Читать книгу - "Прокурор Брише - Эжен Шаветт"

целуя его руки, госпожа Брише все еще стояла на коленях, настойчиво повторяя:

– Похлопочите о моем муже! Вы можете, ведь вы друг короля! Он для вас все сделает.

Герцог поднял молодую женщину и, подведя к стулу, усадил ее, говоря самым нежным голосом:

– Успокойтесь сперва, дитя мое, а потом мы поговорим.

Эти простые слова воскресили в молодой женщине ее прежние надежды на счастье, и, стараясь скрыть свое волнение, она проговорила с лихорадочным жаром:

– Я теперь спокойна… совсем спокойна… Только скажите, ведь вы спасете моего несчастного мужа?

Герцог грустно покачал головой.

– Ваш муж убил человека, – сказал он, – потому что через четыре дня умерла жертва его гнева. А вы знаете, ведь это уголовное преступление. Если бы Буадерни остался в живых, то король еще, быть может, оказал бы свою милость и совсем бы простил вашего мужа, но теперь надо отказаться от этой надежды, бедное дитя.

– Так я не увижу более моего мужа? – вскричала несчастная со страшным отчаянием в голосе.

– Увидите… но через двадцать лет, – тихо проговорил герцог, тронутый этим душераздирающим криком.

– Как, он не увидит даже своего ребенка… И вы, друг короля, не можете возвратить отца этому маленькому существу, которое скоро появится на свет божий, – пробормотала молодая женщина, задрожав при ответе, лишавшем ее последней надежды.

Герцог ничего не отвечал, но его молчание было красноречивее слов; госпожа Брише поняла и, почти теряя рассудок, вскричала, сжимая свои руки:

– Хоть бы умерло это несчастное дитя!

– Отчего вы желаете ему смерти?

– Что я ему отвечу, когда он меня спросит об отце, которого никогда не увидит… потому что мой муж не перенесет своего позора… да, пусть лучше умрет мой ребенок!

– Особенно если бы его смерть спасла вашего мужа, – медленно проговорил герцог, найдя наконец возможность предложить то, зачем сюда явился.

Молодая женщина с изумлением взглянула на герцога при его последних словах.

– Что вы хотите сказать? – проговорила она.

– Это лишь предположение. Если бы самим провидением назначено было родиться вашему ребенку мертвым, но в награду за эту потерю вам бы возвратили вашего мужа, согласились бы вы на подобную замену?

– Спасенная жизнь Брише и его любовь заглушили бы во мне всякое воспоминание о принесенной жертве, – отвечала молодая женщина, подумав немного.

– А если бы какой-нибудь смертный взял на себя роль Провидения и сказал бы вам: «Я не так жесток, как судьба, и не требую смерти вашего ребенка, напротив того, ему предстоит счастливая жизнь. Отдайте мне его, а я вам возвращу вашего мужа». Что бы вы ответили на подобное предложение?

Госпожа Брише вскочила со своего места. Дрожа и не веря услышанному, она спрашивала себя, так ли она поняла слова герцога.

– Вы возвратите мне мужа, но отнимете ребенка? – прошептала она.

– Скажите, что согласны, – отвечал герцог, – и, как только отдадите ребенка, ваш муж вернется к вам и вы ему скажете, что ребенок родился мертвым. Вы оба еще молоды, и в жизни вас ожидает много радостей. Согласитесь, и тогда, кроме освобождения вашего мужа, я награжу вас небольшой суммой денег. Согласитесь, ведь только вы будете знать об этой тайне, а Брише должен считать своего ребенка умершим. Так что же, согласны вы на мое предложение?

При этих словах материнское чувство заглушило любовь к мужу и госпожа Брише с отчаянием вскричала:

– Никогда!!!

– Прекрасно. Теперь подумайте о последствиях вашего отказа. Вас ожидает горе и нищета, они расстроят ваше здоровье, что отразится и на ребенке; может быть, он умрет на ваших руках от недостатка пищи, и вам не на что будет его похоронить, его бросят в общую могилу.

– Никогда! – повторила молодая женщина, стараясь победить свой страх при этом ужасном предсказании.

– В это время, – продолжал герцог, – Брише будет сослан. Прикованный к позорной скамье, он вытерпит много страшных наказаний, потому что труд каторжника ему не по силам. Тогда, живя без всякой нравственной поддержки и мучаясь неизвестностью о вашей судьбе, он не выдержит этой адской жизни и умрет вдали от вас. Теперь подумайте, что будет с вами? Вы всегда будете упрекать себя в смерти мужа, потому что имели возможность спасти его и не захотели.

Такая страшная картина сильно подействовала на несчастную, и она вскричала, снова бросаясь на колени:

– Ради бога! Замолчите! Я согласна!

Глава XII

Глава XII

Снисходительность, с какой Людовик XIV относился ко всем проступкам герцога, объясняется проведенной вместе юностью. Когда Анна Австрийская и Мазарини держали царственное дитя вдали от двора, будущий монарх рос в обществе нескольких знатных юношей, деливших его горе и радости. При такой грустной жизни Людовик полюбил герцога Вивьенского за его постоянную веселость, развлекавшую короля, и он сохранил эту дружбу и расположение к товарищу детских игр, находясь уже на престоле. Он не в состоянии был в чем-нибудь отказать своему любимцу, и потому герцогу нетрудно было испросить полное прощение Брише, да к тому же король и не знал хорошенько, какое преступление совершил клерк. Подписывая приказ о помиловании, король спросил герцога с легким колебанием:

– Что поделывает мадемуазель де Мортемар? Ее не видно после нашего возвращения из Фонтенбло.

– Атенаисса убежала в глухую провинцию и ведет такую уединенную жизнь, что я даже думаю, нет ли у нее какого-нибудь горя, – отвечал герцог, помогая своей сестре в ее смелых замыслах. – И тотчас же прибавил самым простодушным тоном: – Была минута, что я даже подумал, не имела ли она несчастье не понравиться чем-нибудь вашему величеству.

Король с трудом удержался от нескромной улыбки.

– Когда ты будешь писать своей сестре, – проговорил он, – то скажи ей, что мы здесь думаем о ней и она скоро убедится в нашей заботе о ее судьбе.

Почтительно кланяясь королю, герцог с радостью подумал: «Кажется, Атенаисса близка к своей цели».

Чтобы не надоедать читателю излишними подробностями, скажем только, что через неделю после этого разговора домашний доктор дал герцогу знать, что у госпожи Брише родился ребенок. Он тотчас же отправился к ней. Молодая женщина не обратила никакого внимания на подаренные деньги, а сейчас же схватила королевский приказ о помиловании ее мужа, не даром ей доставшийся.

– Вы меня не обманываете, герцог? Освободят ли моего мужа, когда я покажу эту бумагу?