно о них заботились старшие ученики – Эрин и ее одноклассникам не дозволялось даже приближаться к этим зверям. Но их часто выпускали на прогулку в просторный загон, и в это время младшие ребята убирались в помещении и меняли сено, на котором спали оджи.

Каждый раз, когда Эрин их видела, ее сердце трепетало. Обычно они мирно отдыхали на лугу и грелись под теплым весенним солнцем, изредка похлопывая крыльями. Правда, что-то в них казалось ей странным – они отличались от диких оджей, которых она привыкла видеть каждое лето, но чем именно, девочка понять не могла.

Преподаватели учили детей, что оджи никогда не привыкают к людям.

– Обычно они ведут себя спокойно, но в гневе эти звери страшны. Поэтому рядом с ними никогда нельзя терять бдительность.

Наставник рассказывал о случае, произошедшем тринадцать лет назад: тогда хищники за секунду разорвали мальчика, подошедшего слишком близко, – остальные ученики дрожали от ужаса. Эрин же вспоминала, с какой легкостью в толстую шкуру тодов вошли клыки дикой оджи, защищавшей своего птенца. То, что звери в одно мгновение расправились с