Читать книгу - "Терранавты. Роман о разумных осьминогах - Октавия Колотилина"

– Вы бы верёвки какие-нибудь взяли, обмотали звезду водорослями – видите ведь, что ему неудобно!

Двое осьминогов тут же отправились к окошку Палат Науки – должно быть, оценили идею. Дельфин бросил звезду, принялся тыкать носом руку человека, издавая длинные гудки:

– Мира! Мира!

– Ты меня знаешь? – удивилась она. – Ты Белоспин, да?

– Белоспин, Белоспин!

– Всё хотела сказать вам спасибо, что пришли на помощь, когда меня кальмар схватил. Как ты себя чувствуешь? Плавник не болит?

– Не болит! Дышу – болит.

– Так всё же болит? Пойдём-ка к Рине.

Отозвав тётку из-под арки, сообщила ей:

– У Белоспина плавник болит. Это из-за дротика, я его вытащила, когда мы ещё у берега были. Кажется, медицинский, из вертолёта выстрелили…

– Дротик? Вертолёт?! – тётка нахмурилась. – А ну-ка, давай подробнее!

Когда Мира всё рассказала, Рина поставила Синий сектор на уши. То есть, на статоцисты. Сиэртон отложил отбор, Белоспина затолкали в круглую комнату башни. Его облепили осьминоги с большеголовыми рыбами, похожими на «громкоговоритель», но в разы меньше. Рыбы пищали, другие ученики держали камбал с противоположной от дельфина стороны и фиксировали звук: видимо, это биологический аналог УЗИ-аппарата.

– Почему ты так разволновалась? – спросила Мира тётку. – Белоспин говорит – то болит, то не болит.

– Чёрт, Мира, ты можешь о таких вещах сразу сообщать?

– Сразу был кальмар, меня ему собирались скормить. После подводная лодка тебя похитила, и ещё я три недели провела в холодильнике.

– Принято. Дело в том, что дротик, скорее всего, всадил под кожу дельфина микрочип, который передаёт сигнал.

– И нас по нему могли отследить?

– Не только нас, чтоб его, – Рина была на взводе. – Новый Шелест. И теперь любая подлодка может нанести по нему удар, а мы с тобой будем виноваты.

– Ну конечно, – скептически протянула Мира. – А в том, что у осьминогов нормальной армии нет – тоже мы виноваты? Трясут копьями, защитники, конечно. Да с такими биотехнологиями можно понаделать глубинных монстров, которые бы эти лодки напополам раскусывали. Или смертельные вирусы.

Рина замахала на неё, округлив глаза и легонько подёргивая головой в сторону местных учёных. Мира замолчала, с ужасом понимая: ведь она только что чуть не подсказала подводной цивилизации отличный выход, как избавиться от угрозы.

Возможно, если бы осьминоги думали, как люди, человечество на Земле давно бы исчезло.

К ним подплыл Сиэртон, развёл руками:

– Никаких посторонних предметов не находим.

– Ага, с помощью рыб-то, – усмехнулась Мира.

Луч Познания надулся:

– Камбалы слышат мельчайшие предметы в теле, в тройку раз мельче шипа от улитки-конуса.

Осьминоги кружили возле дельфина, но результата не было. Мира припомнила:

– Белоспин говорил, когда он всплывает подышать – тогда плавник и болит. Пошли к воздушной камере?

Рина сначала отнеслась скептически к её идее, однако после часового исследования на воздухе трясла за плечи:

– Мира, ты молодечик! Мы его таки выцепили.

– Кого?

– Микрочип. Он не цельный, из нанороботов. Эти мелкие хвостатые твари расплываются по крови, подзаряжаются от её тепла. А когда Белоспин поднимается глотнуть воздуха, состыковываются и отправляют сообщение. Понимаешь? В воде радиосигнал быстро затухает, и не было бы смысла передавать его постоянно. Вкалывать нанороботов кальмарам, например – тоже бесполезно, как уйдёт головоногий на глубину, так сигнал и потеряется. А вот дельфины больше пятнадцати минут не могут не дышать, значит, передатчик будет регулярно выходить на связь. Так военные корабли нас и нашли, и наверняка определили, где купол. Откуда только полковник узнал, что подводная цивилизация связана с дельфинами?

– Ну… Я ему рассказала, – вздохнула Мира. – И про них, и про ниетту. Ещё в первый раз, в машине. Вы чип убрали?

– Убрали, не беспокойся. Ты бы, племяшка, язык скотчем за щёку привязывала.

– Да, да, да, «мозгов нет – свои не вставишь», – передразнила Мира и уплыла к себе.

Сборы продолжались следующие два дня – или ночи, кто разберёт? Винч всё это время не показывался. Только однажды Мира, плывя через прозрачную трубу, увидела его внизу, во дворе.

Рядом стоял Эниек и держал брата за руки, с жаром что-то ему щёлкая. Потом осьминоги обнялись, оба стали нежно-розового оттенка.

«Ну вот и помирились», – удовлетворённо подумала Мира.

Наконец-то наступил день отбытия. После прощания с Риной Миру доставили на кальмародром – огромное поле в конце сектора. Белый в красных полосках кальмар, Криль, давно ждал загруженный. Он был поменьше, чем Сельдяной Король: тело всего-то метра три. Ловчие щупальца вытягивались, хватая куски рыбы. Его кормил небольшой осьминог…

Да это Винч! Мира подплыла и спросила с подозрением:

– А ты что тут делаешь? Пришёл попрощаться?

– Нет, – спокойно отвечал он. – Я поведу кальмара.

– Где ты был все эти дни? Анемоны щупал?

Винч похлопал Криля рядом с глазом, защёлкал с досадой:

– После праздника вир Сиэртон запретил мне на дневной переход приближаться к тёрочной. Сказал дежурить в Музее. Залезай, давай пристегну?

Мира забралась внутрь. По стенам были прилеплены присосками медузы, заполненные пресной водой, кожаные мешки с припасами. На тубус в хвосте кальмара Мира старалась не смотреть: длиной в метр, шириной с блюдце, по бокам торчащие выросты-ручки.

Кто сидит внутри? Тот меланхоличный доходяга из очереди? Или малёк, решивший стать героем?

Может быть, выбрали Уремааса, его не жалко. Влез бы он в тубус? Объём – литров десять, а осьминоги очень хорошо умеют складываться. Винч и в трёхлитровую банку поместился, хотя взглянешь на него – и не скажешь, что он на такое способен.

Глава 12

Выплывали из города через Парадные ворота. Винч сказал, ими редко пользуются: отдельные ворота у пастухов и в Зелёном секторе, а эти берегут для выездов Старейшей. Теперь путешественники проходили отсеки в обратном порядке, и за каждым шлюзом давление возрастало.

Молодой кальмар не желал висеть на месте, он слонялся вдоль стен, ощупывал их и ловил пучеглазых рыб.

В последнем отсеке, где водяной столб прижал Миру сотней наковален, стены словно подёрнулись инеем. Мало того: они шевелились! Приглядевшись, можно было заметить пушистых белых крабов с длинными клешнями.

– Барракуда, сколько крабов! – восхитился Винч. – Ты посмотри – косяки! Видно, сюда попадает часть стоков из городской трубы с остатками пищи. Брачный сезон, вот они и собрались вместе. Нет, не могу просто смотреть!

Он кинулся к выходу.

– Винч! – беззвучно закричала Мира. – Не вылезай, вернёшься – половишь!

Но осьминог уже был снаружи. Крабы бочком-бочком бежали прочь, однако Винч молниеносно схватил трёх в разные руки.

Кальмар тоже заволновался при виде такого количества пищи. Криль метнулся в одну сторону, в другую, с азартом