Читать книгу - "Тайна девочки из Вудхаус-Гроув - Катя Д."

на шее и то, как, оказывается, хрупка жизнь человека, пусть порой и кажется, что ты вечен.

Фрэнки смотрела на потемневшие листья под руками, а по щекам бежали слезы. Она подняла голову, уставилась на рощу перед собой.

Где он? Спрятался? Наблюдает из мрака?

Дейзи ласково потерлась о напряженную руку, заглядывая в лицо желтыми глазами.

– Спасибо, – хрипло пробормотала Фрэнки. – Спасибо. Спасибо тебе.

Фрэнки сгребла кошку в охапку и прижала к груди, утыкаясь в теплую шерсть. Несколько минут та сидела без единого движения, точно осознавая, что Фрэнки требуется время, чтобы вернуть контроль над собой. В конце концов Дейзи спрыгнула на землю и, обернувшись, бросила на нее взгляд, а после засеменила вдоль ограды. Со вздохом Фрэнки поплелась за ней.

Исследовав окрестности школы вдоль и поперек, Дейзи, очевидно, была не только храброй, но и крайне умной кошкой, потому что привела ее к лазу в ограде. Фрэнки сомневалась, что смогла бы в нынешнем состоянии перелезть ограждение.

У черного хода под лампой топтались Рут и Камилла. Последняя затягивалась сигаретой, задумчиво глядя в небо. Рут явно услышала шаги и повернулась. Светлые брови сошлись на переносице, когда она посмотрела на подругу, а затем на кошку, что стрелой прошмыгнула в приоткрытую дверь.

– Гейт, Господь Всемогущий, что с тобой? – удивленно воскликнула Камилла. – Неужели какой-то парень из Баксвуда…

– Неудачно перебралась через изгородь, – просипела Фрэнки в ответ, а затем указала на сигарету в руке соседки. – Можно мне это?

Камилла без слов отдала сигарету, а потом как-то замялась:

– Гейт… надень завтра водолазку.

Она оставила их наедине, и Фрэнки сразу же рухнула на крыльцо. Ее до сих пор трясло. Она затянулась сигаретой, хотя ситуация требовала кардинально противоположного, и всмотрелась в мрачные очертания ветвей за воротами.

– Ты как? – осторожно спросила Рут, присаживаясь рядом на корточки. – Фрэнсис?

– Плохо. Думаю, что плохо.

– Что произошло?

Фрэнки зажала сигарету зубами, чтобы оттянуть ворот свитера. Глаза Рут расширились, а у нее – защипало в носу.

– Меня чуть не убили, – сдавленно проговорила Фрэнки. – А теперь, если не возражаешь, я хочу позвонить маме и сказать, что люблю ее.

Глава 19

Эмили улыбалась. Многие считали ее настоящей красавицей. Однако, на вкус Фрэнки, она была обычной – ни красивой, ни уродиной, ни сколько-нибудь уникальной. Может быть, дело в том, что черты лица успели смазаться, пока Фрэнки стояла чуть ли не впритык к фотографии. Если бы бумага загоралась от взгляда, как от лучей, проходящих через стекло, то от Эмили Уоллис осталось бы лишь воспоминание. В который раз.

– Ну и чего молчишь? Мне было бы гораздо проще, если бы ты оставляла хоть какие-то подсказки! Я вполне могу прожить без разгадки твоей тайны, знаешь ли.

Фрэнки буравила взглядом классную фотографию Эмили в Красной гостиной. Никто до сих пор не заметил, что стекло в рамке треснуло, потому что, кроме как для редкого доклада и такой же редкой уборки, никто сюда не заходил. Но ничего странного она не дождалась. Девушка по-прежнему безмолвно улыбалась со снимка.

– Сдается мне, будь у нее возможность говорить, она бы ею воспользовалась, – заметила Рут, привалившись к дверному косяку. – Может, пойдем?

– Извини, вся эта ситуация плохо на меня влияет.

– Все в порядке. Скоро каникулы, и ты сможешь выдохнуть.

– Вот именно! – Фрэнки отошла от стены, но смотреть на фотографию не перестала. – Хотелось бы вернуться после каникул и не беспокоиться, что меня могут придушить в любой момент.

Рут вздохнула. Подхватив сумку, Фрэнки вы-шла в коридор. После инцидента ее нервировал каждый темный угол, любая ситуация, где приходилось оставаться одной. Если раньше проявления неизвестного выглядели как предупреждение, то теперь существовала реальная угроза жизни.

В ту ночь, когда они вернулись в комнату, она много думала. В основном о маме. Как бы та пережила новость о ее смерти, если бы Дейзи не вмешалась? Примириться с потерей отца она смогла, но оправилась бы снова? Ведь жизнь устроена так, что именно ребенок рано или поздно должен прощаться с родителями, и случаи, когда происходит наоборот, противоестественны и ужасны. Не единожды мама говорила о том, что Фрэнки сможет понять ее к ней любовь, только когда сама станет матерью. «Любовь, что сильнее всего на свете», – так она говорила.

Потом она размышляла о нападении. Значило ли оно, что преподобный Кромби сообщил нечто важное? Если да, это определенно затрагивало Люси Солсбури. У Люси появились деньги. Откуда? На сворованные в течение года фунты магазин не купишь, да и вряд ли бы мистер Тэтчер стал терпеть пропажу крупных сумм. Делать накопления, имея на руках ребенка и больную мать и при этом работая в деревенской лавке, – Фрэнки в это попросту не верила. Выходит, что их ей кто-то дал? Или она снова украла, только в этот раз по-крупному?

– На выходных я иду в книжный, – сообщила Фрэнки тоном, который не предполагал сомнений.

Судя по выражению лица Рут, она не удивилась заявлению. Они вышли к лестницам и остановились, чтобы пропустить младших девочек.

– Надо полагать, не за книгой, – с усмешкой ответила подруга.

Фрэнки в нетерпении побарабанила пальцами по перилам.

– Рут, я чувствую, что Солсбури имеет ко всему прямое отношение. Иной раз мне думается, что если хорошенько потрясти, то тайны высыпятся из нее, как конфеты из пиньяты.

– Ты же знаешь, она может запросто выставить нас.

– Нас?

Рут бодро зашагала наверх.

– Я в деле. К тому же свидетель еще никогда не бывал лишним. Но у нас нет плана.

– А без плана она может и настучать директрисе, – со вздохом протянула Фрэнки. – Так она отвадит нас раз и навсегда. Я бы так и поступила, если бы скрывала какую-то тайну.

– И тогда родители сделают пиньяту из меня, – рассмеялась Рут. – Звонок из школы они точно не оценят.

– Кажется, настало время собрать воедино все, что мы узнали. Любая деталь может иметь значение.

У комнаты Фрэнки перехватила мисс Торнтон, которая раскладывала свежее постельное белье в