Читать книгу - "Терранавты. Роман о разумных осьминогах - Октавия Колотилина"

Он усмехнулся, разжал жгуты. Мира прянула прочь, но её тут же ухватили за ногу. Возле шеи клацнула клешня, Третий приказал:

– Связывайся!

«Прости меня, Светоч», – подумал Винч и крикнул:

– Эниек!

– Чего тебе, братец? Открыли последний шлюз. Пока ты прохлаждаешься, мы тут…

Третий прыгнул вверх, протянул четыре руки к светильнику. От него отделился шарик поменьше, размером с человеческий глаз, и завис между пальцами карна. Тот шепнул что-то, после сказал громко:

– Догони и убей.

Он бросил шарик Винчу в голову. Обдало жаром, маленькое солнце облетело вокруг – и устремилось прочь по коридору.

– Что это? – прошептал Винч.

– Плазменная акула, она взяла информационный след, – Третий лучился самодовольством.

– Нет! Эниек!

– В чём дело, братец? Погоди, тут светлеет… Барракуда!

Беззвучный крик накрыл, как вспышка. Резанул визг Тиэры, Араум сбивчиво причитал:

– Эниек? Ты слышишь? Тебе больно?

Тому, похоже, уже больно не было.

Эниек погиб, скафандр не работает. Теперь никто не возьмёт управление кораблём, никто не спасёт ни Рину, ни Миру.

Винч прикусил себя за руку, не зная, как всё исправить.

А карн быстро лепил новую акулу. В кого он её направит? В туземца, можно не сомневаться. Чтобы не рисковать в ближнем бою и не подставляться под выстрел раковины-конуса.

Винч подобрался. Прыгнуть и попытаться всадить шип в Третьего? У того слишком длинные клешни, отобьёт и перережет нападающего надвое. Но что ещё остаётся?!

Перед носом скользнула неоновая рыбка. Она шепнула: «Акулу зовут Б’ри’атхарр’ис. Окликни по имени и обращением задай цель».

Если бы это удалось выговорить…

– Б’ри’атхарр’ис, Третий! – крикнул Винч, смотря в упор на противника.

Однако и тот успел скомандовать:

– Б’ри’атхарр’ис, туземец!

Плазменный шар повис между ними, маятником скользя то к одному, то к другому. Акула металась вдоль напряжённых взглядов, как по натянутой струне.

– Сообразил, – Третий поморщился. – Ни твоя ни моя. Оставим это.

– Нет, – отмёл предложение Винч.

Он изо всех сил направлял внимание на карна, и акула с каждым движением вперёд-назад всё ближе подходила к голове противника. Тот проговорил:

– Послушай, ваш пилот убит. У тебя маловато рук, чтобы управлять Виафаром, даже если подрастёшь. Я единственный, кто может занять кокпит. Ведь у нас общие цели: обезопасить поселение, зачистить планету от нежелательных форм жизни. Просто не мешай. Твоих животных не буду трогать, обещаю.

Винч левый глаз обернул назад, на Миру: она трясла Рину, пытаясь привести в сознание. Если не будет пилота – кто вылечит пресветлую? И кто теперь, когда нет Эниека, сможет сделать новый скафандр? Погибнет Третий – и озарённые останутся без корабля карнов, без защиты. Люди скинут всего один заряд на купол и…

– Опусти взгляд, – убеждал Третий. – Я прикажу акуле вернуться в рой. Хочешь, прикажем вместе?

Ничего он не прикажет. Убьёт соперника, за ним и людей.

Вдруг Винч услышал собственный голос: «Что тебя носит, как медузу в среднем слое? Ты Луч Защиты – или гнилая сайка? Давай, на врага!»

– Мира! – окликнул он.

Девушка обернулась. Одной рукой откинув панель на её груди, другой Винч повернул тумблер движителей на полный задний ход. Лопасти закрутились, вперёд ударила струя воды.

Оседлав её, Винч пронёсся мимо акулы, мимо клешни и бьющих жгутов. Он выкинул руку вбок и, вцепившись присосками в круглую мягкую голову, подтянулся и прилепился карну на затылок.

– Гррауух! – закричал Третий.

Акула больше не сомневалась: обе цели оказались в одном направлении. Достигнув первой из них, Б’ри’атхар’ис перешла в открытую форму, испепеляя окружающее вещество.

Глава 7

Вспышка ослепила, по ушам ударил грохот. Когда Мира проморгалась, увидела лежащего на дне паука. Он говорил сначала, что его зовут Малыш. Потом назвался то ли Третьим, то ли Тридцать Третьим и схватил её. Пытался убить Винча – но разряд врезал по самому пауку. И теперь многоногое тело раскидало клешни, жгуты ещё слабо извивались, однако половины головы у него не было.

Винч обнаружился у дальней стены, оглушённый, но целый. Мира встряхнула его, и он ожил, простонал:

– Мира… – поглядев на распластанное тело, вздохнул: – Вот и всё. Нет у нас пилота. И защиты у города нет. Зачем я это сделал!

– Как – нет пилота? – спросила Мира в растерянности. – А Васька?

– Скафандр повреждён. Эниек убит. Таким же способом, как этот.

– Убит?

Вредный братец Винча никогда особо не нравился Мире, но было как-то странно осознавать, что он погиб.

И без пилота корабль не сможет защитить Новый Шелест – получается, всё насмарку? Поиски Послания, её догадка, борьба?

Послышался слабый голос Рины:

– Ну вы порезвились, ребятки.

Мира кинулась к ней, приподняла за плечи. Тётка застонала:

– Чёрт. Касторкин вколол все лекарства, что были. А… Будто это поможет. Не всплыть мне. Вот уже и глюки.

Она подняла палец, указывая на рыбку с красной и синей полосками вдоль хвоста. Мира попыталась схватить «глюк», рыбка не уклонялась, но пальцы прошли сквозь неё.

– Ты тоже это видишь? – удивилась Рина.

– И я вижу, она со мной разговаривала, – пробурчал Винч.

Рыбка вдруг превратилась в большого осьминога, рук у него было много, но все тонкие и с неровной каймой по бокам.

– Фьют! – крикнула Рина изумлённо.

Глаза осьминога были большие, охрового цвета, и очень грустные. В мозгу возник голос, глубокий и мягкий:

– Здравствуй, Рина. Ты всё-таки пришла! Как жаль, что не могу коснуться тебя, не могу излечить твою рану.

– Ты… Ты жив? Мы же с Хонером сожгли тебя!

– Виафар сохраняет сознание каждого пилота в своём разуме. Другие пилоты, карны, изгнали меня за то, что не послушал их и не сжёг людские города. Пришлось прятаться в области бессознательного. Когда я вёл корабль, карны взяли мою кровь, после изменили её и создали Малыша. Они растили из него идеального убийцу, который бы уничтожил всех жителей суши. Я нашёл способ управлять снами Виафара и через них являться Малышу – изредка, в виде крошечной рыбки, чтобы карны не заметили. Я показал ему, что такое радость тактильного контакта с живым существом – то, о чём утратили память другие пилоты. Он понял, какую ценность имеет чужая жизнь, научился сострадать и заботиться. И не убил тебя, когда ему приказывали, не тронул твою ученицу.

Мира почувствовала, как сжался холодный ком в груди. Малыш. Бедное, одинокое существо.

– Фьют, я столько всего хотела… – похоже, Рина плакала.

Осьминог попытался погладить её по шлему – но щупальце прошло насквозь. Прошептал:

– Я тоже, Рина. Мне о многом тебе надо рассказать! Но карны уже засекли передачу информации, уже