Читать книгу - "Гаражная распродажа Эда Гейна и другие зверства - Шейн МакКензи"

- Нет. И я не под чем. Это моя жена. Дейзи. Мы никогда не были счастливее.

- Да, не сомневаюсь. Сумасшедший ублюдок.

И с этим и еще одним укусом испорченного салата мужчина ушел.

Вилли сел. Положил локти на колени, a подбородок на кулаки.

Что-то кольнуло его зад. Испугавшись, что только что сел на использованную иглу, он быстро вскочил. И улыбнулся тому, что нашел.

Из трещины в бетоне торчал сосок. Пришитый к другому соску.

Вилли наклонился, ковырнул потрескавшийся асфальт. Куски легко отделились, он смахнул грязь и вытащил пояс из сосков. Сдул его и встряхнул.

Теперь он был готов к этому. И его глаза наполнились слезами, когда он обернул его вокруг талии и застегнул.

Он огляделся, затем посмотрел на небо.

- Спасибо тебе, Эд Гейн, - сказал он. - Где бы ты ни был.

Перевод: Zanahorras

"ОН ВСЕГО ЛИШЬ РЕБEНОК"

Стайлс поправил галстук, прочистил горло и постучал костяшками в дверь. Не слишком громко, но достаточно, чтобы предупредить живущую здесь женщину. Стайлс не хотел ее напугать или показаться навязчивым. Все, что ему было нужно, это чтобы она открыла дверь, а потом - без вариантов. Он скажет ей пару любезностей, прошепчет заманчивые обещания, преподнесет немного яркой макулатуры, и дамочка растает в его руках как масло.

В этом он чертовски хорош.

Уже несколько дней он наблюдал именно за этим домом, примечая, когда женщина уходит и во сколько возвращается. Она была то, что нужно.

Стайлс встал лицом к дверному глазку и широко улыбнулся, держа перед собой, так, чтобы она могла видеть, папку с логотипом несуществующей охранной фирмы. Вдоль края двери была куча замков и, судя по тому, что Стайлс видел, половина из них запиралась снаружи.

Странно, - подумал он, но, отбросив эту мысль, снова растянулся в улыбке. В глазке мелькнуло, но дверь не шелохнулась.

Ожидаемо. Белая женщина видит у своих дверей черного мужчину, и неважно насколько он прилично одет и насколько дружелюбным выглядит - ее доверие заслужить непросто.

- Здравствуйте. Меня зовут Себастиан Ховард, и я лишь хочу предложить вам немного обезопасить ваш дом, - oн мелькнул белоснежными зубами, поднялся и опустился на носках. - Пожалуйста, могу я поговорить с хозяином, или хозяйкой дома? Ваша безопасность очень важна для меня; обещаю, что не отниму много времени.

Тишина.

- Понимаю ваши опасения. Я просто оставлю вам буклет, - Стайлс положил на половик у двери листок, сложенный втрое. - Никогда не знаешь, кто может быть снаружи. В нынешние времена жизненно важно защищать свой дом и тех, кого любишь.

Он повернулся, словно собираясь уходить.

- Не нужна сигнализация.

Голос был грубый и прокуренный.

Стайлс снова развернулся к двери:

- Да, многие люди находятся под иллюзией, что за закрытыми дверями их имущество в безопасности. Но ограбления, не говоря уже о взломах, происходят постоянно, каждый божий день. Готовы ли вы рискнуть всем, что у вас есть, или даже жизнью ваших близких? Сохранит ли обычный замок всех вас в безопасности?

Молчаливая пауза. На лице Стайлса вспыхнуло выражение: "Позор вам, если не внемлете моим предупреждениям".

Затем дверь со скрипом приоткрылась, но ненамного, показывая лишь полоску бледного женского лица и выглядывающий наружу глаз. Зрачок сузился от солнечного света, измерил взглядом Стайлса. Тот видел лишь уголок рта, который дергался, когда женщина говорила.

- Оставляй свои буклеты и вали отсюда.

- Да, мэм. Но я хотел обсудить еще кое-что...

- Я сказала проваливать, так что сделай это, пока я не вызвала полицию. Ты понял?

Сдаваясь, Стайлс поднял руки, ни на секунду не позволяя улыбке покинуть лицо:

- Не вопрос. Ценю вашу осторожность. На буклете номер моего телефона, пожалуйста, найдите возможность позвонить.

И он ушел. Ясно, эту бабищу сложно уломать. Такое бывало раньше, и Стайлс знал, что лучше не перебарщивать, иначе можно все запороть. Поэтому киваем, улыбаемся и уходим - это лучшая стратегия.

Скрипнув, дверь приоткрылась пошире, и он обернулся как раз вовремя, чтобы мельком увидеть внутренности дома.

Барахольщица. Как он и ожидал.

Эта новость могла быть и хорошей, и плохой, но в любом случае она заслуживала внимания. Горы разного мусора и ценных вещей громоздились над женщиной, когда она распахнула дверь и подняла буклет. На мгновение их взгляды встретились, женщина прищурилась и нахмурилась. Ее плоть, цвета лимонного йогурта, местами покрывали открытые язвы. Женщина была в белом халате с зеброподобными полосами коричневой грязи. Именно в этот момент легкий порыв ветра распахнул халат достаточно, чтобы Стайлс смог бросить непрошеный взгляд на сморщенную грудь и сосок похожий на раздавленного жука.

- И чтоб я твоей обезьяньей жопы здесь больше не видела, - сказала женщина, запахивая халат, затем она разорвала буклет пополам и исчезла в доме.

Стайлс хмыкнул.

О, я непременно вернусь.

* * *

Он расположился в своем "Субурбане" чуть дальше по улице: достаточно далеко, чтобы женщина его не заметила, и достаточно близко, чтобы видеть подъездную дорожку к ее дому.

Часы показывали пять. Сука скоро уедет: отправится по каким-то делам, которые требуют ее присутствия каждый день, в одно и то же время. И, как по расписанию, женщина вышла из дома, заперла дверь и поспешила к своему "Таурусу", цвета олова. Стайлз пригнулся, когда машина пронеслась мимо, затем понаблюдал, как она исчезает за ближайшим поворотом.

Барахольщики. Не впервой: несколько неудач у Стайлса уже было - ничего, кроме плюшевых зверюшек, выигранных на ярмарке; декоративных тарелок и пластмассовой ерунды. Не говоря уже о грудах мусора.

И, постоянно - вонь. Воняло всегда по-разному, но каждый раз с гнильцой. На этот раз Стайлс подготовился: белая хирургическая маска и латексные перчатки.

Порой овчинка стоила выделки, хоть и приходилось пробираться сквозь бесконечные кучи дерьма. Некоторые барахольщики были охотниками за сокровищами, которые наполняли свои дома дорогим антиквариатом и коллекционными вещами. Его коллекционеры с кошельками нараспашку ждали этих экспонатов. А иногда Стайлс находил достаточно электроники, чтобы сдать, конечно же под чужим именем, в какой-нибудь ломбард.

Стайлс вырулил с обочины и направил "Субурбан" к дому. В животе щекотало от предвкушения, а ладони в перчатках вспотели. Машина скрипнула, когда он остановился перед домом, а после заехал на подъездную дорожку. Стайлс не собирался задерживаться здесь надолго, поскольку имел талант не тратить время впустую и за несколько минут примечать все ценности.

Обезьяна вернулась, глупая ты сука.

Тратить время на входную дверь он не стал. После кучи увиденных замков знал, что это будет слишком канительно, а ему надо сделать все быстро: туда и обратно. Поглядывая временами через плечо, чтобы убедиться,