Читать книгу - "Прокурор Брише - Эжен Шаветт"

– Одно слово в наших общих интересах.

– Я слушаю, – сказал сильно заинтересованный капитан.

– Ведь мы деремся с вами из-за миллионов Брише, не правда ли?

– Конечно.

– Если один из нас будет убит, то другой может завладеть состоянием прокурора.

– Разумеется.

– Так зачем же мы сами себе портим все дело; право, не стоит убивать человека, чтобы остаться в дураках.

– Может быть, вы рассуждаете как мудрец, но я ни слова не понимаю, – простодушно сказал Аннибал, стараясь угадать цель этого разговора.

– Я хочу сказать, что в интересах того, кто останется в живых, не следует оставлять Брише одного в этой комнате.

– Отчего?

– Да потому что торжествующий победитель легко может и не найти прокурора с его богатствами. Ваш зять воспользуется нашим отсутствием и убежит. Верьте мне, Фукье, я это точно знаю.

– О! Черт возьми, – пробормотал капитан, не зная, на что решиться, и пристально глядя на Брише, запиравшего в эту минуту бюро, где всегда хранились деньги.

Действительно, прокурор остался совершенно равнодушен к сцене вызова. Как будто жадность сделала его глухим ко всему, что не касалось его интересов, пока капитан и Лозериль выясняли отношения, он был поглощен серьезным занятием – прибирал разбросанные банковские билеты. Казалось, он даже забыл о присутствии обоих противников и весь сиял от радости, что получил обратно отнятые деньги.

– Так унесем ключ от бюро, куда он только что запер птичек? – предложил Аннибал.

– Это не поможет. Уж лучше унести его самого, – отвечал Лозериль.

– Если мы его с собой возьмем, то он убежит, пока мы будем драться.

– Но оставить его одного положительно невозможно, потому что, я вам уже говорил, он хочет бежать, – настойчиво проговорил Лозериль, хорошо знавший намерения прокурора.

Аннибал хлопнул себя по лбу.

– У меня появилась блестящая мысль! – проговорил он.

– Какая?

– Вы говорили, что нам будет темно драться на улице, так поступим как в тот раз, – покончим наши счеты в моей комнате и заставим Брише присутствовать при дуэли. Победитель сойдется с ним и поступит так, как найдет выгоднее.

– Хорошо! – сказал Лозериль.

Аннибал подошел к Брише с улыбкой.

– Любезный зять, вы так были ко мне добры, позволив принять нескольких друзей, что я не хочу остаться у вас в долгу и надеюсь доставить вам маленькое удовольствие, – весело сказал капитан.

– О! Мое время прошло, я устарел для веселья, – со вздохом отвечал Брише.

– Э! Полноте. Живут один раз. Всякое развлечение приятно и необходимо для здоровья. А вы страдаете меланхолией именно потому, что ведете такую монотонную жизнь. И мы нашли для вас очень приятное развлечение.

Вероятно, Брише не поверил любезному тону Аннибала, потому что тотчас же с беспокойством спросил:

– Что вы такое придумали?

– Да вот что. Я предлагаю вам отправиться с нами наверх и посмотреть, кто из нас перережет другому горло.

– О! – с ужасом вскрикнул Брише, вскакивая со своего места при таком неожиданном предложении.

– А, вот в чем дело, дорогой зять! Вам очень хочется посмотреть, но вы, как наивная барышня, хотите, чтобы вас упрашивали или даже насильно заставили. Ну что же, я исполню ваше желание.

С этими словами капитан одной рукой приподнял Брише, как какое-нибудь легкое перышко. Почувствовав себя в сильных руках Аннибала, слабый старик не мог скрыть своего отчаяния.

«Я уверен, что теперь все его планы расстроены, он надеялся убежать во время нашей дуэли. Если я уцелею, то он заплатит мне чистыми деньгами, если я соглашусь помочь его бегству», – подумал Лозериль.

Дойдя до лестницы, Аннибал поставил Брише на первую ступеньку.

– Вот, – сказал он, – следуйте за Лозерилем, а я буду замыкать шествие.

Прокурору оставалось только повиноваться. Он поднялся, не произнеся ни слова. Когда все вошли в комнату, Фукье подвел старика к стоявшему в углу креслу.

– Садитесь, Брише, и приготовьтесь посмеяться, – сказал Аннибал, грубо толкая своего пленника.

Прокурору было не до смеха. Он страшно побледнел и весь трясся; Лозериль и капитан пошли в соседнюю комнату за канделябрами, освещавшими стол во время пиршества. Растянувшись на полу, гости храпели наперебой.

– Вот пьяницы-то! – проговорил Аннибал, толкая их ногой.

В это время граф подвигал мебель к стене, чтобы в комнате было просторнее.

Между тем Аннибал вернулся, говоря:

– Я не закрыл дверь; если кто из них проснется, то может присутствовать на празднестве даже не вставая.

Во время всех этих приготовлений оба противника почти столкнулись лицом к лицу. Несмотря на свою любовь к дуэли, Аннибал не хотел убивать молодого человека.

– Послушайте, Лозериль, я вас прошу в последний раз, откажитесь от ваших нелепых требований и уйдите отсюда.

Граф, уже почти имевший в своих руках три с половиной миллиона, не мог так легко отказаться от них и согласиться на предложение капитана.

– Защищайтесь, капитан, – отвечал он.

– Это ваше желание, мой милый, смотрите не раскаивайтесь потом, – спокойно проговорил Аннибал, берясь за шпагу.

Когда сражавшиеся скрестили свои шпаги, Брише перестал дрожать и на его губах появилась улыбка.

В ту же минуту один из валявшихся на полу гостей поднял свою отяжелевшую голову.

– А! Дерутся! – пробормотал он.

Он хотел посмотреть на дуэль, но сон одолел его, и он заснул, не заметив Брише, сидевшего в самом темном углу комнаты.

В то же время этажом ниже происходила другая сцена. Стоя у двери, Колар слышал, как повернули ключ в замке, когда капитан хотел увести Лозериля на улицу; потом снова наступила тишина, и управляющий не видел, чтобы кто-нибудь вышел оттуда.

«Что там такое?» – думал испуганный Колар и, осторожно отворив незапертую дверь, заглянул в комнату.

Глава VIII

Глава VIII

Зная, что дуэль должна окончиться чьей-нибудь смертью, противники старались сохранить хладнокровие, чтобы не допустить какого-нибудь промаха. Капитан был совершенно спокоен, точно речь шла не о жизни и смерти, и выжидал какой-нибудь неосторожности со стороны Лозериля, но тот, наученный горьким опытом первой дуэли, следил за собой, чтобы опять не очутиться в руках своего неутомимого противника.

Весь город спал, и в ночной тишине ясно было слышно бряцание оружия, сопровождаемое громким храпением валявшихся на полу пьяных гостей.

– Ого, граф, должно быть, вы воду пили, а не вино, –