Читать книгу - "Великая река. Другой берег - Алёна Дмитриевна Малухина"

случае это казалось таким забавным, что бояться становилось трудно.

Огни небесные и земные

Говорят, со дна колодца можно даже днём увидеть звёзды. В действительности единственная звезда, которую возможно увидеть откуда-либо днём, – это солнце, и всё же…

В самой глубине тёмного древнего леса, среди невозможных деревьев, плачущих янтарными слезами, в краю прохладных папоротников и сизого мха, прятался забытый всеми колодец. Его вырыли когда-то очень давно, должно быть стараясь добраться до вод Нижней реки, – и если так, то у тех, кто его построил, конечно, ничего не получилось. К этому колодцу никто не ходил за водой, его избегали люди и лесные жители, и даже дриады, которые жили поблизости, старались устраиваться подальше от земли, засыпая в ветвях своих невозможных деревьев.

И на самом дне этого колодца когда-то жила звезда. Ветреной ночью она сорвалась с небес, влекомая голосом тайны, исходящим от далёкой земли внизу, и ринулась навстречу ей, ведомая великим стремлением. Звезда неслась, ничего не видя за собственным светом и сиянием нового мира, готового вот-вот открыться перед ней.

И рухнула прямиком в колодец. Деревья тревожно закачались, духи ночи заплакали, ослеплённые вспышкой, – и все жители леса видели это сияние и слышали этот звон, который раздался, когда звезда столкнулась с землёй. Она опустилась на самое дно серебристой искоркой и впервые коснулась воды.

В колодце было холодно, влажно и черно, но звезда не испугалась. Она отряхнулась от тёмной воды и вспыхнула ещё отчаянней и ярче, озаряя всё вокруг. И некто тёмный в глубине на миг отпрянул, потревоженный сиянием, а затем вновь осторожно взглянул на неё и поспешил подобраться ближе. Звезда испуганно шагнула назад, почувствовав чужое присутствие. И тихий, но вместе с тем и глубокий, полный медленных перекатов голос произнёс:

– Кто здесь?

Голос глухо доносился из глубины, из жидкой темноты, где слабые отблески колыхались на воде, как белые кувшинковые листья, где капли разбивались о чёрную поверхность, разлетаясь крохотными брызгами.

– Это я! – храбро выкрикнула Ойкью. – И я пришла, чтобы ты мне помог!

Она нашла забытый, почти пересохший колодец и забралась вглубь не для того, чтоб теперь трусить, – это уж точно.

И теперь она стояла перед кем-то тёмным и бесформенным и чувствовала, как вода холодит её ноги, и ей было страшно. Когда она лезла в колодец, ей казалось – она бесстрашная и сильная, но теперь, перед этой огромной древней сущностью, Ойкью ощутила себя вдруг маленькой и хрупкой. Это место хранило слишком много древних теней и забытых голосов, здесь не было места ей, пришедшей сверху.

– Я знаю все деревья и травы леса, – прошептал некто. – Потому что мои силы питают их. Я знаю реку, потому что она со мной связана. Я знаю всех, кто ходит по этой земле, потому что их касается дождь, который рождается и умирает у порога моего дома. Я знаю и тебя, странное существо…

– Меня зовут Ойкью! – закричала она, не сдержавшись, и её голос эхом отразился от стен колодца. – Я пришла, потому что знаю, где твоя звезда!

– Моя звезда…

Темнота впереди задвигалась; по воде пошла рябь, а потом её капельки начали подниматься в воздух, и Ойкью увидела дождь – неправильный дождь, идущий снизу вверх.

В зыбкой стене из маленьких капель едва заметно теперь угадывались рот и глаза – тёмные пугающие провалы.

– Где? Где? Покажи мне! – шёпот и плеск навалились на Ойкью, дождевая стена угрожающе двинулась вперёд.

Ойкью испуганно шагнула назад и тотчас упала в холодную воду, поскользнувшись. По воде пошли круги, и Ойкью ощутила, как невидимая сила приподнимает её. Ей стало трудно дышать, словно огромная рука сдавила её рёбра.

– В Доме-с-огнями! – выкрикнула Ойкью, хотя её голос сделался совсем тихим от страха. – Там живёт старуха, которая похитила твою звезду!

– Докажи, что ты не врёшь. – Чёрные глаза и рот придвинулись ближе к Ойкью, а её саму приподняло ещё выше.

Ойкью недовольно тряхнула головой: ей совсем не нравилось, что от неё требуют каких-то там доказательств, да ещё пытаются играть с ней в кошки-мышки.

– Доказательств у меня нет, – сказала Ойкью. – Эта старуха забрала того, кто важен мне, поэтому я пришла просить твоей помощи. Вряд ли ты захочешь помогать безвозмездно, поэтому я сразу рассказала тебе про звезду.

Невидимая сила перестала удерживать Ойкью, и она вновь упала в холодную воду, мысленно проклиная своего собеседника. Неправильный дождь свернулся в водоворот из мелких капель и устремился ввысь, в медленно светлеющие небеса, а затем вдруг обрушился, окатив и без того вымокшую Ойкью с ног до головы.

– Может, хватит меня купать? – закричала она возмущённо, убирая со лба прилипшие пряди.

Собеседник негромко рассмеялся, а водяная пыль, зависшая в воздухе, задрожала, словно запутавшаяся в невидимой паутине.

– Не сегодня, – сказал ей некто. – Я приду на следующую ночь. Совсем скоро рассвет; почему ты сказала мне это так поздно?

Ойкью только хмыкнула в ответ:

– Как смогла, так и сказала. Ты сам не мог догадаться, что твоя звезда у Ярги? Об этом знает весь лес!

– Я знал, – тихо проговорил некто. – Я знал, но нигде не мог найти. Она хорошо умеет прятать…

Ойкью мрачно кивнула: уж это-то она проверила на собственной шкуре.

– Я верну утраченное нам обоим, – пообещал голос. – Спасибо, спасибо…

Невидимая сила перестала удерживать водяную пыль в воздухе, и на дно колодца пролился лёгкий короткий дождик, едва взволновавший гладь воды.

– Стой! – окликнула собеседника Ойкью. – Помоги мне выбраться отсюда!

Невидимая сила молчала. Ойкью тяжело вздохнула и взглянула вверх, в ещё тёмное предрассветное небо. Путь на поверхность обещал быть долгим и трудным.

* * *

Варн проснулся оттого, что Ойкью трясла его за плечи.

– Эй! Подъём! Подъём!

Сквозь сон мальчик почти ненавидел её радостный голос, вырывающий из сладкого несуществования. Варн нехотя открыл глаза и недовольно уставился на Ойкью. И вспомнил предыдущую ночь. И в тот же миг Варну пришла в голову одна простая мысль, которую накануне он почему-то не удосужился подумать: её лицо совершенно точно не скрывал вчера шарфик. Теперь он казался Варну чужеродной деталью. Он помнил, что она играла на окарине, помнил, что она даже смеялась – в том числе и над ним, – но совершенно забыл, как выглядело её лицо в те моменты.

– Ты сняла вчера шарфик, – сказал Варн Ойкью.

– С чего ты это взял? – она деловито прохаживалась по чердаку, заглядывая во все сундуки и корзины.

– Ты играла на окарине.

– Тебе, наверное, приснилось, – Ойкью невозмутимо дёрнула плечом. – Я ведь говорила тебе, что разучилась играть.

Варн знал, что ему не приснилось, но не стал возражать.

«Не так уж это и важно», – решил он, хотя и знал в глубине души: это было очень важно.

– Честно сказать, нам надо быстрее отсюда смываться, или нас самих смоет гораздо раньше, – проговорила тем временем Ойкью.

– Смоет?

– Понимаешь, я позвала Духа Подземных вод.

– Ты – что?!

Варн мало знал про Духа Подземных вод – только что у того сперва находилась звезда, – но подозревал: его присутствие может оказаться весьма разрушительным.

– Ну, знаешь, я очень-очень боялась, что эта старуха решит оставить тебя здесь навсегда. И поэтому сделала всё возможное… И невозможное тоже, – Ойкью виновато развела руками, словно ребёнок, сознавшийся в небольшой шалости.

– Я не знаю ничего про Духа Подземных вод, но он, наверное, изрядно ей напакостит, – нахмурился Варн.

– Он может призвать во́ды, что в глубине болота, – ответила Ойкью, задумчиво почесав затылок. – Или ещё что-нибудь похуже. Дух очень сильный, Варн, и очень хочет вернуть звезду, поэтому нам надо быстрее делать