Читать книгу - "Терранавты. Роман о разумных осьминогах - Октавия Колотилина"

горевать. Позволь, познакомлю тебя с их потомками, – Винч таки утёк из объятий, позвал: – Сорванцы, все сюда! Суори, Киене, оставьте в покое мальков, вы их не догоните. Эниек-три, брось стекло! Брось, не ешь!

Он нырнул и через десять минут выволок на берег дюжину осьминожков не больше блюдца в размахе коротеньких щупалец. Одна его рука удерживала сразу два нежно-кремовых комочка, те азартно отбивались, пучили чёрные глазёнки.

– Какие мимимишные!

Хотелось их схватить и потискать, но было страшно повредить полупрозрачные тельца. Мира закусила палец, пытаясь удержаться.

– Да это шуаги подкроватные, неслухи! – ругался Винч. – Кого учили зажимать мантию в безводном? Суори!

Он макнул руку с самым мелким комочком в подбегающую волну. Наведя относительный порядок, обратил оба глаза к Мире, прощёлкал умоляюще:

– Я не помню, когда спал последний раз. Ты хотела сделать из меня питомца? Я согласен. На фокусы, на всё! Только… У тебя есть отдельный аквариум? С запирающейся крышкой?

– Для них? – Мира кивнула на малышей.

– Их ты крышкой не удержишь. Для меня!

Она скептически хмыкнула: как так, не удержать крышкой? Но вскоре убедилась, что это правда.

Осьминожки радостно попрыгали в канистру с морской водой, резвились там всю дорогу до дома, так что приходилось придерживать ношу второй рукой. Винч полз рядом, слушая рассказ Миры:

– Год назад, тоже в июле, я поехала подавать документы в МГУ. Представляешь, кого я встретила в холле биологического факультета? Профессора Мясникова! Он передал привет от Алексея Васильевича, стал расспрашивать о Рине. Экзамены влёт приняли, высший бал по всем! И я уже отучилась первый курс на бюджетном. Мы продали тёткин жемчуг, справились с долгами. Сюда на лето приезжаем, отец обожает рыбачить.

Пока Мира отлавливала рыб-ангелов из малого аквариума и устраивала там Винча, сбылось предсказание насчёт крышки: мелкие сорванцы скрутили её с канистры и разбежались по гостиной. Пришлось ловить, крича на ходу:

– Нет, только не в холодильник! Слушай, можно им кошачий корм? А гербарий? А… Ой, в герань зачем лезешь, кыш! Ты Суори, да? И как ты забралась на портьеру? Винч!

Но осьминог уже спал, свернувшись в углу аквариума и поджав руки. Две он блаженно раскидал, и те колыхались в потоках от фильтров.

– Эй, малыши, у меня тут книжка с картинками!

Однако сорванцы не желали смирно разглядывать весенний каталог женской одежды. Пятеро нашли каскад аквариумов и катались по нему, снова и снова забираясь к самому верхнему, а после с плеском переваливались через перегородки к нижним ярусам. На паркет летели брызги, ошмётки водорослей.

Ещё трое устроили перестрелку, обливая друг друга струйками из сифонов. Одного Мира выудила из помойного ведра, он обвалялся в мусоре и вздрагивал всем телом, пришлось срочно отмывать. Если хоть кто-нибудь из них погибнет, это же будет межвидовой скандал! Осьминоги обвинят людей, и тогда…

Почему Винч пришёл за помощью к уналашке? Он же Луч Защиты, под рукой полно всяких примариев и медисов, кому можно перепоручить мелких. Опять в Новом Шелесте какие-то интриги, наверняка Заутекс воду мутит.

Вздохнув, Мира пересчитала малышей: один отмокает, пятеро мучают каскад, четверо выволокли на пол рыбу-хирурга и лакомятся в луже – где ещё двое?!

Она в панике начала озираться, и вдруг ошпарила мысль: второй этаж! А там – ванная, шампуни всякие. Однако и остальных сорванцов тут не оставишь без присмотра. Да разорваться, что ли?!

Вдруг со второго этажа протянулся длинный чёрный шланг, его тонкий конец держал два кремовых комочка, бережно опустил их в каскад. Те принялись плескаться с братьями. К основанию шланг расширялся, и выходил он из дверей спальни!

Мира кинулась к окну, подняла раму, высунулась… И присвистнула.

Над крышей завис чёрный диск, загородив полнеба. Одно из его двадцати четырёх непомерных щупалец протянулось к Мире. Оно держало вешалку, на которой пышным красным облаком трепетало приталенное платье от Ульяны Сергеенко с принтом «Выбитые зубы».

– Тётя, это уже не носят! – сложив руки рупором, прокричала Мира. – Прошлый сезон! – оценив уходящую в небеса гору щупалец, добавила: – Но всё равно спасибо.

Пока Мира вертела в руках подарок, космический странник Виафар исчез, мгновенно переместившись в какую-то иную часть земной атмосферы. Сзади послышались голоса Тоньки и Анжелы:

– Ой, милота!

– Няшечки! Слушай, презенти одного? Давай я куплю?

Мира закатила глаза, развернулась к подругам, которые пытались отловить себе по осьминожке. Сказала:

– Не, не, не. Разумные существа не игрушки, их нельзя держать в неволе.

Тонька, улыбаясь, склонилась над нижним аквариумом каскада и протянула к воде палец, за него ухватилось крошечное щупальце. Мира хмыкнула:

– Разве что существо само захочет с тобой подружиться.

* * *

Ворсинки приятно щекотали каждую из двадцати четырёх рук, передавая ощущения Виафара: он сонно нежился в потоках солнечного излучения, поглощая сразу весь его спектр.

Рина встряхнулась, заставляя тело собраться. Внизу, под кораблём, зияла проплешина среди высоток Южно-Сахалинска – старый гаражный кооператив. В его центре теперь возвышалась безобразная гора ржавого металлолома. С обломанного крыла самолёта гирляндами свешивались водоросли, по ним потерянно ползали крабы.

Рина думала вслух:

– Посмотрим: тридцать девять РИТЭГов, космический аппарат и его ядерная энергоустановка, Ту-95 с двумя атомными бомбами – недействующие, проверяла. Ладно, четыре десятка кораблей с радиоактивными отходами, которые лежат в заливе Терпения, оставим на следующий раз.

В голове возник ласковый голос Фьюта:

– Милая, а люди с этим справятся, ты уверена? Виафар мог бы проглотить…

– Нет, – перебила она. – Наша задача – не уничтожить опасные отходы, а научить человечество ответственно к ним относиться. Сейчас оно, как ребёнок: сломал лопатку – закопал в песочнице, авось никто не найдёт. Пусть строят завод, перерабатывают. Заодно князь Никитский отвлечётся от семейных проблем и деньги на дело пустит.

Виафар прянул в небо. На то, чтобы переместиться от острова Сахалин к проливу Джорджия, у него уходило минуты три. Рядом с лесистыми предгорьями Кордильер плясала среди волн маленькая яхта, на чёрном носу с красной полосой шла свежая надпись: «Илона». Плечистый аквалангист, бросив баллоны на палубу, яростно махал рукой и посылал в сторону инопланетного корабля воздушные поцелуи.

Рина хотела бы улыбнуться при виде старого друга, но получилось только поменять цвет. Хонера она вытащила из закрытой больницы, принадлежащей АНБ. С тех пор на француза никто не смел покуситься, хотя и постоянно следили. Вот и сейчас вокруг яхты слонялись без дела три гражданских катера.

Малыш звонко отчеканил:

– Нарушение вблизи Филиппинских островов!

Его сохранил Виафар в своём разуме, как и остальных пилотов.

Теперь Малыш с ревностью исполнял роль