Читать книгу - "Гармония клинка и струн - Алёна Алексеевна Казаченко"

деть, где спрятаться и куда сбежать. Я не оправдываю поступка Юнляна. Никогда нельзя опускаться до злодеяний и лишать кого-то жизни. Но я понимаю, через что ему пришлось пройти.

Джингшен открыл было рот, но тут же поджал губы, вспомнив историю своего друга. Энлэй как никто другой понимал, каково это – когда уничтожают то, что тебе дорого, когда тебя считают не более чем вещью или марионеткой, которую за отказ повиноваться ждет наказание.

– Ближе к делу, – кашлянул Хэ. – Цзимин, ты говорил про цзянши. Уверен? Как выглядел мертвец?

– Пьяница, который видел его, рассказывает, что Юнлян передвигался прыжками, вытянув вперед руки, словно вместо них у него были бамбуковые палки.

– Ты прав. Будучи одновременно убийцей и самоубийцей, совершив сразу два греха, нет ничего удивительного, что его тело стало одержимо душой По[40]. Мы с ним разберемся.

Энлэй обхватил себя за плечи:

– Но мы же охотились только на мелкую нечисть…

– Пришло время сразиться с существом посильнее, – спокойно сказал Хэ. – Тот, что некогда был Юнляном, еще не успел окрепнуть. Цзянши поддерживают свое тело путем поглощения человеческой ци и крови, поэтому считаются такими же смертоносными, как гуйбины или шуйгуи. В отличие от другой нечисти, они медлительны и неповоротливы, но источают сильный трупный яд, поэтому сохраняйте бдительность и не дайте себя ранить. С мертвым мальчишкой вы должны справиться.

* * *

На Анли опустилась темная и холодная ночь. Жители, среди которых слух о мертвеце, появляющемся на улицах города с приходом сумерек, пронесся с невероятной скоростью, давно заперлись на все замки и потушили огни. Лишь в окнах самых храбрых горели фонари. В звенящей тишине, лишь изредка прерываемой лаем собаки в чьем-то дворе, на беззвездное небо выплыла луна. Редкая трава серебрилась от инея. Деревья по обе стороны от дороги смутно угадывались в бледном тумане, характерном для сезона Шуанцзян[41].

Джингшен и Энлэй, кутаясь в накидки, напряженно наблюдали за учителем. Хэ зорко следил за амбаром на краю города, недалеко от постоялого двора, один из гостей которого уже пал жертвой жадного до ци цзянши.

– Учитель, – тихо позвал Джингшен, – вы думаете, это подходящее место?

Хэ кивнул и, помедлив, добавил:

– Здесь большое скопление темной энергии. Со временем вы тоже научитесь ее замечать.

Джингшен выглянул из-за дерева. В десятке чжанов впереди, скрываясь в высоком кустарнике, стояла заброшенная хижина с соломенной крышей. Благородный генерал посмотрел на луну:

– Скоро час Быка, приготовьтесь.

Джингшен сглотнул, а Энлэй в тревоге сжал в ладони талисман. Ранее Хэ сказал им, что нечисть они должны одолеть самостоятельно – не полагаясь на его помощь. Оба ученика сильно нервничали, волнуясь, что все пойдет не по плану: не сработают талисманы или цзянши окажется слишком силен. Конечно, они знали, что Хэ не бросит их и при серьезной опасности защитит их и истребит мертвеца. Но, несмотря на это, оба в глубине души боялись цзянши – не бесплотного призрака, а ожившего мертвеца из плоти и костей.

Перед тем как покинуть лес Вечных кленов, генерал объяснил своим ученикам, в чем особенность этого вида нечисти. Причины воскрешения мертвецов были самыми разными: запрещенные ритуалы, которые нередко проводили западные народы, удар молнии в могилу, незахоронение тела или отравление темной энергией. Существовали народные средства для отпугивания цзянши, но не все из них были достаточно действенными. По мнению Хэ, огреть мертвеца метлой, которой они якобы боялись, – не самая лучшая идея. Если цзянши восстал давно и успел напитаться человеческой энергией, подобные попытки его усмирить могли лишь вызвать в нем животную ярость. Действительно сильным оружием считались огонь, солнечный свет и сковывающие талисманы.

По улице пронесся порыв ветра, и несколько листьев с шорохом слетели на землю. Вдалеке послышался глухой стук.

– Вот он! – Хэ положил ладонь на рукоять меча.

Тук-тук-тук. Гулкий звук, издаваемый окоченевшими ногами мертвеца, приближался. Неясная белая фигура в конце дороги стал четче, и скоро юноши смогли рассмотреть человека, передвигающегося неуклюжими прыжками.

– Вперед!

Джингшен решительно кивнул и выбежал на дорогу. Минуту спустя из тумана появился труп в саване. Похожий на ожившую нефритовую статую, тот, кого некогда звали Юнлян, слепо тянул руки в поисках новой жертвы. Длинные рукава его одеяния развевались на ветру. Джингшен почувствовал легкую дрожь, но быстро успокоился: цзянши выглядел не так устрашающе, как он себе представлял. Но когда мертвец поднял голову, он невольно вздрогнул – Юнляна можно было бы назвать симпатичным, если бы не застывшие как у куклы черные зрачки. Почуяв энергию Ян[42], исходящую от юношей, цзянши злобно оскалился. Мальчик больше не был человеком – его душа, вероятно, уже попала в Бездну Истязаний, а тело, захваченное плотским духом, продолжило вершить чудовищные вещи.

Тварь подскочила к Джингшену, но юноша выставил перед собой меч и резким взмахом отбросил цзянши назад. Тот захрипел, покачнулся, и юноша атаковал, нанося удары в грудь и живот нечисти. На саване образовались прорехи, и вместе с топотом шагов и звоном меча то и дело раздавался треск рвущейся ткани.

– Обездвижьте его! – крикнул Хэ.

Энлэй тем временем подкрался к мертвецу сзади, собираясь точным движением прилепить амулет ему на затылок. Прицелившись, он подался вперед, но не успел наложить «Оковы» – тварь резко повернулась к юношам боком.

– А он сообразительнее, чем кажется… – пробормотал Джингшен.

Мертвец замер и, с хрустом повернув голову, внезапно взревел и, неистово замахав руками, бросился на Энлэя. Джингшен успел прыгнуть вперед, заблокировав удар цзянши, а Энлэй в испуге отпрянул на назад.

– Давай, я держу его! – крикнул Джингшен, когда когти цзянши со скрежетом царапнули по лезвию меча.

Энлэй подобрался к мертвецу ближе и, исхитрившись, прилепил ему на затылок сразу три талисмана «Оков». Бумага вспыхнула ярким светом, и труп замер, не в состоянии пошевелиться и издавая лишь низкие утробные звуки. Джингшен тут же занес меч над головой мертвеца, но в его сознании пронеслись мысли о том, что еще несколько дней назад это чудовище было человеком, и он заколебался, не решаясь нанести удар.

– Не медли! – рявкнул Хэ. – Он уже не человек, это порождение скверны, получившее возможность двигаться! На его счету уже две жертвы, а может быть еще больше!

Сглотнув, Джингшен тяжело вздохнул и полоснул мечом по шее мертвеца. Голова со стуком покатилась по дороге, а тело в саване рухнуло юноше под ноги. Джингшен выхватил из-за пазухи амулет «Защиты от сотни духов» и прилепил его к спине мертвеца. Талисманы ярко вспыхнули, заставив обоих юношей зажмуриться. Когда они вновь посмотрели на землю, цзянши уже осыпался прахом. Налетевший холодный