Читать книгу - "Великая река. Другой берег - Алёна Дмитриевна Малухина"

Варн вскочил с пола – ему очень хотелось знать, что происходит снаружи.

Он выглянул из домика и увидел, что дождь не прекратился – он застыл: капельки воды повисли в воздухе, словно кто-то заморозил время, и сияли, наполненные светом. Сияние это исходило от крохотного силуэта, что стоял прямо на одном из черепов. Силуэт был золотисто-белый, маленький и лёгкий, похожий на человеческий, только лицо не получалось рассмотреть – оно светилось слишком ярко, точно место головы у этого существа заняло маленькое солнце. Варн догадался, что это звезда.

– Ты хочешь остаться здесь? – глубокий голос зазвучал печально.

– Нет, – мягко ответила звезда. – Но и с тобой я не пойду.

– Но без тебя так темно! – Печаль сменилась мольбой.

– Со мной тоже темно, – возразила та. – Потому что никто не сможет дать столько света. Но там, где ты есть, он не нужен. Он убивает маленьких животных и нерождённые семена. Он делает всё вокруг сухим и жёстким, как камни в пустыне.

– Останься! – глубокий голос взревел и потонул в шуме хлынувшего дождя, словно в рыданиях. – Останься! Останься!

Но звезда только печально наклонила сияющую голову.

Потом она легко спрыгнула с забора и пробежала по воде, оставляя золотистые следы на её поверхности. Она летела вперёд, невесомая, как стрекоза, высекая из поверхности воды яркие брызги. Потом оттолкнулась и взмыла. Мелькнула вспышка – острая, как молния, она рассекла туман где-то в вышине, несколько раз осветила вдалеке ночное небо и исчезла.

Тихое колдовство, удерживавшее капельки дождя в воздухе, исчезло тоже, и они обрушились вниз, пронзая спокойную воду. Дождь бушевал ещё некоторое время, а потом стал отдаляться, стихая, словно невидимый плачущий великан уходил прочь, наступая на озёра и лес. Постепенно его рыдания смолкли совсем, только где-то вдали ещё рокотал гром.

Серая дымка, повисшая в воздухе, рассеивалась, вода очень медленно уходила, словно бы впитываясь в землю. Варн наконец позволил себе облегчённо вздохнуть и осторожно взглянул на Ойкью. На её лице застыло необычное, задумчивое выражение, она казалась непривычно тихой, как туман и угасающий дождь. Потом Ойкью тряхнула головой и резко обернулась к Ярге:

– Что будет с деревьями?

– Чего? – старуха сидела на корточках и обшаривала руками пол перед собой, собирая белые бусины.

Варн поспешил помочь ей, в глубине души невольно порадовавшись, что Ярга пока не обнаружила случившихся в её домике разрушений.

– Ты сказала, на юге все деревья засохли! – с отчаянием в голосе воскликнула Ойкью.

– Что, прям так и сказала? – рассеянно спросила Ярга. – Эк я завернула…

Варн думал, что Ойкью разозлится на старуху за её ложь, но та только вздохнула облегчённо:

– Ах! Так с ними всё в порядке? Тогда будем жить!

Как ни странно, никто больше ничего не говорил о случившемся. Под окнами, прямо по воде, поднимая тучи брызг, промчался юный красный всадник; на востоке небо медленно начинало светлеть.

Варн и Ойкью помогали Ярге убираться в домике, раскладывая по местам всё, что было разбросано Духом Подземных вод, и вытирая лужи. В сиянии восходящего солнца стало видно, что столбы, поддерживающие избушку над водой, не столбы вовсе, а две огромные сосны, обхватившие дом ветвями.

– Ты не собираешься возвращать свою избу назад? – спросил Яргу Варн.

– Не-а. Пусть уж так и остаётся. Сделать большое из маленького проще, чем наоборот, – там наверняка чего-нибудь порушишь. Лучше поди на чердак, сыщи верёвочную лестницу.

Варн смотрел на Яргу и вспоминал золотоволосую женщину, и красное солнце, и дерево, в которое превращался дом, и знал, что не стоит ничего говорить об этом. Это был таинственный древний сон, в который опасно входить.

Поэтому Варн принёс Ярге верёвочную лестницу – и откуда она только здесь взялась? – и, набравшись храбрости, спросил старуху о другом:

– Ярга, ты знаешь так много… Скажи, как я могу стать сильнее? Чему я могу научиться?

Лицо Ярги приняло насмешливое выражение.

– Можешь бегать по утрам, зарядка там, обливания холодной водой…

Варн вспыхнул:

– Какие обливания! Ойкью защищает меня, я тоже хочу уметь её защитить! Она думает, я совсем слабый, и поэтому даже не говорит, что с ней случилось. А сегодня на нас напал Дух Подземных вод, и я мог только сидеть и ждать!

– Ещё ты мог улететь восвояси, – Ярга пожала плечами. – Что, хочешь стать очень сильным? Хочешь научиться колдовству? Оставайся здесь ещё ненадолго, я покажу тебе, как ходить тёмными путями. Но взамен… отдай мне свои глаза.

Варн взглянул на неё со страхом и обидой, но Ярга казалась серьёзной.

– Глаза? – повторил он севшим голосом.

– Ты будешь таким сильным, что они тебе не понадобятся, чтобы видеть, – в голосе старухи зазвучали угроза и предостережение, совсем не вязавшиеся со смыслом её слов.

Варн вспомнил ту историю, которую Ярга рассказывала про себя и Деда.

– Это было глупо, – проговорил он смущённо. – Я зря это спросил.

Ярга тяжело вздохнула, немного смягчившись.

– Всё придёт, – сказала она. – А пока… Забирай свою рубашку из крапивы, забирай эту несносную девчонку – и проваливайте отсюда оба, пока я не украла ваш огонь взамен звезды, которая сбежала из-за вас!

– Огонь? – Варн нахмурился. – Но у меня нет огня!

Ярга скривилась:

– Лучше не спорь со мной, птенчик, я и так слишком долго была доброй с вами, и мне уже надоело.

Варн скривился в ответ, но мужественно пропустил «птенчика» мимо ушей.

Ойкью спустилась по верёвочной лестнице первой и спрыгнула в воду, которая доставала ей почти до подбородка. Там она замерла, ожидая, пока Варн слезет тоже. Он ещё болтался где-то наверху, неуклюже переступая со ступеньки на ступеньку, и Ойкью страшно хотелось его поторопить, но она терпела. Наконец мальчик добрался до конца лестницы и спрыгнул, подняв тучу искристых брызг. На мгновение он ушёл с головой на глубину, но потом вынырнул, нащупав ногами землю, и встал в воде, недовольно отфыркиваясь.

– Скатертью дорожка! – донёсся до них доброжелательный голос Ярги. – Смотрите не попадитесь Деду!

– И тебе всего хорошего! – как можно громче крикнула Ойкью в ответ, наблюдая за тем, как втягивается внутрь дома верёвочная лестница.

Варн посмотрел вверх, щурясь на солнце, а потом с улыбкой взглянул на Ойкью. Они побрели вперёд – точнее, Варн побрёл, а Ойкью поплыла, время от времени отталкиваясь ногами от земли. Скоро она не смогла плыть: вода уходила очень быстро, освобождая потонувшие кустарники и травы, – ещё чуть-чуть, и ничто не напомнит о бедствии, обрушившемся на лес.

Когда Варн и Ойкью отошли на порядочное расстояние, последняя бросила ещё один взгляд на домик Ярги вдалеке и сказала своему спутнику задумчиво:

– Смотри: правда же эти две сосны похожи на огромные куриные лапы?

Мальчик засмеялся, заставив спящих дриад в окрестных деревьях заворочаться во сне.

– Куриные лапы? Ну и придёт же тебе в голову!

– Но ведь правда похоже! – с деланым возмущением воскликнула Ойкью. – Ты просто посмотри! Гляди, как корни выступают из воды!

Варн попытался приглядеться и сказал категорично:

– Совсем не похоже. Это только ты могла придумать!

– Похоже! Похоже!

И Ойкью, добившись нужного расположения духа, как следует обрызгала Варна дождевой водой.

Призрак

Был весёлый летний день; небо жгло голубизной, листва деревьев горела зелёным, пропуская солнце, и весь мир был искристым, хризолитовым, полупрозрачным, как крылышко болотной стрекозы. И в этот весёлый хризолитовый день Ойкью было совсем не весело. Она угрюмо шла к озеру по лесной тропинке, пиная попадающиеся на пути шишки и нехотя перескакивая через поваленные стволы.

Хозяин Клёна опять забыл про неё и ушёл себе бродить по полям с другими душами деревьев, которые были совсем не так дружелюбны с Ойкью. Берёзовые дриады вечно болтали, будто бы она, Ойкью, пришла прямиком с Другого