Читать книгу - "Гармония клинка и струн - Алёна Алексеевна Казаченко"

class="p1">– Да кто же полюбит призрака? Пустые отговорки. Нечисть, которая способна мыслить, любит водить за нос таких наивных мальчишек, как ты.

– Господин Хэ! Она мой друг, – заявил Джи, чеканя каждое слово. Твердолобость бессмертного начинала его раздражать. – Прошу, не трогайте ее. Я понимаю, вы покровитель Долины Журавлей. Множество людей благодарны вам за защиту. Но она не злой дух, который под покровом ночи нападает на путников. Она ищет друзей и хочет заботы и любви.

Никто из присутствующих не мог представить, что разговор об обучении обернется спором о сущностях призраков. Энлэй робко переводил взгляд с одного на другого, не зная, как себя вести и кого поддержать, а обычно храбрый и решительный Цзимин чесал в затылке, размышляя, как не допустить ссоры между своим учителем и юношей, которому обещал помочь. Но Хэ, не склонный к сильному проявлению гнева, вздохнул и постарался успокоиться:

– Хм. Ладно, обсудим позже. Похоже, ты ничего не понимаешь в нечисти, а это значит, что тебе правда нужна моя помощь. – Услышав это, Джи чуть не задохнулся от возмущения. Что значит не понимает?! Он умел рисовать весьма неплохие талисманы, видел, как наставница усмиряла морских демонов, угрожавших рыбакам, и понимал, что нечисть бывает разной. – Сразу видно воспитание Ло Фэй: ты такой же сердобольный, как она. У любого хорошего качества должны быть свои пределы, иначе оно приносит не меньше неприятностей, чем плохое.

Джингшен упрямо сдвинул брови и взглянул на строгий профиль Хэ, отвернувшегося к алтарю.

– Так что, мастер Хэ, вы согласны взять их в ученики? – осторожно спросил Цзимин после затянувшегося молчания.

Хэ оценивающе посмотрел на юношей и, немного подумав, кивнул:

– Да, согласен. – При этих словах все трое выдохнули с облегчением. – Я доверяю тебе, Цзимин, и знаю, что ты не приведешь абы кого в мой храм. Но в следующий раз предупреждай заранее. Я уважаю Ло Фэй, поэтому готов помочь ее ученику. Я многому могу вас научить, путешественники. С завтрашнего дня начнутся ваши занятия, а пока пойдемте. – Губы Хэ дрогнули, но он заставил себя сохранить равнодушное выражение лица.

Джингшен и Энлэй радостно переглянулись и последовали за ним. За ширмой находился зал поменьше, где стояло несколько столов, заваленных старым оружием и предметами быта, а на стенах в проемах между полками висели старинные мечи. Позади комнаты находился коридор с узкой лестницей, ведущей на второй этаж. Подождав, пока все поднимутся, Хэ открыл одну из дверей и пропустил гостей вперед.

Это была обычная спальня, по углам которой стояли две кровати, деревянный шкаф и письменный стол. Мебель даже не была покрыта лаком или резьбой – похоже, ее поставили в комнату на всякий случай, без расчета на то, что кто-то будет ею пользоваться. На полу лежал темный ковер, а единственным украшением служили лишь узоры на решетках окон. Хэ, будучи воином, не обладал изысканным вкусом и обходился самой простой обстановкой.

– Будете жить здесь. Если что-то понадобится – спрашивайте у меня, по храму просто так не бродите. Все необходимое для занятий получите завтра.

– О, знакомая комната! – засмеялся Цзимин.

Юноши оставили свои мешки с вещами, и Хэ снова подал знак следовать за ним. Когда все спустились в гостевой зал на первом этаже, он указал на стол и, к удивлению гостей, вежливо сказал:

– Поскольку сегодня ко мне пожаловал Цзимин, к тому же не один, а с новыми учениками, давайте отобедаем. У меня на кухне есть суп.

– Не забудьте прихватить с собой вино! – крикнул ему вслед дядя Энлэя и, когда бессмертный скрылся в коридоре, наклонился к молодым людям: – Вы не смотрите, что он такой серьезный. Учитель не может вести себя иначе, ведь в прошлом он служил в императорской армии, и события, которые он пережил, не могут служить лишним поводом для улыбки. Со временем – может, через месяц, а может, через полгода – он привыкнет к вам и станет более открытым. Но никогда не пытайтесь его разозлить, а тем более не согласиться с его принципами: если перегнуть палку, он может выйти из себя. И вообще, Джингшен, лучше не спорь с ним. Если он еще раз спросит, где ты видел призрака, направь его в другую сторону. А если он заявит, что ты лжешь, скажи, что призрак появился недавно и, должно быть, его уже изгнали бродячие экзорцисты.

Едва он успел договорить, как в зал вошел Хэ с горшочками в руках. Он поставил их на стол, и Цзимин разлил всем вино. Еда, как и сам храм, была без изысков. Куриный суп сытный и горячий, был довольно безвкусным, лишь лук и перец добавляли ему немного остроты. Рисовое вино тоже оказалось собственного изготовления: это Цзимин когда-то преподнес его учителю в качестве подарка.

Цзимин, чувствующий себя как дома, сообщив о новостях из столицы, стал вспоминать истории, приключившиеся с ним за время службы. Через неделю он должен был снова вернуться в Сичоу. Остальные молча слушали его, и только к концу трапезы Хэ попросил новых учеников рассказать о себе. Энлэй упомянул о своем увлечении музыкой, а Джингшен долго описывал пейзажи Туманных островов, Обитель Ло Фэй и уроки, которые давала ему наставница. Бессмертный слушал внимательно и, казалось, был доволен, но непонятно кем – Джи или его учительницей. Иногда он прищуривался, и юноше становилось не по себе: он чувствовал, что Хэ его в чем-то подозревает, но не хочет говорить при всех.

Вечером Цзимин попрощался с племянником и Джингшеном, пообещав навестить их. Молодые люди поклонились, и он исчез в кусте камелии. Генерал, не сказав ни слова, ушел на охоту, и друзья поднялись к себе в комнату, чтобы разложить вещи.

Джингшен уже привык каждый день ночевать в разных местах, но, оглядев полупустую комнату, в которой ему придется жить несколько месяцев, решил в свободное время сходить в Анли и купить ширму, фонарики, вазы и какие-нибудь украшения. Голые стены нагоняли тоску, и ему захотелось нарисовать картины. Еще не хватало чайника, чтобы пить чай по вечерам. Энлэй, складывающий в шкаф их общие вещи, засомневался, что Хэ позволит им обставить комнату по своему вкусу, но Джингшен отмахнулся, сказав, что такие люди, как благородный генерал, не любят лезть в чужое личное пространство и яростно защищают свое.

Когда на ночное небо выплыла белоснежная луна, а юноши уже забрались в постели, в дверь отрывисто постучали. Джингшен недоуменно взглянув на друга, подошел к двери и открыл ее. В коридоре стоял Хэ, и его суровое лицо в отблесках фонаря выглядело пугающе.

– Можно