Читать книгу - "Терранавты. Роман о разумных осьминогах - Октавия Колотилина"

князя Никитского. Пришлось поработать, но теперь для его здоровья нет опасности.

– А Дэниэла поймали?

– Извини, это уже конфиденциальные вещи.

– Поймали, иначе бы вас не повысили, – Мира подмигнула. – Получается, вы мне должны.

Буровой недоумённо усмехнулся:

– Получается, должен. И чего же ты хочешь? Могу выбить повышение для твоего отца, избавить семью от долгов.

Мира выпалила:

– Расскажите, что решили на совещании. Осьминогов оставят в покое?

Он пожевал губами, на секунду опустил глаза.

– Ничего особенного не решили, обычная болтовня. Насчёт сотрудничества, противодействия угрозе.

Диктор бодро вещал из телевизора, но человек в тельняшке сидел за ним, на табуретке, и тихонько вставлял что-то своё. Может, дело в том, что Буровой вживил себе ниетту? Вроде бы с ней невозможно врать.

– Кстати, американский адмирал – афроамериканка. И она была очень впечатлена подвигом русской девушки-водолаза, не побоявшейся проникнуть в замкнутое пространство под таинственным куполом.

Мира попыталась отключиться от звука голоса, мысленно заткнула уши ватой. И прислушалась к бубнёжу:

«Верь в это, девочка, – говорил тот, в тельняшке. – Их интересуют лишь неизвестные технологии осьминогов, многомиллиардные прибыли».

– Решили вести наблюдение, – сообщал диктор, – в своё время результаты откроют общественности.

«Когда избавимся от угрозы – почему бы и не открыть», – прошелестело с табуретки.

Мира прервала генерал-майора на полуслове:

– Решили что – нанести удары по куполу и уничтожить город?! А потом поживиться технологиями?

«Да, по-другому и не скажешь».

– Нет, я не говорил подобного, – зримо испугался Буровой.

«Проклятье, откуда у неё сведения?!»

– Будут использовать глубинные бомбы? – Мира взяла быка за рога.

«Ну и чушь, прошлый век. Беспилотники с хорошим зарядом…»

– Подводные дроны?

Мира пыталась заглянуть за диктора и поговорить с тем, в тельняшке.

– Да ты мысли, что ли, читаешь?! – сорвался Буровой. Нахмурился, словно собираясь проткнуть взглядом. – Та поганая пиявка – ну-ка рассказывай, какие у неё свойства?

Коленку задело холодное и мокрое: Винч скользнул со столешницы на пол. Невидимый, он может выбраться через открытый иллюминатор, а там перевалить за борт и спуститься к воде. Осьминог слышал весь разговор, предупредит своих об опасности. Лишь бы Буровой ничего не заметил!

Стараясь отвлечь собеседника, Мира с жаром выдала:

– Под куполом давление одиннадцать атмосфер, а снаружи – сто одна! Вы же убьёте всех в городе, погубите его!

– Я. Спросил. Про. Пиявку.

– Это всего лишь переводчик… – попыталась соврать Мира – и поняла, что зря: генерал-майор почувствовал фальшь.

Она невольно скользнула взглядом в сторону Винча: тот как раз вылезал через приоткрытый иллюминатор. Буровой тоже посмотрел туда.

И вскочил, перевернув стул.

Мира кинулась к выходу, наперерез. Однако особист легко отшвырнул её с дороги и, распахнув дверь, вылетел наружу.

Метрах в десяти Винч энергично полз через проход, почти не маскируясь. В фальшборте корабля была прорезь для слива воды, и осьминог спешил к ней, почти добежал.

Сверкнул нож. Лезвие с отвратительным чавкающим звуком вошло в голову Винча, пригвоздив к палубе.

Буровой издал смешок, направляясь в сторону противника. Мира бросилась между ними, попыталась ударить в пах – но генерал-майор легко перехватил её руку, заломил за спину, так что глаза заволокло красным от боли.

– За кого ты, Мирослава? – вкрадчиво спросил он. – За людей – или за этих слизняков?

Казалось, плечо сейчас выскочит из сустава, крикнуть было невозможно.

Винч приподнялся, насаживаясь на лезвие по самую рукоять. Он схватил двумя передними щупальцами левое – и оторвал его, кинул в сторону Миры.

Над ухом раздался хрип, руку отпустили.

Буровой согнулся, пытаясь оторвать от шеи серую удавку – но мускулистое щупальце только затягивалось.

На место драки уже бежали матросы, слышалось топанье. Понимая, что времени нет, Мира кинулась к Винчу. Что делать?! Она схватила за рукоять нож, пытаясь выдернуть. Лезвие ушло в доски наполовину, сидело намертво, не раскачаешь – только при каждом движении брызгала из-под него синяя кровь.

К запястью Миры прикоснулись тонкие пальцы. Винч глядел умоляюще, щёлкнул:

– Оставь меня. Внизу Белоспин… Скажи дельфинам. Предупреди наших, прошу тебя!

Буровой уже сорвал удавку, швырнул на палубу и, держась за горло, похромал вперёд.

– Все озарённые погибнут… Мира…

Она последний раз дёрнула нож: не поддаётся. Распластанный осьминог выпустил воду, дёргался от боли в синей луже.

Оставить Винча здесь, без помощи? Его же добьют!

И его, и Араума, и Тиэру. И тётку в придачу.

«За кого ты?!»

– Я за живую Землю!

Одним махом она вскочила на бортик. Зыбкая поверхность колыхалась внизу, как если бы Мира стояла на коньке деревенского дома. Невообразимо далеко среди бликов показалась круглая спина дельфина с треугольным плавником.

Лодыжку почти схватили пальцы Бурового, когда Мира прыгнула рыбкой вперёд. Внутри развернулась паническая пустота: «Боже, боже, что я творю?!»

Глава 4

Вкрики дельфинов.

лицо ударила тугая вода, уши заложило. Оглушённая, ошпаренная ледяным потоком, Мира всё-таки попыталась продуться и всплыть.

– Упала! Затянет! Лови! – доносились протяжные «Белоспин!» – мысленно позвала она.

Её толкнули вбок. Ничего не соображая от холода, Мира обхватила шершавую бочку. Над головой плясала серебряная плёнка. Через невыносимо долгие мгновения она прорвалась, хлестнул обжигающий ветер. Мира пила его, захлёбываясь, не веря, что жива.

Корабль айсбергом возвышался метрах в ста – это дельфины так далеко оттащили беглянку? Кругом раздавались их приветствия:

– Э-ге-ге! й!

– Мира! Мира! Э-ге-ге!

– Ворчалка позвал, где он?

– Ты съела зануду? Мне бы кусочек! Не оставила?

Отдышавшись, Мира поняла, что ни рук, ни ног от холода не чувствует. Прохрипела:

– Винча убили. Вас тоже убьют, плывите скорей отсюда. Передайте в город: люди направят беспилотники с мощными зарядами, купол взорвут. Быстрее, быстрее!

– Убили?

– Подарки?

– Что люди дадут?

– Ну как же вам объяснить! – простонала Мира.

На палубе суетились матросы, ветер доносил обрывки команд, с корабля на воду опускали надувную лодку. Белоспин прижимался тёплым боком, грел. Мира оттолкнула его:

– Вас могут загарпунить, у людей ружья. Ныряйте скорей, я справлюсь!

Дельфины не уходили.

* * *

Рина беззвучно закашлялась, выталкивая из горла маслянистую жидкость. Катетер на плече дёрнулся, но лекарство не поступило – кончилось.

Волевым усилием подавив желание кашлять, Рина заставила горло пустить трифторан внутрь. Вдох. Выдох. Вдох!

Больше двух недель дышать трифтораном совсем не полезно: жидкость хоть и медленно, но всё же вымывает сурфактант из лёгких. А без этой смазки, которая выстилает пузырьки-альвеолы, трудно обходиться это уж слишком специальные слова они могут спадаться. Касторкин периодически впрыскивал необходимую добавку, но теперь медицинская кассета требует замены, а где под водой её взять?

Получилось ли у Миры раздышаться на воздухе? Вся надежда на то, что молодой