Читать книгу - "Репортаж из ада. Опыты над людьми в Японии после 1945 года - Кадзуо Окума"

В каждом письме чувствовался настрой, словно они готовы меня проклясть до смерти. Следующая цитата — не непосредственно в адрес газеты «Асахи» или меня, а из статьи специализированного журнала (еженедельника), хорошо читаемого врачами, — «"Психиатрические больницы", личное мнение о кампании "Асахи"» в выпуске «Нихон Идзи Симпо» от 21 марта 1970 года.

Автор — Фукуно Акитакэ, директор больницы Итиномия в городе Нагато, префектура Ямагути (или Симонсэки?). «Эта медицинская кампания газеты "Асахи", начавшаяся 1 марта, — серия статей о психиатрических больницах — имела эпохальное значение в истории психиатрической помощи нашей страны, поскольку она разом выставила на свет проблемы, бродившие в закрытом мире.

И при этом — в крайне несчастливой форме. Слово "несчастливой" имеет два смысла.

Первый: её освещение слишком полно "предрассудков" и слишком односторонне; по словам одного врача-специалиста (штатного врача), "это не насилие психиатрической больницы, а проблема насилия пера".

Второй: несмотря на это, содержание этих репортажей, к сожалению, во многом соответствует действительности.

И это самая горькая правда». «Реальная картина психиатрических больниц, — пишет он далее, — я думаю, получает оценку со стороны "журналиста, внедрившегося с репортажем", движимого мелким чувством справедливости и, вероятно, жаждой славы. "Серия "Асахи", насколько я знаю, до сих пор внешне не вызвала беспокойства ни у пациентов, ни у семей, ни у персонала ни в одной из больниц.

Однако история учит, что в глубине души она ранила этих людей.

То, что на что ни смотришь пристально, всегда искажается, если смотреть через искривлённую линзу, — этот факт станет для нас жизненным уроком». Перо этого директора больницы пошло ещё дальше и углубилось в профессиональные вопросы.

В том же журнале от 23 мая того же года, в статье «Врачи, лекарства, масс-медиа», он добавляет: «Если посмотреть на последние газеты, нет ни дня, чтобы не ругали врачей, — это надоедает.

Врачей словно в ссылку сослали» («Сэнсэй» — газета «Хёго хокэн»).

Эта жалоба, наверное, не только у этого «сэнсэя». Но действительно ли социальная оценка врачей упала так низко? По этому поводу есть несколько недавних исследований.

В качестве примера приведу данные опроса NHK (Бюро опросов общественного мнения), проведённого в январе 1967 года на тему «Профессиональные взгляды японцев» среди примерно 3000 взрослых по 13 профессиям.

Врачи заняли первое место по «социальной оценке» и «вкладу в общество», второе место по «профессии, которой хотел бы обучить ребенка», третье место по «доходу».

По общей оценке они далеко оторвались от любых других профессий, лидируя с большим отрывом (10‐е и 9‐е места — пропуск). Что касается проблемного сознания этого господина, я оставлю это без комментариев.

Хочу лишь обратить внимание на то, что люди, появившиеся здесь, — это представители стороны, управляющей пациентами: медсёстры, врачи, директора больниц.

Крайне интересный феномен: почти все критики, закричавшие «нет» моему репортажу, были со стороны лечащего персонала.

Грех преувеличения с помощью нескольких недобросовестных больниц

Критику в мой адрес можно свести к следующим двум пунктам:

1. Грех того, что разочаровал тех, кто усердно работает.

2. Грех того, что ограничился только разоблачением. Что касается первого пункта: на самом деле я вовсе не собирался ложиться в какую-то особо ужасную больницу.

Перед тем как внедриться, я обдумывал, в какую больницу мне лечь.

Итак, выбранная мной больница: директор-владелец был психиатром (существует немало психиатрических больниц, которыми управляют не психиатры).

К тому же это был человек, получивший образование в настоящем университете высшего уровня.

Он также выступал с исследованиями на научных конференциях, и имя его было в какой-то мере известно.

Больница входила в Японскую ассоциацию психиатрических больниц — объединение управляющих психиатрическими больницами.

В эту ассоциацию принимаются только те, кто считается респектабельным и соответствует определённым стандартам. Другая причина, по которой я выбрал эту больницу, заключалась в том, что она вскоре должна была стать учебной базой для повышения квалификации медсестёр из Международной больницы Святого Луки — одного из самых престижных медицинских учреждений Японии в области сестринского дела.

Именно это и было.

Говорят, что Святой Лука — особенно в области ухода — это «лучший из лучших».

Это также служит доказательством того, что эту больницу в медицинских кругах отнюдь не считали какой-то особо плохой. Когда я опубликовал репортаж в газете, я написал, что эта больница оценивается среди врачей как «низшая вторая».

Под «второй» я имел в виду ранг в шкале от первой до третьей.

А сейчас, спустя более двух лет после госпитализации, по моим реальным ощущениям, я считаю, что «низшая вторая» — это слишком мягкая оценка.

Что же такое настоящая «третья» — прочтите в главе III и далее. «Нам неприятно, если больницу, где творятся такие ужасы, будут считать представителем всех психиатрических больниц» — таких людей было много.

Наверное, каждый почувствовал, что тот самый «электрический удар» — это ужасно. Однако меня самого заставляли принимать «Церцин» — сравнительно мягкий транквилизатор.

Конечно, меня пичкали лекарствами, когда я был в возбуждении.

В этом смысле осуждать больницу стоит, но «пичканье лекарствами» — это не такая уж редкость.

Когда я навещал в больнице близко знакомого пациента, то несколько раз видел, что он не может внятно говорить из-за передозировки — с подобным я сталкивался неоднократно.

Это ещё лёгкий случай, но рассказов о побочных эффектах — недержание, невозможность стоять на ногах — я наслушался до отвращения.

Более того, есть факт, что дозировка различалась у разных пациентов, стоило лишь сменить врача или больницу. Об ужасе пичканья лекарствами я расскажу в следующих главах.

Что страшнее: это или то, что внешне выглядит научно и прогрессивно, но организм почему-то слабеет? Некоторые из них (особенно много стариков) в больницах типа «чан-чан» (где пациентов едва обслуживают) при наказании прикладывают электроды не к вискам, а к щеке, потому что так ток не проходит через мозг и это якобы безопаснее, — по сравнению с этим, что страшнее: уничтожение личности химией или медленное угасание под присмотром безразличных санитаров? Ответа я не знаю.

Знаю только, что