Читать книгу - "Мелодия огня и ветра. Том 2 - Акили"

знал, что Мерали любила это чай из-за Сюнлина. Она никому об этом не говорила. И сейчас аромат жасмина только напомнил Джейдипу о том, как она погибла… и какой смрад источает сожжённое заживо тело.

Пустая чашка продолжала катиться по полу. Когда её подхватили тонкие пальцы и отложили в сторону, Джейдип вздрогнул.

– Простите, господин Сюнлин. Я… я больше не могу. Мне, наверное, лучше уйти с фронта. Домой. Простите…

– Я согласен, – спокойно ответил Сюнлин.

Джейдип поднял голову, и на его выражение лица было жалко смотреть. Потому Сюн поспешил пояснить:

– Я с самого начала считал, что армия не для тебя. Не потому, что ты недостаточно храбр – ты очень храбр – а потому, что ты слишком светлый и мягкий человек для такого жестокого дела как война. Оно сломает тебя.

«Светлый и мягкий?» – невесело усмехнулся про себя Джейдип. Кого спроси, то светлым и мягким все назовут Сюнлина, однако он всегда идёт в самое пекло и, несмотря на все ужасы, выбирается оттуда невредимым. Джейдип завидовал его выдержке.

– Я мечтал быть как вы, – пробормотал он, однако Сюн горько вздохнул.

– Не мечтай о том, чего не знаешь. Я не таков, каким меня воображают ученики.

Джейдип на это сильно удивился. И действительно. Всегда уверенного и улыбчивого, словно окружённого небесным сиянием, Сюнлина сейчас будто накрыла мрачная тень. Горечь в его глазах, опущенные уголки губ и поникшие плечи. Столь уставший и грустный человек был так далёк от того образа свежего Весеннего Ветерка, что дарует приятную прохладу в тёплый день. Джейдипу показалось, что он заглянул в щёлку завесы и увидел то, чего не следовало, а потому поспешил отвернуться.

– Джейдип. Я считаю, тебе не нужно воевать. Возвращайся домой и отдохни. В этом нет ничего постыдного.

– Я бы хотел, чтобы убийцы Мерали заплатили за всё, – хрипло проговорил Джейдип и сжал ладони в кулаки. – Но я так слаб, что…

Взгляд Сюна наполнился невероятной печалью. Лань… Если бы её не было на той стороне, возможно, Сюн думал бы так же, как Джейдип. Возможно, впустил бы в своё сердце ненависть и дал бы прорасти этому уродливому корню. Но Лань… само её существование меняло всё. Говорило: и на той стороне люди. Это было сильнее ненависти… и куда болезненнее в тех обстоятельствах, в каких им выпало жить.

Джейдип продолжал сидеть с опущенной головой. Сюн чувствовал, что должен ему что-то ответить.

– Ты силён в другом. Самое ценное, что есть у тебя, это твоё сердце и честный взгляд. Сохрани их для мирных времён. Они настанут. А пока не позволяй войне тебя ожесточить.

– Но что же Мерали? Она не должна остаться неотомщённой. Я слаб… но вы сильны! – На этих словах Сюн вздрогнул. – Вы можете отомстить за неё вместо меня? Убить принцессу ветра и заклинателей огня?

– Нет, Джейдип. Я не буду мстить.

Джейдип резко вскинул голову. Такого ответа он не ожидал.

– Но почему?

– Скольких ты убил за эту войну?

– Я… я не знаю. – Джейдип не был уверен, убил ли он вообще кого-нибудь со своими способностями.

– Надеюсь, что никого. Я же убил многих. Среди них были и принцы, и принцессы, и простые солдаты. У них тоже были друзья и родные, которые приходили, чтобы убить меня. «Отомстить» как ты говоришь. Как думаешь, сколько мести уже сошлось на мне? На каждом из нас? Око за око – и мир ослепнет.

Гален, Айварс, Тесай, Кхиан – все они были для Лань братьями, а та девушка – сестрой. А вдруг это была Виета, которую Лань так любила, а Сюн убил её собственной рукой? От этой мысли хотелось выть.

«А вдруг и сама Лань уже…»

– Тогда… что же делать?

– Выйти из круга ненависти. Пока идёт война, для многих это невозможно. Но ты можешь.

– Если отправлюсь домой?

– Да.

– Но я не смогу забыть.

– Не можешь – не заставляй себя. Просто не давай этому изменить тебя, отыщи мир в своей душе. Это трудно и требует невероятной силы. Но у тебя она есть, Джейдип. Я недолго был твоим наставником, но прими мой совет: иди домой и не стыдись этого.

Джейдип поклонился ему и вышел. Спустя мгновение Сюн тяжело сполз на пол. Внутренний стержень будто истончился до ширины волоса. Из глаз покатились слёзы.

– Кому, ты хочешь, чтобы я отомстил? – пробормотал он еле слышно, чувствуя себя последним лицемером. – Дело ведь не только в круге ненависти. Как быть с кругом любви?

«Лань… я молю тебя. Выживи».

* * *

Аилань открыла глаза в своей комнате во дворце. Свеча тускло мерцала, выхватывая из тьмы ближайшие предметы: бархат балдахина, кресло и бумажную птицу, сложенную Эмином. Грудь горела болью от клинка, а разум – от воспоминаний. «Мерали… Мерали… Как? Как всё могло получиться так?»

– Вы очнулись, принцесса. Вот и хорошо, – ласково сказал незнакомый голос.

Над Аилань склонился старик. Кажется, именно он лечил её у Столба Правосудия. Музыкант воды. Значит, его прислал император.

– Как рана? Если болит, я снова сыграю.

Вместо ответа глаза Аилань наполнились слезами. Она закрыла их локтем и зарыдала. Старый лекарь глянул на это, покачал головой, затем подхватил музыкальный инструмент и вышел. У двери его едва не сбил с ног Эмин, который тут же запрыгнул на кровать и сел рядом с сестрой.

– Прошу прощения, – тихо извинилась перед лекарем Виета и тоже вошла в комнату, затворив дверь. – Аилань! – воскликнула она. – Слава небу, ты с нами.

– Больно? – спросил Эмин, глядя на её слёзы.

Аилань покачала головой и продолжила плакать. Эмин грустно сидел рядом и не знал, чем помочь, только сжимал в руках свёрток с вишнёвыми пирожками, которые успели остыть от долгого ожидания. Даже Эмин в девять лет понимал, что творится… сколь старшие сёстры не берегли его от этого знания.

– Эйсэй сказал, что ты призвала слишком сильный