Читать книгу - "Одиночество Сони и Санни - Киран Десаи"

– Кто урезает?

– Тетушка.

– Моя мама?

– Да. Она говорит, что кладет деньги на банковский счет, чтобы деньги росли, но сберегательную книжку держит у себя. Но я сама хочу хранить деньги, которые сама заработала.

Санни расспросил мать.

– Я каждый месяц выплачиваю им содержание, чтобы они поняли, как пользоваться банком. Я объяснила им, что на эти деньги будут начисляться проценты и со временем они смогут потратить их на приданое или на учебу в колледже.

«Однако же хитрый способ привязать к себе слуг!» – подумал Санни.

– Теперь, когда тебе спонсируют получение грин-карты, ты тоже мог бы вносить что-то на их счета, – предложила Бабита.

– Чтобы я вносил деньги в фонд приданого? – изумился Санни.

– Они не могут позволить себе роскошь мыслить подобным образом: они принадлежат к определенному социальному классу и должны жить по его правилам. Богатые в этой стране богатеют за счет бедных. Самое малое, что мы можем сделать, – это помочь их детям вступить в другую жизнь.

Санни подумал, как это было бы нелепо: самому убираться в квартире в Джексон-Хайтс, добираться до метро в любую погоду и трудиться ночь напролет, поддерживая свое скудное существование, и при этом делать взносы в приданое служанок матери. Хотя, с другой стороны, нельзя отрицать, что своей жизнью в Индии и Америке он в какой-то мере обязан и Вини-Пуни.

– Послушай, я обещаю перед своим сыном, – на следующее утро торжественно заявила Бабита матери девочек Гунье, – наша семья несет ответственность за твоих детей, поэтому больше не беспокойся. Мы о вас позаботимся, поняла? Если меня не будет, мой сын выполнит эту клятву. Вини-Пуни – и мои дочки тоже. Они его сестры.

И когда Санни в следующий раз пришел на кухню за стаканом воды, Винита сказала:

– Санни-бхайя, забери меня в Америку!

– Да я себе-то еле выкроил на билет!

– Но когда-нибудь заберешь меня, ладно?

* * *

Только в последний день, в послеобеденную сиесту, когда мать спала и Бахадур-шпион – тоже, Санни осмелился сбежать на моторикше, чтобы перед возвращением в Нью-Йорк повидать Соню, как он и обещал. Он взял с собой экземпляр инструкции, как выплыть в шторм, которую изучил и распечатал. На случай, если Соня когда-нибудь вновь окажется в такой переделке.

Папа у себя в конторе диктовал секретарше официальное предложение по исследованию поющих унитазов Японии. А Чанду так боялся, что Соне придет в голову испечь пирог и растратить его припасы – как это случилось однажды, когда ей было одиннадцать и она, следуя поваренной книге, испекла «Придурочный торт», – что он забирал муку, сахар и маргарин к себе на крышу и, пока спал, прятал их под кроватью. Поскольку душа у него спокойна, спал он крепко. Не слышал звонка в дверь.

Впихнув Санни в свою спальню, Соня с собой не справилась и отвернулась, чтобы скрыть слезы. Санни увидел, как она хороша, почувствовал радость от ее слез на своих щеках и устыдился.

– Приезжай в Нью-Йорк!

У них было меньше часа. Тратить время на разговоры они не стали.

Часть X. В темных дебрях гор

Глава 41

Можно было надеяться, что миссис Шарма из соседнего дома в Хауз-Хас сочтет за удачу – так же, как считал Клейтон, стоя на стене под окном в Лутолиме, – когда, поднявшись на крышу проверить, сколько в баке еще воды, стала свидетельницей того, как самозабвенно красивая молодая пара вовлечена в акт любви, прощальный и окрашенный печалью неведения, когда им выпадет свидеться в следующий раз, если вообще выпадет, и не предаст ли один другого в разлуке. Но миссис Шарма ни в малой степени не сочла, что ей повезло. Она чуть с лестницы не скатилась, спеша позвонить на работу мужу и известить его, что соседка, вернувшаяся из Америки девица, – в постели с парнем, причем оба совсем голые, пока повар спит, а ее папаша на службе.

В тот вечер Папа всей душой предавался виски «Лафройг» и суфийской поэзии под музыку каввали, сделав погромче, чтобы заглушить шум, с которым Чандубхай заваривал масала-чай, когда прозвенел звонок.

Едва заметив Соню, которая скромно сидела на диване, мистер Шарма отказался войти. Лицо у него было надутое.

– Это приличный район! Моя жена поднялась на крышу, и каково ей было это увидеть?

– Да, а что такое она увидела?

– Почему бы тебе не спросить свою дочь?

Папа занервничал.

– Я поговорю с Соней.

– Поговоришь?! Да ты ее накажи!

– Послушай, – сказал Папа Соне, когда мистер Шарма закрыл за собой дверь, и она призналась, что днем приходил Санни. – Скажи Санни, пусть сейчас же идет сюда. Если кто-то хочет повидать мою дочь, он, на мой взгляд, должен подойти к входной двери, когда я дома, и позвонить в дверь. Что за манера действовать исподтишка! – Папа не стал спрашивать, что именно увидела миссис Шарма.

– Он вечером сегодня улетает в Нью-Йорк.

Соня рассказала отцу, что случайно столкнулась с Санни на Гоа, но не открыла, что они жили под одной крышей в замшелом лутолимском особняке.

– Улетает? Вызвав этот скандал?

– Кто ж знал, что поднимется шум.

– Да он уносит ноги, и все тут!

– Мы договорились, что встретимся в Штатах.

– Погоди-ка, и он что, оплатит тебе перелет? Морочит голову, не иначе.

– У него нет денег.

– Живет в Панчшиле и нет денег? Скажи ему, пусть поменяет билет.

– Ему пора возвращаться к работе.

– А как же твоя работа? Не делай вид, что тянешь время в ожидании мужчины.

Папа как в воду смотрел. В визовом центре белого с золотом посольства США ответы Сони на первые же вопросы, как всегда, обрекли ее на провал: «Вы замужем? У вас есть дети? Есть работа?»

Разъяснять в обязанности посольского сотрудника не входит, но он разъяснил. Проявил сердечность, потому что родом был из Вермонта и, опрашивая Соню, узнал, что она окончила Хьюитт-колледж. Он сказал, ей не удалось убедить его в том, что она не останется в Америке, поскольку молода, не замужем и бездетна, получила американское образование и работы тут, дома, у нее нет. Тем, что Соня вернулась в Индию после стажировки у Лалы, она закрыла себе дорогу в Штаты – во всяком случае до тех пор, пока ее жизнь в Индии не укоренится так прочно, что она сможет убедить чиновника, выдающего визы, что едет в Соединенные Штаты точно только на отпуск. Связь с Вермонтом оказалась ловушкой, и ее ответы показали, что она готовый кандидат на