Читать книгу - "Ветры над усадьбой «Литтл Балморал» - Софи Жомен"

своей удобной и беззаботной парижской жизни. Кто я, помимо этого? Никто.

Нас, как я понял, отличает друг от друга то, что детство Федры было куда менее радостным, чем у меня. Помню, как в ранней юности она рассказывала мне о трудной жизни своей матери. Она якобы презирала современные технологии, потому и отказывалась от сотового телефона, но на самом деле причина была в том, что у ее матери не было на это денег. Я, наоборот, ни в чем не испытывал недостатка, мои родители всегда были состоятельными людьми, я принадлежал к числу привилегированных детей: спортивный клуб, путешествия, компьютер, смартфон, частная школа… Федра ничего этого не имела, все в ней кричит об этом, но одновременно в том и состоит ее колоссальное достоинство.

Я ерошу себе волосы и не спускаю глаз с очага. Что я испытываю к этой девушке? Много всего, чему я запрещаю себе дать название. За девять лет почти ничего в этом не изменилось.

Я со вздохом встаю и тушу весь свет.

Меня будят непрекращающиеся хлопки, это невозможно вытерпеть. Снаружи дует сильный ветер, всегда одно и то же – впечатление, что дом разваливается. Я накрываю голову подушкой и пытаюсь снова уснуть, но все напрасно.

Отчаявшись, я встаю, беру свой телефон, чтобы светить перед собой фонариком, и выхожу из комнаты. Два часа ночи! Этот дом норовит вконец меня извести.

Все то же самое, что в прошлый раз: звук доносится со второго этажа.

Ну же, старина, поднимись по ступенькам, устрани источник шума, возвращайся и спи дальше.

Никаких сюрпризов: хлопает еще и дверь, ведущая в башню. Без троицы дом не строится – так, кажется, говорится?

Я карабкаюсь по винтовой лестнице с намерением плотно закрыть окно, от которого исходит весь этот шум: вечно оно распахивается от малейшего порыва ветра. Я хмурюсь, потому что наверху горит свет. Остановившись на ступеньках, я высовываюсь из открытого люка и вижу выходящую из темноты и маячащую перед слуховым окошком странную фигуру, ни дать ни взять пузатое двуногое с круглыми ушками и длинным хвостом.

Федра и ее невероятные пижамы… Не пойму, где она такие берет. Эта смахивает на ползунки для младенца, да еще с мышиными ушками.

Я прыскаю в кулак и вылезаю из люка. Как раз в этот момент Федра оглядывается и издает такой вопль, что мне остается только ей вторить. С ней надо иметь крепкие нервы!

– Как же ты меня напугал, чертов тупица! – Она хватается за сердце. – Не мог предупредить, что ли?

Как бы она меня ни обзывала, я смеюсь, и только.

– Ничего смешного!

– Мне смешно, но еще смешнее твой наряд…

Она торопится сбросить капюшон.

– В моей комнате холодно, вот я и…

– Вижу.

– Представь себе! И вообще, тебя это не касается.

Я нагибаюсь и просовываю руку между ступеньками, чтобы нащупать выключатель. При свете пижама Федры остается серой и плюшевой, другого я и не ждал.

А что на мне? Футболка и трусы для сна, нормальный ночной комплект.

– Ну, что, Минни-Маус, окно закрыто, можно опять на боковую.

– Эта дверь с ума меня сведет. В прошлый раз я не смогла ее открыть, когда вышла из мастерской. У меня для этого не хватает сил, а у ветра, выходит, хватает?

– Я понял, куда ты клонишь. Привидение, ау!

– Ха-ха! Ну-ка, посторонись! – командует она, желая спуститься.

Я уже собираюсь ее пропустить, но тут мой взгляд падает на красный клочок бумаги, такой уже знакомый, преспокойно лежащий на столе. Я готов поклясться, что раньше его там не было. Я решаю не ломать голову над этой странностью, но поздно. Федра оглядывается и хватает бумажку, опережая меня. Я кидаюсь к ней, она шарахается, расстегивает на свой пижаме молнию и прячет добычу.

– Съел? Не видать тебе ее!

Я щурю глаза. Напрасно она так уверена! Я делаю шаг к ней.

– Стой, где стоишь!

– И не подумаю.

Между нами столик, для нее это слабая защита.

– Ты понимаешь, что столик не поможет тебе от меня сбежать?

– Я не твоя добыча, уйди! Я не шучу.

– Я тоже.

Я приближаюсь к ней, тогда она начинает бросаться в меня всем, что попадается под руку: тюбиками с краской, кистями, скребками, скомканными тряпками, карандашами, стаканами… Я от всего уклоняюсь. Когда бросаться больше нечем, она с шумом толкает ко мне столик, это попытка бегом покинуть комнату. Я теряю равновесие и хватаюсь за первое, что мне подвертывается, – за нее.

Падения не избежать, мы вместе падаем на пол, я оказываюсь на ней, невольно придавливая ее так, что она чувствует каждую часть моего тела. Мы оба застываем, осознавая, что между нами произошел очень интимный момент.

Преимущество на моей стороне, ничто не помешает мне совершить грубый поступок – сунуть руку под молнию ее пижамы, но вместо этого я впиваюсь глазами в ее глаза. Они такие зеленые, так напряженно смотрят, что не описать словами. Я уже готов поквитаться с ней за тот фальшивый поцелуй, но Федра опять вскружила мне голову, и все мои мысли о мести растворяются.

Она прерывисто дышит, я еще не видывал такого неприличного, такого наивного кокетства. У меня пульсирует внизу живота, я судорожно сглатываю слюну.

– Сейчас я тебя поцелую, Федра, к черту это проклятое письмо.

Она опускает веки и призывно округляет губы.

– Целуй…

Я впиваюсь в ее рот, и то, что происходит после этого, превосходит все, что мы могли представить, пожелать, нафантазировать. Кажется, стены комнатушки вот-вот сложатся, не выдержав нашего пыла, наших вздохов и стонов. Все девять лет, все миллионы секунд невыносимого ожидания завершаются сейчас, здесь, на полу, среди холстов, тюбиков с краской, разбросанных листов бумаги и фотографий. Мы превращаемся в единый ураган чувств.

Никогда еще у меня не было такой уверенности, что я на своем месте. Потому что я с ней. Потому что нам суждено всегда было быть вместе.

Федре и мне.

25

Федра

Всепобеждающая улыбка

1 ноября

Я покидаю постель Адама так бесшумно, как только могу, чтобы его не разбудить, и выхожу из комнаты. Еще только пять часов утра, беспросветная темень, но мне не спится. Я не собираюсь устраивать трагедию из того, что случилось этой ночью. Что произошло, то произошло, я ни о чем не жалею, просто пребываю в легком потрясении. Возвращаясь в «Литтл Балморал», я и представить не могла, что так получится. А ведь все эти годы я сотни, тысячи, миллионы раз представляла себе такие моменты. И вот мечты обернулись