Читать книгу - "Репортаж из ада. Опыты над людьми в Японии после 1945 года - Кадзуо Окума"

Подобно богу…

Решётки — это то, что предотвращает побеги и связывает свободу действий.

Исторически — символ бесчеловечного порабощения.

Что ещё в них можно найти? То же самое касается запирания.

Лишение права открывать и закрывать входную дверь на юридическом языке называется «лишением свободы».

И если бы это принудительно применялось к добросовестному третьему лицу, то есть к обычному человеку, это было бы нарушением закона, и того самого человека заперли бы снаружи, но в мире психиатрии…Основное отношение докторов Тино и Абэ к пациентам, как мне кажется, подпитывается свойственным специалистам чувством привилегированности. Психиатр находится в положении, позволяющем осуществлять абсолютную власть над пациентом.

И он заявляет: «Решётки для вас — это хорошо».

Он спокойно демонстрирует образ мышления, разделяющий пациента и болезнь. Права человека — это предпосылка, стоящая до лечения.

Сколь бы возвышенными или ослепительно высокими теориями ни обосновывалась врачебная практика, она совершает антиномию, которую трудно оправдать.

Обращение психиатра с пациентом всегда может стать примером этой проблемы.

В этом случае, как врач должен судить? Само собой разумеется, что он должен поставить себя на место пациента. Однако я много раз слышал от психиатров такие слова: «Даже если я сам сойду с ума или заболеет моя жена или ребёнок, я бы не хотел лечь в ту больницу, где работаю, и не хотел бы их туда класть». «Решётки», какова бы ни была причина, — это «нарушение прав человека».

И при этом существует система, не позволяющая даже осуществить право на судебную защиту.

Удивительно видеть, как врач, рационализирующий «решётки», сетует на то, что «права человека» пациентов попираются. В настоящее время в Японии в психиатрических больницах содержится около 250 тысяч человек.

Какой процент из них находится в закрытых отделениях, то есть за решёткой, точных цифр нет, но все признают, что это намного выше 50 %.

Каждый раз, когда я встречаю психиатра, я спрашиваю: «Какой процент нынешних пациентов можно выписать технически?» Многие врачи отвечают: «И при сегодняшних технологиях более половины можно было бы выписать».

Однако как объяснить тот факт, что с прогрессом медицинских технологий число пациентов не уменьшается, а наоборот, увеличивается? Кроме того, почему доля открытых коек колеблется от 0 до 80 % в зависимости от больницы? Как объяснить случай в той самой первоклассной больнице Ураяма, где пациент, которому годами не разрешали даже ночевать вне больницы, после смены лечащего врача смог выписаться и с тех пор энергично работает?

Конституция Японии, статья 11: «Народ не должен лишаться основных прав человека». Статья 13: «Все люди должны уважаться как личности.

Права народа на жизнь, свободу и стремление к счастью… требуют максимального уважения в законодательной и иной государственной политике, если это не противоречит общественному благосостоянию». Статья 18: «Никто не должен подвергаться какому-либо рабскому задержанию.

Также, за исключением наказания за преступление, он не должен принуждаться к труду против своей воли». Только имея в виду эти ясно изложенные положения, на которых держится государство, можно понять другие законы, регулирующие поведение человека.

Например, если вы кого-то убьёте, статья 199 Уголовного кодекса: «Тот, кто убил человека, наказывается смертной казнью, или пожизненным заключением, или тюремным заключением на срок не менее трёх лет». Но где же определяется, что именно совершено преступление убийства? До этапа этого определения установлены так называемые процессуальные законы, и, как в феодальные времена, нельзя осуществлять право на самопомощь.

Даже Араки Матаэмон или Хорибэ Ясуэ не могут, обидевшись за убитого сына, по принципу «око за око» своевольно отомстить.

В современном правовом государстве государство действует в соответствии с законом, через «надлежащую правовую процедуру» (due process).

Этой процедурой гордится современное право.

Это подтверждает объективную обоснованность.

Данная процедура прописана чрезвычайно строго.

Впрочем, это ещё и формально-логическое обоснование, но как бы то ни было, разница между до-новым, новым и современным правом именно здесь.

1.

Прокурор, помощник прокурора или судебный полицейский, имея достаточные основания подозревать подозреваемого в совершении преступления, могут арестовать его по заранее выданному судьёй ордеру.

2.

Судья, признав, что имеются достаточные основания подозревать подозреваемого в совершении преступления [за исключением определённых случаев], выдаёт ордер (Уголовно-процессуальный кодекс, статья 199). «В ордере на арест должны быть указаны: имя и место жительства подозреваемого, состав преступления, краткое содержание подозреваемых фактов, место доставки (государственное учреждение и т. п.), срок действия, а также то, что после истечения срока ордер на арест должен быть возвращён, дата выдачи и другие пункты, определённые правилами суда.

Судья должен подписать и скрепить печатью» (статья 200). «При аресте подозреваемого по ордеру на арест ордер должен быть предъявлен подозреваемому» (статья 201). Для арестованного подозреваемого процессуальный закон требует: в течение 48 часов необходимо решение полицейского о задержании (статья 203), и должно быть проведено судебное слушание для определения содержания под стражей (статья 204). Согласно статье 204, срок задержания прокурором ограничен 48 часами, а согласно статье 208, даже если необходимо дальнейшее задержание, его срок составляет десять дней, и даже если требуется продление, более десяти дней не допускается.

Таким образом, максимум — 24 дня. Например, даже если вас арестовали по какому-либо подозрению, без этой поэтапной процедуры вас не лишат свободы. Более того, если дело доходит до суда, то по предъявленным фактам обвинения судья, прокурор, подозреваемый и адвокат ведут разбирательство в открытом суде.

При нынешней конституции, хотя руководство осуществляет судья, полномочия по участию в рассмотрении фактов распределены между тремя сторонами поровну.

Если осуждённый не согласен с приговором, он имеет право обжаловать его в вышестоящем суде.

Также при отбывании наказания он не подлежит наказаниям, кроме тех, что предусмотрены приговором.

Кем бы ни был преступник — будь то жестокий убийца или крупный коррупционер, — он может быть осуждён только через такую процедуру. По закону «О психическом здоровье» психиатр проводит «судебный ордер на арест» — то есть выносит решение о лишении пациента свободы.

Он распоряжается правилами, принудительными для госпитализированных пациентов, похожими на тюремные законы.

Он имеет «полномочия