Читать книгу - "Мелодия огня и ветра. Том 2 - Акили"

Его тогда сурово наказали, а глава Сумон доходчиво объяснил, что Джейдип пытался сыграть – жестокую смерть множества людей, воплощённую в красивом звуке. Пускай мир давно не слышал эту мелодию, пускай люди, полные дурных мыслей, множество раз пытались похитить её и использовать как оружие в войнах. Пускай никто не мог сыграть её правильно уже много лет. Всё равно… даже попытка считалась смертельным грехом против человечества и человечности.

Где Мерали взяла эти ноты? Как выучила?

Пальцы Мерали деревенели от напряжения. Ноты волной скользили в её памяти. Выплывали из потайных уголков в торжестве, дождавшись своего часа. Ярость битвы бурлила и клокотала внутри подобно разбуженному вулкану и урагану посреди моря огня.

Мерали всегда интересовали боевые мелодии куда больше защитных и созерцательных. Такова уж была её натура. Попав в Долину Ветров, она не могла не обследовать каждый уголок библиотеки и не обнаружить неприметное отделение в книжном стеллаже. Наставники даже не стали прятать ноты в покоях Хранителя, значит, на них можно было взглянуть. Просто не всем. Но Мерали ведь была в старшей группе и одной из лучших. Ей ведь всё можно? Она обладала прекрасной зрительной и музыкальной памятью и жадно поглотила запретные ноты.

В Долине их негде было практиковать незамеченной, но после возвращения в Мэйяр, она могла сколько угодно упражняться в лесу. И когда от её игры сломалось толстое дерево, Мерали была в восторге. Если маленький кусочек мелодии способен сотворить ветер такой силы, то что сможет вся? Мерали не рисковала играть её целиком. Слишком велики были последствия.

Но сейчас Мерали поставила на эту музыку свою жизнь и по праву чувствовала себя богиней разрушения. Никто, кроме неё, не мог бы сыграть это правильно. Потому что никто не упражнялся. Потому что никто не посмел бы. Даже Сюн.

Джейдип изо всех сил творил музыкой «Воздушный щит». Мерали в сумасшедшем экстазе и с бешено колотящимся сердцем продолжала ткать бурю.

– Мерали, скорее! Я больше не могу! – кричал ей Джейдип, чтобы предупредить, и в то же время боялся помешать её разрушительной магии.

Она словно не обращала ни на кого внимания. Глаза горели и были полны предвкушения. Сквозь мелодию будто слышался её безумный хохот. Мерали призывала на врагов небесную кару.

– Мерали!

«Воздушный щит» рухнул. Последняя решающая нота сорвалась с флейты, и Мерали затихла в воодушевлённом ожидании с усмешкой на губах… но ничего не произошло. Ни спустя миг, ни позже. Улыбка Мерали превратилась в гримасу ужаса и отчаяния.

Не получилось. Не сработало! Ветер не ответил. Как же так?! Ведь по кусочкам мелодия отзывалась! Неужели Мерали так и не смогла переступить предел? Неужели оказалась не лучше всех остальных, что даже боялись взглянуть на ноты, будто те сами по себе убьют. Что было не так? Где она ошиблась?! Разве Мерали не распахнула ветру свою душу, разве не показала, сколько желчи и ненависти держала в себе и вот наконец выпустила. И что же? В пустоту? Да как же так?!

Сквозь затопленный отчаянием разум Мерали не расслышала окрик Джейдипа и не заметила, как в неё полетела огненная стрела. Лишь в последний миг он успел оттянуть Мерали за одежду. Загорелся рукав, обжог запястье, и Мерали выронила флейту. Лишь тогда она очнулась и попыталась тут же отыскать инструмент, как их с Джейдипом окружили золотые искры. Они вертелись вокруг них подобно стрелам, сотканным из солнечных лучей. «Золотая клетка»… и она сжималась.

– А-а! Ч-что же делать?

– Дай мне! – Мерали вырвала из рук Джейдипа его флейту и начала играть.

«Клетка» перестала сужаться, но никуда не исчезала. Джейдип слышал снаружи другую мелодию, которую ткал неизвестный музыкант огня. Солдаты Редаута подозрительно не вмешивались, возможно, опасались влезать в битву музыкантов, или же им приказали. Джейдип в ужасе подумал, а вдруг они с Мерали противостоят самому императору Рейтану?! Да им конец!

На висках выступили капли пота. Мерали сделала ещё одно усилие, и последний звук получился слишком пронзительным и свистящим, но именно он разорвал эту клетку огня. Клочья золотого пламени растворились в воздухе. Джейдип на миг выдохнул, как со стороны врагов снова зазвучала мелодия, уже другая.

«Да когда ж это кончится?!» – мелькнула глупая отчаянная мысль, рука невольно потянулась к мешочку во внутреннем кармане. Там лежал вышитый матерью защитный талисман. Джейдип когда-то рискнул забрать его из захваченного Данала, и теперь изо всех сил молил, чтобы и на этот раз талисман его сберёг.

Джейдип пошарил взглядом в поисках флейты, что обронила Мерали, и на миг встретился взглядом с молодым мужчиной, что стоял в переднем ряду и играл на цитре. Не император. И всё же под его пальцами звенела такая же в своей беспощадности буйная мелодия огня. Они с Мерали сражались почти на равных – так это выглядело вначале, но потом Мерали всё чаще стала ошибаться, а музыкант перед ней был спокоен как штиль.

Огненная волна – и Мерали с криком боли уже выронила вторую флейту, прижимая к себе обожжённую ладонь. Следующая волна сожжёт её саму. Время застыло и превратилось в густой кисель. Джейдип не расслышал собственного крика, ноги двигались невыразимо медленно. Он не успевал. Не успевал закрыть её. Оттолкнуть. Мерали! Её глаза расширились от ужаса. В них отразилось огненное цунами.

Мерали против воли зажмурилась, но когда не ощутила ожидаемых жара и боли, то резко распахнул глаза. Огонь внезапно потух, словно его что-то сдуло как маленькую свечку. Мерали подняла голову и посмотрела вперёд. Прямо перед строем врагов стояла она.

– Принцесса, слишком сильно! Вы потушили пламя!

– Не походите к врагу так близко. Опасно! – кричали ей солдаты.

Музыкант, что играл на цитре, смотрел ей в спину нечитаемым взглядом. Аилань не оборачивалась. Она выбежала вперёд и крикнула так, чтобы голос донёс ветер:

– Мерали, беги!

Но при виде Лань в душе Мерали вспыхнуло такое пламя, что не смогли бы потушить ни ветер, ни море. Мерали вытянула из ножен меч и бросилась вперёд.

– Лгунья! Предательница!

Лицо Мерали исказила гримаса ненависти. Аилань в ужасе отшатнулась. И в миг, когда меч рассёк плоть на её груди, в голове, как струны, зазвенели воспоминания.

«Я пришла… извиниться».

«Шрама не осталось? Было бы обидно. Ты симпатичная».

«Она убить тебя хотела!»

«Зачем Мерали меня убивать? Я ведь никому не желала зла».