Читать книгу - "Если бы он остался - Лора Ноулин"

случилось, он был очень подавлен. Когда у человека такой тихий и невозмутимый нрав, как у Финеаса Смита, одно это обстоятельство говорит о многом. Я вспоминаю, что в детстве несколько раз видела, как Финни плакал. В горле пересыхает.

– Чтоб тебя, Сильвия, – говорю я, ругая ее про себя последними словами.

Глава 24

Не только Финни и Сильвия страдают на это Рождество. Майк бросил Энджи. В первый день учебы на обеденной перемене она плачет в туалете. Мы стоим рядом и держим ее за руки.

– Он сказал, что дело не во мне, что просто наши отношения не складываются, – всхлипывает она. – Что это значит?

– Что он идиот, – говорит Саша. – Вот что это значит.

Мы киваем, а Энджи продолжает плакать. Я разглядываю ее.

В восьмом классе я несколько месяцев встречалась с одним мальчиком. Его звали Джош, мы держались за руки, когда ходили по школе, и каждый вечер болтали по телефону. В один день он внезапно меня бросил, сказав, что уже не чувствует того, что прежде. Несколько дней подряд было ощущение, будто меня ударили в живот. Я как будто не могла дышать, как будто из грудной клетки что-то вырвали. Это ощущение нельзя спутать ни с чем другим, оно не похоже ни на какое другое печальное чувство, которое я испытывала до и после того случая. Глядя на плачущую Энджи, я вспоминала, что чувствовала тогда. Это все равно что вновь почуять едкий запах тошнотворной еды, которую ты когда-то попробовал. Ни за что больше не хочу это испытывать.

Еще какое-то время мы обнимаем Энджи, потом возвращаемся в столовую. Финни и Сильвия по-прежнему сидят за одним столом, вместе с друзьями, но уже не рядышком, как раньше. Я почему-то думаю, что за тем столом сейчас всем неловко. Сегодня утром на автобусной остановке Финни и Сильвия стояли поодаль друг от друга и не разговаривали. Финни разглядывал асфальт, повесив голову. Сильвия горделиво стояла на своем месте, вскинув подбородок. В тот момент в своих фантазиях я не таскала ее за волосы, а толкала под автобус.

На английском все пересели так, чтобы Финни и Сильвия больше не сидели рядом. Как же все будет сложно, если кто-нибудь из нашей компании решит расстаться. Мне даже трудно это представить. Брук и Ной по-прежнему в восторге друг от друга, вряд ли им что-то угрожает. Саша и Алекс тоже как будто счастливы.

Я пытаюсь представить, как мы с Джейме расстаемся.

Первая эмоция – неожиданная радость и облегчение: если мы с Джейме разойдемся, это будет значить, что он не любовь всей моей жизни; больше не придется чувствовать себя виноватой за то, что иногда думаю о ком-то еще, размышляя, а что, если бы другие отношения оказались лучше или даже идеальными.

Я окидываю взглядом класс. Джейме что-то рисует в блокноте и тихо разговаривает с Джеком. Он тоже томится по кому-то другому, не по мне. Но любви, которую описывают в поэзии и прозе, просто не существует, было бы по-детски наивно ждать ее и глупо думать, что с другим человеком мы бы ее обрели. Джейме заботится обо мне и любит меня; в реальном мире ничего лучше и быть не может.

Вторая эмоция – страх: я люблю Джейме, и мысль о том, что любовь бывает такой непостоянной, пугает меня.

– Кто прочитал заданное на каникулы? – спрашивает мистер Лафиган, перебив мои мысли. Я поднимаю руку. Почти вся остальная группа тоже. – Хорошо, так что же вы думаете о секрете мистера Рочестера? Отэм?

Я уже не поднимала руку, но ответ успел сложиться в голове. В начале обсуждения мистер Лафиган почти всегда спрашивает меня первой.

– Я понимала, что там творится что-то странное, но такого не ожидала. Я буквально чуть не выронила книгу, – говорю я. – А потом так расстроилась, что не могла спать. Я постоянно просыпалась, потому что была так зла на мистера Рочестера…

– Я так расстроилась, что не могла спать! – повторяет Алекса за моей спиной. Несколько учеников, в том числе Сильвия, смеются. Мистер Лафиган строго поглядывает на них.

– Я не уверена, что мне еще стоит желать, чтобы в итоге Джейн и мистер Рочестер были вместе, – продолжаю я, – но я все равно этого хочу.

– Почему же? – спрашивает мистер Лафиган. Я какое-то время молчу, пытаясь облечь свои чувства в слова.

– Потому что нам всегда говорят, что первую любовь забыть невозможно. Мистер Рочестер – первая любовь Джейн Эйр, и она полюбила его очень сильно. Даже если потом она полюбит еще раз, я думаю, что в глубине души она все равно будет жалеть, что не осталась с ним.

– А что мистер Рочестер такого сделал, что Отэм так огорчилась? Алекса? – спрашивает учитель. Я оглядываюсь. Алекса заливается краской и что-то мямлит.

Нам всегда говорят, что первую любовь забыть невозможно. Я представляю, что встречаюсь с кем-нибудь другим и тоскую по Джейме, моей первой любви. Делаю глубокий вдох и напоминаю себе, что этого никогда не случится; Джейме говорит, что женится на мне.

– Никогда не оставляй меня, – говорю я Джейме, когда мы вместе выходим из класса.

– Не оставлю, – обещает он.

Глава 25

В День святого Валентина идет снег. В школу я надеваю тиару со снежинками, она теперь моя любимая, и я ношу ее каждый раз, когда на земле лежит снег. Когда придет весна, придется отложить ее, но, как и всякая зима, эта длится вечно.

На автобусной остановке Тодд дарит розы Кейти. Они теперь встречаются; мне нравится думать, что я помогла этому случиться. Поскольку Финни и Сильвия больше не разговаривают, теперь по утрам мы втроем слушаем, как общается новая парочка. Это не так плохо.

Кейти улыбается и все время поглядывает на розы. Знаю, что Джейме будет ждать меня у школы с похожим букетом. Он всегда дарит мне розы, чаще всего красные. Иногда хочется, чтобы он проявлял больше фантазии, но жаловаться на розы – это нелепо. В школе многие девочки мечтают, чтобы Джейме дарил цветы им.

Вечером Джейме поведет меня в кафе. Мой подарок пока дома, ждет, когда его вручат. Я собрала много маленьких безделушек, которые, надеюсь, понравятся Джейме: диск, куда я записала песни, которые напоминают мне о нем, фигурка жены его любимого героя аниме, немного конфет, маленькая игрушка-черепашка и любовное письмо, которое я писала целую вечность.

Когда до нас уже доносится рокот автобуса, я понимаю, что Финни нет. Оглядываюсь на дорогу, которая ведет к нашим домам. Финни не бежит, чтобы успеть на автобус, я вообще нигде его не вижу. Автобус подъезжает к остановке.

– Финн придет сегодня в школу? – спрашивает Сильвия. Не сразу понимаю, что она, видимо, обращается ко мне. Я оглядываюсь. Сильвия смотрит на меня.

– Не знаю, – говорю я.

– Он заболел?

– Не знаю, – повторяю я.

– А.

Мы заходим в автобус.

Сажусь на сиденье рядом с Сашей. На ней военная куртка, которую она купила на распродаже прошлой осенью. Я тоже такую хочу. Я знаю, какую бы тиару носила с ней, но Джейме сказал, что я в такой куртке ему не понравлюсь. Он сказал, что Саше такое идет, потому что она пацанка, а я ему нравлюсь женственной. Думаю, рассказать ли Саше, что Сильвия спрашивала меня про Финни, она бы удивилась, что Сильвия заговорила со мной; но что-то заставляет меня промолчать.

– Я знаю, что Джейме подарит тебе на День святого Валентина, – сообщает Саша. Я думаю, что, наверное, тоже знаю.

* * *

Ближе к вечеру выхожу из автобуса, думая о предстоящем свидании с Джейме. Мы пойдем в новый итальянский ресторан. Я очень волнуюсь, когда представляю, как буду вручать ему подарок. Когда приду домой, немного посплю, а потом приму душ. Наряд я подготовила заранее. Интересно, стоит ли надеть другую тиару?

– Отэм? – окликает Сильвия. Оборачиваюсь. Она смотрит на меня, но,