Читать книгу - "Черные легенды - Наталья Волочаевская"

больше не кровоточил. Он собирался бросить пропитанную кровью ткань в огонь, но тут вмешался Гаспар.

– Нельзя, – сказал он, успев в последний момент схватить Игнааса за руку. – Не стоит сжигать это в лесу. Никогда не знаешь, кого может привлечь дым. Лучше отдай мне.

Он забрал багровый комок, смял в кулаке и скрылся в доме. Хлопнула дверь. Что-то громыхнуло внутри. Игнаас остался сидеть у котла. Голова соображала медленно, и до него только теперь начало доходить, что Гаспару позарез понадобилась свежая кровь. Его кровь. Не раз и не два доводилось ему слышать сказки о злых волшебниках, использующих волосы или ногти ничего не подозревающих людей для того, чтобы превращать тех в послушных рабов. Наверняка кровь для такого сгодится куда лучше. И ведь он отдал ее сам! Просто разжал пальцы, позволил гребаному колдуну утащить ее в свое логово! Пивовар выстругает из деревяшки куклу, обернет эту куклу тканью, пропитанной кровью Игнааса, и обретет полную власть над ним. Что случится с куклой, тут же случится и с ним самим.

После такого ни один святой даже не взглянет в его сторону. Кому охота мараться о молитвы игрушки чернокнижника? Те, что посуровее, вроде святого Вилхельма или святого Якоба, просто нашлют быстротечную чуму или припечатают молнией к земле – и поминай, как звали.

– Ну уж нет, – сказал Игнаас, вставая. – Ты еще пожалеешь, что не выбрал вчера Абеля, жирдяй!

Все плыло перед глазами. Мысли путались – но это к лучшему, ведь так колдуну сложнее их прочесть, верно? Он чувствовал бессмысленность своей бравады и понимал, что шансы на победу ничтожны. Гаспар могуч. Одолеть ослабленного голодом паренька ему и безо всякого колдовства раз плюнуть. Как справиться с таким великаном? Игнаас не знал. Он просто шел к дому, выставив перед собой нож.

Доски крыльца протяжно проскрипели под ногами, дверь же открылась бесшумно. За ней оказалась обширная комната, доверху заставленная разнообразным хламом. Тут были тележные колеса, ящики и бочки, плетеные корзины, стулья, плотницкие инструменты, тюки с тряпьем, стопки книг и даже пара бутылей из настоящего стекла. С потолочных балок свисали связки сушеных грибов.

Медленно продвигаясь меж пыльных завалов, Игнаас постоянно ждал издевательского окрика. «Эй, гробокопатель! Пошутили, и хватит. Пора в котел, а затем на мельницу. На празднике жители Бравой Заставы по достоинству оценят свежий эль. А твой дух, намертво привязанный кровью, останется на пивоварне до тех пор, пока я не сочту долг уплаченным. Навсегда! Навсегда! Навсегда!»

Но никто так ничего и не сказал. В доме царила полная тишина.

Вскоре Игнаас узнал почему. Обогнув очередную башню из ящиков, он едва не наткнулся на Гаспара. Тот стоял спиной к нему, у небольшого резного столика под окном. Штаны пивовара были спущены до сапог, рубаха задрана, и света как раз хватало на то, чтобы различить ритмично вздрагивающую задницу, бледную и безволосую. Прижав к лицу левой рукой кусок окровавленной ткани, правой Гаспар отчаянно полировал свой вздыбленный хер.

– Чтоб я сдох! – вырвалось у Игнааса.

Здоровяк резко обернулся. В мутных глазах его мелькнула растерянность – и, прежде чем она успела смениться привычной насмешливой уверенностью, Игнаас понял: вот знак свыше. Вот божественное вмешательство. Небеса ответили на молитвы.

Пронзительно взвизгнув, Игнаас бросился на пивовара. Коротким резким движением вонзил нож ему в правый глаз. Тут же выдернув оружие, нанес еще один удар. Метил в другой глаз, но угодил меж бровей. Острие соскользнуло вбок, распахав кожу на лбу. Следующий удар, мгновением позже, все-таки достиг цели – нож по самую рукоять вошел в левую глазницу. Гаспар взревел, рванулся вперед, пытаясь схватить обидчика, – но его повело в сторону, колени подломились, и он тяжело завалился на бок, разломав пару ящиков. Кровь заливала белую рубаху, пропитывала и без того багровую тряпку, смешиваясь с кровью подмастерья. Правой рукой пивовар сжимал все еще напряженный член.

Игнаас попятился. Хозяин дома шумно опростался. Он хрипел и корчился, размазывая по полу собственное дерьмо вперемешку с кровью, словно огромный раздавленный паук. Подошвы сапожищ елозили по половицам. Даже в агонии он оставался страшен. Так и не решившись достать нож, Игнаас рванул к выходу сквозь лабиринт хлама – и вдохнул, только оказавшись на крыльце.

Лошади у коновязи испуганно ржали. Вода в котле бурлила, серая пена с шипением сползала по раскаленным медным бортам. Из пены поднимались вываренные части тел. Когда Игнаас приблизился, на поверхности показалась голова – нельзя было понять, Хенрику или Абелю она принадлежала ранее. В пустых глазницах клокотали пузыри, радостно щерился костяной оскал.

– Ублюдок! – клацнули желтые зубы. – Залезай к нам, ублюдок! Твое место здесь.

Зарычав, Игнаас пнул котел. Тот был слишком тяжел, чтобы перевернуться, и лишь качнулся, расплескав большую часть пены. Из бурлящих недр всплыла вторая голова.

– Залезай, не стесняйся, – сказала она. – Мы тебя согреем.

Игнаас побежал прочь. Мимо коновязи, мимо водяной мельницы, сквозь пролом в стене, по дощатому мостику над ручьем – и вот он уже на свободе, на дороге, ведущей к людям. На берегу реки он спустился к воде, упал на колени, умылся и напился чистой холодной воды. Сердце больше не трепыхалось в груди, а вместе с ним успокоились и мысли. Солнце стояло в зените. Времени было еще навалом.

– Благодарю, святой Орм! – с жаром воскликнул Игнаас, задрав лицо к небу. – Спасибо, что вызволил! Я выполню свои обещания, вот увидишь!

Пошел дальше, едва сдерживаясь, чтобы не сорваться на бег. Стоило беречь силы. Болел порезанный палец, и живот сводило от голода, а в остальном он чувствовал себя прекрасно. Пожалуй, следовало все-таки сперва обыскать жилище пивовара. Тот же не зря упоминал чечевичную похлебку и кровяную колбасу – в доме должны храниться припасы. Впрочем, к колбасе Игнаас больше никогда не притронется. Да и от эля станет держаться подальше.

Дорога отвернула от речного берега в холмы. Теперь лес нависал над ней с обеих сторон, угрюмый и безмолвный. Солнечные лучи упирались в стволы сосен, окрашивали их янтарем, но дальше, вглубь, проникнуть не могли, и сквозь бреши в стене деревьев выглядывала густая тьма.

– Ничего, – бормотал Игнаас, пытаясь унять тревогу. – До вечера точно успею. До вечера выйду к городу, и…

И что? Что он им скажет? «Приветствую вас, благородные жители Бравой Заставы! Это я, грабитель и осквернитель могил, которому два дня назад вы даровали помилование. Я убил вашего пивовара. Выколол ему оба глаза. Мне нужны кров, каравай хлеба, кувшин вина и девка посочнее. Да еще монет отсыпьте. Поторапливайтесь!»

Игнаас хихикнул. Точно, в город нельзя. Туда не