Читать книгу - "Гаражная распродажа Эда Гейна и другие зверства - Шейн МакКензи"

- Послушайте... Мне жаль. Это была ошибка, хорошо? Просто дурацкая ебаная ошибка...

- Следи за своим грязным языком при моем ребенке.

Кончиками пальцев она погладила младенца по затылку, и ей пришлось потянуться, чтобы достать.

- Отпустите... Я хочу к маме... пустите меня!

Мальчик казался обессилевшим, словно уже несколько часов боролся с этой женщиной.

- Я просто хочу уйти... Я ничего не взял, ни одной вещи. Просто отпустите меня, и никто ничего ни о чем не узнает.

Стайл поднялся, с мыслью сбежать, но не был уверен, что сможет обойти младенца-монстра.

Женщина усмехнулась, ее смех был хриплым от мокроты курильщика. Не обращая внимания на мольбы Стайлса, он повернулась к своему младенцу:

- Милый, ты видел, что я те принесла?

Она поставила мальчишку перед собой, и младенец потянулся, схватил мальчика за руки, поднял в воздух и потряс как марионетку.

- Ай, ай! Хватит... ннн...

Отвернувшись, чтобы не смотреть младенцу в лицо, мальчишка хныкал и пинался.

Младенец поднял мальчика лицом к лицу, пустил пузыри ему в лицо и испустил глубокое влажное ворчание.

- Иди детка, поиграй, Мама тут поболтает с нашим новым другом, - и тетка вытащила из-под полы пистолет, направив его прямо в середину груди Стайлса.

Стайлс задрал обе руки вверх и попытался унять дрожание нижней губы:

- Да ладно вам. Это не... Зачем же так...

- Почему бы нам не уединиться ненадолго в моей спальне? - женщина кашлянула: коричневатая слизь слетела с ее губ и приземлилась где-то на ковре. - Звучит заманчиво, обезьяныш ты мой?

Пока Стайлс выходил из комнаты ужасов, туда забежал головастый младенец; мальчишка болтался у него в руках и визжал. Дверь захлопнулась и по спине Стайлса пробежала дрожь - он представил, обглоданный скелет мальчика, присоединившийся к конгрегации мертвых детей.

- Какого хуя происходит... это что такое?

Жертва. Воскрешение. Хранитель.

Женщина ткнула дулом пистолета Стайлсу в висок, и жестом приказала идти.

- Кого ты принесла в жертву? - спросил он, волоча ноги в помойку гостиной.

Она тут же остановилась, улыбнулась и кашлянула:

- Ты был в моей спальне, а? Дотронулся до книги.

- Лишь на секунду... Не понимаю, что за дерьмо плавает в голове.

Усмешка.

- О, ты поймешь, дорогуша, и очень скоро, - женщина снова указала пистолетом. - А теперь пиздуй в спальню.

* * *

- Я... Это я жертва? 

Чем больше времени Стайлс проводил в доме, в спальне с этой женщиной, тем больше желал пулю. Просто покончить с этим к хуям, пока перед ним не предстало еще больше ужасов.

- Ты? Малыш, пожалуйста, - женщина взгромоздилась со Стайлсом на кровать, все еще направляя на него оружие. Она сняла брюки и блузку, бюстгальтер телесного цвета и трусики стягивали дряблую плоть ее тела, выпиравшую по краям как сырое тесто. Из открытых ран сочилась прозрачная жидкость, которую она вытирала привычным жестом. - Жертвоприношение давно состоялось, уже почти год назад. Ублюдок, лежит прямо под тобой, сладкий. Я знаю, что ты его видел.

Обугленный скрючившийся труп всплыл у Стайлса в голове. Он нахмурился и взглянул на женщину:

- Младенец, - сказал он. - Воскрешение - это младенец.

Женщна кивнула, подтирая гнойник на животе:

- А этот никчемный членосос под кроватью был его папочкой.

Жертвоприношение уже состоялось. Воскрешение уже случилось. Я ей не нужен.

Было у Стайлса одно умение, в котором он был уверен: хорошо подвешенный язык. Он был преступником всю свою сознательную жизнь и знал, что и как нужно говорить, чтобы добиться необходимого. И, чтобы найти выход из затруднительного положения.

Окинув долгим взглядом ее отвратное тело, Стайлс решил, что сучка просто хочет члена и, наверное, поэтому разделась так быстро.

Он пододвинулся поближе и прикоснулся к ее руке:

- Так ты живешь здесь совсем одна, без мужчины? Целый год?

Женщина изучила его лицо, кашлянула, затем улыбнулась. Потянулась, взяла узловатой ладонью пачку "Кэмел" с края столика.

- Да ты пыташься уболтать меня? Так ведь? - сказала она, доставая желтую зажигалку из лифчика; сигарета подпрыгивала у нее во рту.

- Можно и так сказать, - Стайлс улыбнулся. - Я знаю, как выглядит женщина, которая хочет, и сейчас передо мной именно такая. Думаю, у меня есть чем тебя полечить.

От вида улыбки, расплывшейся по ее лицу, он чуть не подавился. Даже мыслей об этой женщине верхом на нем, о ее пятнистой дряблой плоти колыхающейся, когда она ерзает тазом, было для Стайлса достаточно, чтобы взять пистолет и проглотить пулю.

Но инстинкт выживания взял верх.

Сделай, что должен: ублажи эту сучку, а потом прикончи ее.

Стайлс изо всех сил притворялся, что скрюченного мертвеца под кроватью нет, но запах в воздухе не позволял ему забыть об этом.

Женщина выпустила дым изо рта и, кажется, засмущалась - она не могла без хихиканья встретиться взглядом со Стайлсом:

- Ну, папуля моему ребенку не помешал бы. Нормальный, не как жопошник под тобой, - oна потушила сигарету. - И, честно говоря, мне и вправду одиноко.

Женщина потянулась назад, расстегнула застежку бюстгальтера и позволила ему упасть на живот, обнажая морщинистые груди и темные уродливые соски, похожие на куски жухлого салата. Из глубин ее рта выполз язык и покрыл губы переливчатой пленкой слюны.

О, Господи Иисусе!

- Твой с-сын... что с ним случилось?

- О чем ты? - она опустила взгляд и скривила губу.

- Воскрешение... что... что произошло?

Еще одна сигарета очутилась у нее во рту:

- Мертвым родился. Таким крошеным был. Выскочил из меня, пока я была в ванной, - затяжка, кашель. - Просто плавал там, такой малюська. Я не смогла с ним расстаться.

- Как ты его вернула?

- Поверь, малыш, ты не захочешь узнать подробности, - засмеялась женщина. - Нечто в нашей семье передается из поколения в поколение, - выпустив изо рта струю дыма, она указала на матрас. - Этот уебок внизу отдал жизнь, чтобы ребенок смог ко мне вернуться. Забавная штука... мальчуган не перестает расти. В один день он помещается у меня на руках, а на другой, я могу кататься на нем верхом, смекаешь? - eе грудь сотряс искренний смех, и она сплюнула в сторону жирный комок мокроты. - Мой мальчик... у него хороший аппетит. Первое, что он сделал, когда открыл глаза - съел плаценту. Просто заглотил ее.

На мгновение в голову Стайлса просочились жестокие картины смерти и уродливых чудовищ, вдохновленные книгой.

- Черт... Это был Aд, так ведь? Он вернул твоего мальчика?

Женщина загасила окурок:

- Я те говорила, милок, ты не захочешь знать.

Соскользнули трусики.

Стайлс заставил себя не смотреть.

Хранитель.

- Хранитель. Кто-то для защиты твоего ребенка, - Стайлс быстро заморгал. - Это я? Я?

- Хватит вопросов. - женщина опустилась на Стайлса, царапая мешковатой плотью.

Пистолет