Читать книгу - "Амити - Натан Харрис"

задремать, не представляли ни малейшей опасности. Единственная настоящая угроза в этом фургоне находилась прямо напротив нас – братья Тёрлоу. Несколько лихорадочных минут они ругались с Уильямом, требуя свою долю драгоценностей миссис Харпер, проклиная его за предательство, состоявшее, по их мнению, в том, что он согласился проводить нас, бросив их. Уильям отмахнулся от этих обвинений, сказав лишь то, что действительно имело значение: они поступили бы точно так же с ним, если бы не нуждались в его помощи, чтобы найти мистера Харпера. Сайресу, по причине некоторого скудоумия, крыть было нечем, поэтому он молча пялился на нас, кипя от гнева.

– Незачем на нас так злобно смотреть, – сказал я Сайресу.

Тот был просто вне себя от ярости.

– Повезло вам, что здесь солдаты, а то я бы грохнул вас прямо на месте. Я серьезно. После всех тех проблем, которые вы создали.

– Мы создали? – фыркнула Флоренс. – Уж кто бы говорил.

– Заткни пасть, – буркнул Сайрес. – Или я тебя прикончу, девчонка. Вот увидишь.

– И не подумаю. Я видела людей, у которых так мало мозгов и так много злости, что тебе и не снилось…

– Хватит! – прервал их Эймос, повысив голос ровно настолько, чтобы не встревожить солдат.

Он положил руку на плечо брата, успокаивая его, а потом повернулся к нам.

– Позвольте один вопрос, пока есть такая возможность. Вы в самом деле думали, что сумеете выбраться из Багдада, угнать мой фургон и заехать в глушь так, чтобы мы не могли вас отыскать? И после этого вы еще считаете других тупицами. А ведь должны были понимать, что так и будет.

– Мы были готовы пойти на этот риск, – ответила Флоренс. – Вы украли кофр моей матери, держали нас взаперти. Нам оставалось только бежать.

Я решил, что будет лучше поддержать ее.

– К тому же, Эймос, вы, судя по всему, точно так же под стражей, как и мы, так что, полагаю, у вас получилось не лучше. Мы хотя бы в ваше отсутствие отыскали Уильяма, который, как мне кажется, заботится о наших интересах.

Эймос снял шляпу и воспользовался возможностью почесать голову, усыпая пол фургона песком и пылью. Потом с прежним пылом в глазах он дал наконец ответ.

– Уильям вам ничуть не помог. На самом деле вы и понятия не имеете, что нас ждет, – сказал он. – Нас везут в Клетку.

Уильям сразу выпрямился. Он повернулся к полусонному солдату и попытался заговорить с ним по-испански, но тот просто отмахнулся, заставив его замолчать.

– В Клетку? – спросил Уильям, обращаясь к Эймосу. – Ты в этом уверен?

Эймос снова надел шляпу и кивнул.

– Все не так страшно, как кажется, – тихо произнес Уильям, словно пытаясь ободрить не столько других, сколько самого себя. – Всего лишь гарнизон их армии. Такой же, как и остальные.

– Вранье, – фыркнул Тёрлоу. – Думаю, большинство скорее согласилось бы переправиться через Рио в ураган, чем оказаться в Клетке. Мексиканцы свозят туда всех пленников, которые к ним попадают. Там их пытают и убивают.

– Это слухи, – ответил Уильям. – Ты сам там не был.

– Можно подумать, ты был.

– Это не отвечает на наш вопрос: зачем нас туда везут? – вставила словечко Флоренс.

Снова пристальный взгляд Эймоса, снова раздраженный вздох.

– Хуаристы уже давно искали нас с Сайресом. Когда судно потерпело крушение, до них дошел слух, что я вернулся. Ума не приложу, с чего им вдруг так захотелось посадить нас под замок. Я сам давно пытаюсь это узнать и, полагаю, скоро получу ответ.

Уильям фыркнул, пытаясь скрыть презрение, и наконец, после долгого молчания, решил высказаться.

– Все ты знаешь, – произнес он. – Ты много лет занимаешься контрабандой. Оружие, спиртное, но в основном – люди. Ты похищаешь женщин и детей, везешь их на пароходах, выставляешь на продажу, едва они переступают мексиканскую границу. Все это – за пригоршню золотых или серебряных монет.

– Какая нелепость! – возразил Тёрлоу. – Я всего лишь проводник. Чем ты в таком случае отличаешься от меня?

– Мои клиенты едут по доброй воле. Но, полагаю, после этого мне придется на какое-то время отойти от дел.

– Вы о чем? – спросила Флоренс у Уильяма. – С кем еще он такое проделывал?

– С разными людьми, – спокойно ответил Уильям. – До войны он возил рабов, но эта работа, конечно, сошла на нет. Говорят, теперь он выполняет заказы некоторых здешних французов, которые предпочитают женщин из Штатов. Светлокожих. И чем моложе, тем лучше. Верно, Тёрлоу?

– Я так и знала! – воскликнула Флоренс. – Мерзкий преступник, да еще и нищий. Втянул нас в свои делишки…

– Как будто без моей помощи вы справились бы лучше! Парочка дуралеев. Дети. Без паспортов. Без охраны. До Насимьенто вам точно было бы не добраться. Вот что я вам скажу: альтернатива была бы хуже.

Один из солдат наклонился к нам и раздраженно бросил короткую фразу, а потом снова откинулся назад.

– Он требует, чтобы мы замолчали, – перевел Уильям. – Должен сказать, мне бы хотелось того же.

– Да, помолчим, – сказал Эймос. – Отличная мысль.

Уильям, к его чести, оставил этот разговор, и больше по обе стороны прохода не прозвучало ни слова. Видимо, я на миг задремал, хотя не уверен. Мне передали флягу с водой, и, когда она коснулась моей груди, я очнулся и увидел солдат, переговаривавшихся между собой. Младший из них с любопытством поглядел на Оливера, с подозрением – на меня, а потом снова уставился на дорогу.

Флоренс положила ладонь мне на плечо и наклонилась к самому уху.

– Коулмен, как думаешь, где кофр моей матушки?

– Наверняка где-то в одном из фургонов.

– Нас посадили в этот фургон раньше, чем я успела увидеть, что они сделали с нашим. Дело даже не в моей одежде. Но матушкины туфли… Звучит смешно, но это все, что у меня осталось на память о ней.

Флоренс схватила меня за руку с такой силой, что мне показалось, будто кожа сейчас лопнет. Ее пальцы дрожали. Уверен, дело было в грузе тревоги, в бесконечных трудностях нашего путешествия, в предчувствии того, что нас ожидало. Мне оставалось лишь попробовать рассеять ее страхи.

– Они не стали бы избавляться от фургона и от вашего кофра, – сказал я. – Все будет хорошо. Представьте себе, что это просто поездка по Новому Орлеану. Мы едем по Канал-стрит. Пара краснодеревщиков тащит шкаф, держа его с двух сторон, и отходит в сторону, когда мы просим их дать нам проехать. Дети играют в салочки, покидав в кучу кепки, потому что в них слишком жарко. И да, ваша матушка ждет нашего возвращения, как обычно тревожась из-за вашего отсутствия.

Ее пальцы на моем плече чуть расслабились.

– Да, я это тоже вижу, – произнесла Флоренс и, хоть я и не заметил, как она закрыла глаза, теперь она их открыла. – Но мне все равно нужны эти туфли.

Я обратил внимание на двух девушек, шедших впереди вдоль дороги, держась за руки. На солнце их юбки казались золотистыми. Они с улыбками поглядели