Читать книгу - "Мелодия огня и ветра. Том 2 - Акили"

– Какой холодный приём. Вот тебе и «Весенний Ветерок».

Голос, полный презрения и яда. Глаза, смотрящие с прищуром. Сюн предпочёл бы никогда его больше не видеть и не слышать. Воспоминания о ярком и болезненном огне в железной темнице на миг заполнили разум. Сюн с усилием сохранил спокойствие и прямо ответил на взгляд.

– Весна не обязана быть тёплой. Она соседствует с зимой.

Гален на миг задумался, глядя ему в глаза.

– Надо было отрезать тебе пальцы.

– Надо было тебе сидеть дома и делить игрушки с братом.

Лицо Галена исказилось от злости. Он схватил свой инструмент, так похожий на костяной рог Айварса, и сжал до боли в пальцах. Если бы Гален приказал всем одновременно атаковать, а сам бы заклинал огонь, то даже Сюнлин не смог бы выдержать. Но гордость Галена была превыше разума.

– Никому не вмешиваться. Он мой.

Они одновременно припали к инструментам. Сюн сыграл «Воздушный щит», чтобы проверить, на что способен Гален. Он мало слышал о способностях других принцев, кроме Айварса, и сейчас один неосторожный шаг мог стоит Сюнлину жизни.

Гален же набросился на него с остервенением зверя на охоте. Пламя накрыло воздушный щит, как приливная волна и так же разбилась, словно о камень. Сюн различил впереди быструю мелодию, от которой веяло силой и гневом. Огонь змеёй обогнул щит и рос, давил, сужался, стремился расколоть щит как яичную скорлупу. Золотые ленты взвились в воздух, словно щупальца морского зверя, и начали хлестать истончившуюся защиту. Сюн чувствовал, что его мотает, будто на корабле, о который ударяются штормовые волны. Глаза Галена горели азартом охотника. Его плоть, кровь и кости пели в безумном ликовании.

– И это всё, Весенний Ветерок? Прячешься за щитом? Выходи! Покажи, на что способен! Покажи, как вы убили Айварса!

Сюн перестал поддерживать щит. Воздух вокруг так раскалился, что с тела ручьями стекал пот, а лёгкие горели. Сюн призвал холодный ветер с гор, где никогда не сходил снег, и ветер, что дул над побережьем моря. Они сошлись в хрустальном танце воздуха и капель, разгоняя горячий воздух, бросая в лица врагов свои потоки, вынуждая прикрывать лица, шеи, не давая вздохнуть, не ощутив внутри леденящий ужас.

Огонь Галена пытался пробиться через этот ветер, но пламя задувало назад, огненные языки больно щёлкали по щекам своего создателя. Холод инеем осел на ресницах. Золотые кольца на кончиках волос покрылись серебряным льдом. Глаза кололо до слёз. Гален посмотрел вперёд, где среди ледяных ветров в развевающихся белых одеждах стоял его враг, и мелодия его флейты проникала в душу. Гален сжал одежду на груди, ему хотелось вырвать из себя этот звук, прогнать холод, согреться. Слишком звонко отдавалась флейта в опустевшем от печали сердце.

– Что за дрянная мелодия? – невесело усмехнулся он и протяжно дунул в трубу.

Из резких, почти режущих движений диафрагмы родилась музыка, заполняя всё естество и вытесняя холод. В воздухе заплясали искры, пепел закружился подобно цветочным лепесткам. Гален выпрямился во весь рост и снова дунул в трубу во всё своё дыхание.

Мелодия Сюна на миг замерла. С начала битвы он не чувствовал такого сильного и прямого, как лобовая атака, противодействия. Он заиграл с новой силой, сделав свой ветер более резким, более хлёстким и острым. Две силы столкнулись друг с другом и закружились в смертельном танце горячих искр и льда. Огненный тайфун качался из стороны в сторону, наклонясь то к Сюну, то к Галену. Это ветер подхватил пламя и стремился удержать его внутри себя, сдавить и задушить. Огонь сопротивлялся, бился в тисках плотного воздуха.

Капля пота стекла по спине Галена. Он играл изо всех сил. Вкладывал в музыку весь свой гнев и неистовство, из-за чего мелодия местами напоминала звериный рык – дикий и опасный. Его огонь пылал золотым светом, выжигал небо и землю, расстилался ковром жёлтых цветов, растекался приливами сверкающих волн. Гален звал пламя из самой бездны и приказывал обратить врага в пепел.

Сердце на миг заполнило ликование. Гален ощутил своё тело столь лёгким и гибким, как луч знойного рассвета. Рёбра казались костяной клеткой, бьющееся сердце – источником невероятной силы, самим светилом, во власти которого циклы жизни и смерти. Мелодия, которую Гален никогда не слышал и не учил, лилась оттуда и плела золотые узоры, что оборачивались твердой волей.

А потом… всё рухнуло. Гален ощутил болезненный удар в самое сердце и выронил трубу. Тайфун сломил его пламя и задушил осколки, и в следующий миг вихрь ветра разделился на множество воздушных лезвий. Три ноты, нарастающее дуновение на коже, и Гален инстинктивно закрыл глаза в ожидании смерти… но лишь почувствовал, как на лицо брызнули липкие капли.

Гален открыл глаза и увидел Ейлин. Всплеск крови на её спине. Открытый в беззвучном крике рот и заваливающееся вперёд тело. Гален тотчас подхватил её и с широко открытыми глазами смотрел, как жемчужное платье наливается алым, а Гален бессильно пытался закрыть страшную рану ладонями, но тщетно.

– Дура! – закричал он. – Куда ты полезла? Зачем?!

– Сам дурак, братик, – прохрипела с горькой улыбкой Ейлин. – Это же ты первым полез. Смерти искал вслед за Айварсом. Дурак. Мы же хотели… я хотела… какой же ты идиот.

Слезы застыли на ресницах прозрачной росой. Взгляд Ейлин опустел. Её горячая кровь ещё сочилась сквозь пальцы Галена, стекала по запястью к локтю, пропитывала его одежду. Но сама Ейлин больше не шевелилась.

Сюн так и стоял, поражённый увиденным. Он не хотел убивать эту девушку. Она кинулась между его «лезвием» и Галеном. Он не хотел. С губ Галена сорвался дрожащий рык.

– Ты… да как ты посмел?!

Сюн отшатнулся от этого крика. Лицо Галена исказила такая ярость, что он перестал быть похожим на человека. В глазах, горящих словно два факела, застыли слёзы. Сюн почувствовал парализующий страх от этого взгляда. Гален схватился за оружие на поясе и резким рывком бросился к Сюну.

Сюн, не в силах сделать ничего, отступил на шаг. Меч врага приближался к его груди. Дыхание перехватило. Широко раскрытые глаза смотрели точно на остриё. Мелькнул отблеск холодного металла. Раздался протяжный звон столкнувшихся мечей. У Сюна перед глазами возникла широкая спина в светлом доспехе и белом плаще.

– Вэй!

В следующий миг меч Вэйлина обошёл защиту Галена и глубоко вонзился в плоть. Вэй провернул меч