Читать книгу - "Утаенный меч - Елизавета Алексеевна Дворецкая"

Лексана же нашла и еще кое-что. Вывернув две рубахи и рассматривая торопливо сделанные швы, она обнаружила в них по два-три длинных белых волоса. Что волосы – волчьи, увидела и она сама, а Иерофей потом подтвердил.

Они сидели в кружок в Иерофеевой горнице: сам хозяин с женой, Стефания и Ельдига, Алекся, Воимир, Вивея с сыном и невесткой, Ратимир, за которым Иерофей послал, и его жена Наталья. Ратимир чуть ли не обрадовался.

– Елкин корень! Я ж сразу сказал: девка блажная! И говорила, чего не поймешь, и хотела, чего не следует.

– Чего хотела, то и получила, – обронила Лексана. – Не такое уж, вышло, невыполнимое желание.

Лексана не знала, что и думать. Елеса нравилась ей своим умом и смелым нравом, ее трогало то, что новая княгиня искренне любила мужа. Но три рубахи и волчьи волосы обличали такое, чего и боярыням не прощается, а крестьянкам и подавно.

– Я... – Иерофей хотел что-то сказать, но не решался. – Я ведь знал кое-что... Было сам забыл, а теперь рубахи увидел – вспомнил.

– Знал – и молчал! – напустилась на него Вивея. – Грех тебе, Ероша!

– Что ты знал, дядька? – спросил Ратимир. – Уж вспомнил, так рассказывай.

– Летом, как пропали они двое, помните? И сыскать их нигде не могли. Я ведь... того... грех на душу взял – к колдуну ездил.

По тесному кружку пробежал ропот; женщины ахнули.

– Есть у меня в селе колдун один... Ваулой звать. Все хитрости превзошел...

– Ваула! – вскрикнула Вивея. – А я гадаю: не то он Варлам, не то Велиал. Так он жив? Быть не может!

– Чего ему сделается, бесяке?

– Да ему ж сто лет!

– Сто не сто, а правда много, – подтвердил Ельдига. – Мы ж его видели в Четыредесятницу, помнишь, Ратьша? Когда с князем Романом на лов ездили и с дороги сбились. Как там деревня была – Мокрецы, Кривцы?

– Злобунцы... – подхватил Ратимир. – Тьфу, вру... Зяблецы! Он еще про змиев-летунов нам сказки сказывал. А сам кривой, как леший. Ну, и что?

– Я летом ездил, говорил с ним. Просил погадать, куда наш князь с братом делись. А он... бесов созвал, творил всякое... Потом сказал: зачарованы они крепко, причастны к делу две бабы: старая и молодая. Я спрашиваю, как их сыскать, а он – искать не надо, кто заколдовал, тот и отколдует, а как придет срок, сами сыщутся. Вот она... Елеса... сама и сыскалась. Ровно с неба свалилась – и прямо в княгини.

– Так давай, Ероша, опять к нему пошлем! – Вивея оживилась. – А еще того лучше, сюда его привезем! Пусть он скажет, что у нее за плутни да как ее избыть!

– Ни боже мой! – решительно ответил Иерофей. – Незачем этого беса старого сюда тащить. Пусть у себя в норе сидит, игрецов своих нянчит. А то не расхлебаешься потом беды...

Вивея настаивала, но Иерофей был непреклонен.

– Давно она, выходит, завладела ими обоими, Романом и Всеволодом! – твердила торжествующая Вивея. Нечасто ей приходилось гордиться своим умом, и теперь она упивалась счастьем: ее догадки подтвердились и разоблачили ведьму. – Летом в волков их обратила, а потом и жениться заставила!

– Да зачем ей оборачивать их волками? – спросила Стефания. – Что ей с них проку?

– Ездила на них, – хмыкнул Ратимир.

– Тебе б все об одном! – упрекнула его Вивея. – А для того! Она, видать, еще за Романа хотела выйти, он же тогда князем был. Да он как-то чары сбросил и на Святославне женился. Тогда она его с женой извела, Всеволода князем делал и его на себе женила!

– Извела? – не поверила Лексана.

– А что же нет? Змии-то огненные к кому попало не летают! Ко мне вон не летают, и к тебе нет. А к Святославне летал! Кто его напустил? Она и напустила! Ведьма она, а не княгиня! Об старшего брата зубы обломала свои железные, а младшего живьем поглотила!

– Да только на отца ее посмотреть! – вставила Окулина. – Что на свадьбе тут ходил, золой кругом сыпал. Только на рожу его драную! Это бесы его драли! Видал кто страшнее рожи?

Пожалуй, видал, мысленно отметил Ратимир. Видал как-то рожу и пострашнее. Но сейчас речь была не о том.

– Князь молодой, касатик наш! – запричитала Наталья. – Кому ж ты достался, сокол ясный! Вот увидите – с такой женой будет он теперь чахнуть день ото дня, как Святославна чахла. И году не пройдет, как...

– Тихо ты! – унял ее Ратимир. – Напророчишь еще!

С изменившимися лицами ближники слушали эти речи. Из них никто не знал, отчего к Апраксе повадился змий. Беду угадывали в ней самой, а теперь приходилось думать: не стала ли она первой жертвой чужих чар?

Так оно и было, но только виновника бояре плечеевские искали не там. Однако любой из них скорее заподозрил бы самого себя, чем богомольную старуху Феофанию, сорок лет бывшую матерью земли Плечеевской. Цепь странных событий привела к тому, что на месте княгини оказалась крестьянская девка, и теперь те из них, кто был умнее, сами разматывали эту цепь и приходили к мысли, что все это – плод продуманного коварного замысла. Вспоминались сказки про ведьму или саму Бабу-Ягу, что хитрыми ковами изводила законную княгиню, чтобы занять ее место.

– Что делать-то будем, кумовья? – Ратимир оглядел собрание.

– Спасать надо князя! – воскликнула Вивея.

– Спасать, пока не извела его ведьма! – поддержала ее Наталья. – Последний же он у нас, сгинет – кому земля Плечеевская достанется?

– А он сам... не знает ничего? – Алекся посмотрел на тестя.

Алекся был расстроен так же сильно, как Лексана. На свадьбе Всеволода он впервые исполнял должность главного дружки и справился хорошо; весть о том, что он устроил свадьбу князя с ведьмой, поразила его стыдом, горем и страхом. Перед свадьбой он не раз бывал в Милове, там его принимали хорошо, поили медом, кормили пирогами, подруги Елесы осыпали его шутками, и вот такой конец!

– Знал бы... Он только то и знал, что она его излечила от крови змиевой. А то ему на престол всходить, а