Читать книгу - "Амити - Натан Харрис"

Я ненадолго задумался, прежде чем дать осторожный ответ.

– Кое-что я заметил, – пробормотал я. – Вы проводите больше времени под палубой судна, чем в первом классе. И, как вы сами сказали, пассажиры вам не по нраву, и вы предпочитаете общество экипажа.

– М-м-м… И это совершенно верно. Возьмем капитана этого судна. Достойный человек, каких еще поискать. Командовал военным кораблем своей страны, вложил почти все свои сбережения в это самое судно, а теперь из-за карточных долгов вот-вот будет вынужден отдать его со всеми потрохами дельцу из Нового Орлеана, которому до пароходов нет никакого дела. Капитан платит такую страховку, что в кармане не остается ни гроша, а вся прибыль, которую он получает, уходит какому-то богатому ублюдку, который, уверен, прямо сейчас попивает коньяк, пока его хер полирует дешевая шлюха. И где здесь справедливость?

– Ну, уверен, никто не заставлял капитана играть…

– А мальчишки, вроде того, что только что был здесь, запертые в котельном отделении и пашущие круглыми сутками, как рабы на галерах? Что за бог уготовал им такую судьбу?

Я вежливо поинтересовался, к чему он клонит, и Тёрлоу щелчком отшвырнул сигарету в непроглядную ночь, выпуская изо рта последние клубы дыма.

– А клоню я к тому, что когда-то сам был таким же потерянным, как и эти несчастные. Но я не позволил себя сломать, преодолел невзгоды. Я понял, что надо быть не только слугой, как ты, но и человеком дела. Я зарабатываю не тем, что режу людей, а тем, что им помогаю. И точно так же я помогу мистеру Харперу. Это моя единственная цель. Прошу тебя мне поверить.

Я посмотрел на него одновременно недоверчиво и озадаченно. С какой это стати мое доверие стало для него что-то значить? Как будто прочитав это по моему виду, он решил подкрепить свои слова аргументами, призванными меня успокоить.

– Знаю, ты считаешь меня неотесанным, – сказал он. – Мне на это наплевать. Важно, пожалуй, только одно: чтобы ты понимал, что моя репутация заслуженна. Что доверие ко мне обеспечит тебе безопасный проезд не только до Мексики, но и к тому единственному человеку, который для тебя имеет значение. К твоей сестре.

Вращавшееся гребное колесо парохода взметнуло в воздух фонтанчик мелкой водяной пыли, обдав меня ею, и я вздрогнул. Миска у меня в руке дрогнула, и немного похлебки выплеснулось под ноги. Оливер поспешил обнюхать лужицу. Не знаю почему, но я наклонился и поставил миску на палубу, позволив ему доесть похлебку, пока сам пытался собраться с мыслями. Я редко терял дар речи, но мистеру Тёрлоу это удалось, и с его стороны было очень милосердно продолжить разговор, потому что, думаю, я сам простоял бы молча до самого утра.

– Прочти, – сказал Тёрлоу, когда я выпрямился. – Мои инструкции. Переданы мне лично мистером Харпером. Это то самое письмо, что я доставил миссис Харпер.

Края листка были потерты, чернила расплылись в тех местах, куда упали слезы миссис Харпер.

– Моя сестра… – только и смог произнести я. – Что натворил мистер Харпер? Ей угрожает опасность? Мистер Тёрлоу…

– Мне известно только то, что сказано здесь, – ответил он, безрассудно размахивая письмом, и я испугался, как бы оно не улетело за борт.

Я чувствовал, что буквально излучаю желание прочитать это послание. Как бы я ни скрывал это желание, Тёрлоу не мог не заметить моего отчаяния. Он прижал листок к груди и заговорил снова.

– Пообещай мне одно, – сказал он; тихий, почти не слышный стон сорвался с моих губ; мой взгляд упал на бесконечную темноту моря, вернулся к Тёрлоу, к письму. – Ты не должен обсуждать содержание письма с миссис Харпер. Когда она в тот день прочитала его в первый раз, только обман чувств помог ей найти хоть что-то радостное на этих страницах. Она не совсем в своем уме, и я бы не хотел, чтобы ты нарушил ход нашего путешествия, напомнив ей правду. Нет. То, о чем мы говорим сегодня, должно оставаться только между нами.

– Хорошо, – согласился я с постыдной поспешностью. – Я сделаю, как вы сказали.

– И девчонке тоже ничего не говори. Миссис Харпер отказывается делиться с ней правдой, и мне не нужны проблемы между ними.

– Понимаю. Обещаю. Только… прошу вас!

Теперь письмо оказалось в моих руках, и меня сразу же поразил вид знакомого почерка. Более того, я слышал голос мистера Харпера в каждом слове. Я уже был готов к тому, что он материализуется за моей спиной, выкрикивая распоряжения для меня на предстоящий день. Мне не стоялось на месте.

«Обнаружили перспективные земли… Здесь можно выращивать бесчисленное множество культур, включая хлопок… Я могу обещать 1000 долларов, 200 акров и долю в любых ископаемых, которые найдутся в руднике… В ответ отчаянно необходима помощь… несвязанная причина, близкая моему сердцу…»

Я приготовился услышать просьбу мистера Харпера привезти его жену и дочь, но после вступления не обнаружил ничего подобного. Совсем ничего. Едва ли пару слов о миссис Харпер. Ни слова о Флоренс. Потом слова посыпались одно за другим, и голова закружилась от них с такой силой, что я был едва способен осознавать что-то, кроме содержавшегося в них прямого распоряжения.

«Молодая негритянка, мое ближайшее доверенное лицо, сбежала из нашего совместного дома… под влиянием дикарей… привлеченная к их делу собственным невежеством… Полагаю, только один человек может быть способен убедить ее вернуться в мой дом. Мне нужно, чтобы вы нашли ее брата, бывшего раба, находившегося у меня в услужении…»

Я привык к трудным моментам – научился сдерживать страх, порожденный тенями в подвале, пугавшими меня в детстве; научился не вздрагивать от занесенной руки, которая могла ударить за плохо выполненную работу; научился упрямо и упорно сосредотачиваться на своих обязанностях и ни на чем ином, даже если это было необходимо лишь для усмирения тревоги, глодавшей мою душу. Но к такому я готов не был. Я был совершенно огорошен. Сейчас даже порыв ветра мог сбить меня с ног. Мне хотелось лишь снова лечь на палубу, укрыться шерстяным одеялом, прижать Оливера к груди и пережить этот момент.

– Теперь ты понимаешь? – спросил Тёрлоу.

– Да, понимаю, – запинаясь, ответил я.

Мистера Харпера не интересовало воссоединение с семьей. Ему нужна была моя сестра, которую у него каким-то образом отобрали. И для этого был нужен кто-то способный уговорить ее вернуться.

Мистеру Харперу не нужна была семья. Ему был нужен я.

Джун

Часть первая, Мексика, 1864 год

Она могла подтвердить это под присягой. В те первые дни, когда они ехали по окутанным пылью неразмеченным дорогам и кишащим комарами берегам ручьев, она чувствовала, что потеря прежней жизни открывает для нее жизнь новую. Все началось в первое же утро, когда они покинули Батон-Руж, летом 1864 года, когда ее хозяин – скоро уже бывший хозяин, поскольку он обещал