Читать книгу - "Сказание о девочке и королевском звере - Нахоко Уэхаси"

Нахоко Уэхаси

Заклинательница зверей Эрин

Сказание о девочке и королевском звере

© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «Издательство АЗБУКА», 2026

Часть 1

Сказание о тодах

Пролог

Мелодия матери

1 Похоронный свист тодов

Эрин проснулась от скрипа открывшейся двери. Еще не рассвело, и дома было темно. По тонкой деревянной крыше барабанил дождь.

Девочка едва разглядела силуэт мамы, моющей руки в умывальне с земляным полом. Закончив, женщина бесшумно дошла до спальни и скользнула под одеяло – от нее тянуло дождем и тодами.

Тоды – громадные боевые змеи – отдавали чем-то сладковатым, мускусным. Так пахла слизь, покрывавшая их чешую, поэтому аромат сопровождал их и всадников везде, куда бы те ни направлялись.

Он был знаком Эрин с рождения – он окружал ее маму, которая ухаживала за тодами.

– Мам, там гроза?

– Она далеко, в горах. Не переживай, спи.

Эрин вздохнула и закрыла глаза. Она представляла, как мать своими бледными руками медленно и аккуратно поглаживает тодов по спине. Девочке нравилось наблюдать, как та спокойно, но всегда сосредоточенно смотрит на этих гигантских существ.

Она ухаживала не за всеми тодами, а только за авангардом – Клыками. Их задача, как самых мощных существ, – атаковать врага на ключевых позициях. Подруги девочки, Садз и Чок, имели влиятельных отцов, но даже им не разрешалось входить в каменные кельи, где отдыхали Клыки. Эрин очень гордилась тем, как высоко ее мать, лекаря зверей, ценят слуги тодов.

Девочка всегда следовала за мамой, когда та шла к загадочным ящерам. Дома Эрин надо было шить, таскать воду – но она откладывала все дела на потом. Ей тоже хотелось прикоснуться к змеиной чешуе, хотя мать настрого запретила это делать.

– Тоды – жуткие создания. Если почувствуют, что ты рядом, вмиг разорвут тебя надвое, а затем съедят целиком, – спокойным голосом предостерегала она, неотрывно глядя на огромных существ, плавающих в темном пруду. – Ты видела, как я запросто поглаживаю их по спине. Но это впечатление обманчиво. Тоды никогда не привыкнут к людям… Дрессировке они тоже не поддаются. И у нас, слуг тодов, и у военных есть особые флейты. Они издают неразличимые для человеческого уха звуки, от которых тоды цепенеют. – Мама показала Эрин крошечный инструмент – он целиком помещался в ладони.

Девочка много раз видела, как мать подносила его к губам. У военных были такие же – на тренировках всадники использовали их одновременно, и тоды замирали на месте, будто каменные изваяния. Тогда наездники быстро запрыгивали им на спины, карабкались к голове и хватали зверей за два длинных рога. Так бойцы управляли животными и не давали им опуститься под воду.

На передних и задних лапах тодов росли острые когти, а перемещались чудовища даже быстрее лошадей. На земле эти существа скорее напоминали драконов, но, оказываясь под водой, плотно прижимали конечности к туловищу и извивались, точно змеи. Стрелы отскакивали от крепкой чешуи, поэтому в бою тоды врывались прямо в центр вражеского построения и уничтожали конницу противника – ящеры были жестокими созданиями.

Когда в дикой природе они откладывали яйца, слуги тодов забирались в гнезда и вытаскивали оттуда одно-два. Затем из них вылуплялись детеныши – и им сразу, пока те не выросли, удаляли чешуйки, закрывающие ушные каналы. Эрин однажды видела, как мама это делала.

– Так им не удастся уберечься от звуков тихой флейты, – учила она.

Взобравшись на зверей, всадники защищали их слуховые отверстия пластинами из чешуи, чтобы враги не могли обездвижить тодов с помощью своих флейт.

Мать бессознательно крутила инструмент в руке. Ее взгляд почему-то был мрачным и печальным.

– Если в пятнадцать, когда повзрослеешь, не потеряешь интереса к тодам, я подумаю о том, чтобы научить тебя обращаться с ними.

В голосе мамы чувствовалась пустота. Эрин промолчала, хотя и не понимала, зачем ждать еще пять лет. Да и как вытерпеть столько времени? Ведь каждый день ее мысли были заняты огромными змеями и их переливающейся на свету броней, к которой так хотелось прикоснуться.

Когда девочка рассказала об этом Садз и Чок, они назвали ее чудно́й.

– Другие девчонки приходят в ужас, стоит им увидеть тодов. Мы бы тоже и близко к ним не подошли.

Тоды и вправду были жуткими созданиями, Эрин тоже их побаивалась.

Но… когда девочка наблюдала за ними, то теряла счет времени, не особо понимая, почему так происходит. Она испытывала неподдельный страх, глядя на чудовищ, медленно исчезавших в глубине грота и вновь всплывавших к поверхности темной воды. Эта картина пробирала ее до мурашек, но Эрин была не в силах оторвать глаз.

Она проводила так целые дни.

Девочка задумывалась: а засыпают ли тоды с наступлением сумерек? Она всегда хотела сходить с мамой на ночное дежурство, но ни разу не сумела вовремя подняться. Как только Эрин слышала, что мама начинает собираться, девочка пыталась проснуться, но ее веки будто склеивались сами по себе, и открыть глаза никак не удавалось.

Сейчас она вновь погрузилась в глубокий сон, даже быстрее, чем мама.

Сколько же Эрин спала?..

Девочка подскочила на кровати от резкого и тянущегося свиста. Мама откинула одеяло и тоже встала. Похоже, время близилось к восходу – в доме было гораздо светлее, и Эрин ясно видела очертания фигуры матери.

Звук все не затихал: он напоминал скрип металла, скрежет зубов. Девочка закрыла уши руками.

– Мам! Что это за шум?!

Женщина не ответила и принялась быстро одеваться.

– Оставайся здесь, – наконец приказала она и, натянув плетеные сандалии – надевать кожаные ботинки пришлось бы слишком долго, – поспешила на улицу.

Но Эрин не могла просто сидеть на месте и ждать.

Свист разносился по всей округе, слышался здесь и там. Эрин не понимала, что происходит. Она накинула плащ поверх пижамы и выбежала наружу, торопясь догнать маму.

Дождь перестал, земля под ногами превратилась в грязь, и сандалии то и дело в ней увязали. Двери соседних домов оказались распахнуты: все спешили к скале на востоке – там в пещере, в каменных кельях, спали тоды. Оглушительный свист, похоже, раздавался оттуда.

Вход в пещеру выглядел так, словно кто-то громадный разорвал серую каменную глыбу голыми руками. Ближе к земле трещина расширялась настолько, что внутрь могли одновременно пройти несколько взрослых, даже не задевая друг друга.

Рядом стояли ночные