Читать книгу - "Хозяйка пряничной лавки 3 - Наталья Шнейдер"

попросила разрешения столовую занять. Не дело это, Солнцеворот на кухне встречать. Как встретишь Новый год, так его и проведешь, а мы не нищие, чтобы на кухне ютиться.

Я замерла с меренгой в руке.

— Тетушка, это же просто… наглость, человека из собственной столовой в праздник выгонять.

— Чего это наглость? — возмутилась она. — Ничего не выгонять! Петр Лексеич с нами за стол сядет.

Хрупкая масса раскрошилась в пальцах. Я ругнулась.

— Тетушка!

— Я уже два десятка с лишним лет тетушка. А ты подумай как следует. Человек в чужом городе, родни рядом нет. С кем ему праздник встречать?

— Его князь пригласил. Как и меня.

— Чего? — выдохнула Анисья.

До меня только сейчас дошло, что о княжеском приглашении я никому не сказала. Забегалась.

— Князь Северский с женой пригласили меня приехать продолжить праздновать к ним после того как встречу полночь с семьей. И Петра Алексеевича тоже.

— Дашка!.. — она плюхнулась на лавку. — После полуночи?

— После полуночи.

— И молчит! — возмутилась тетка. — Ее князь с княгиней на праздник зовут, батюшка твой о таком и мечтать не мог, и даже муженек твой…

— Бывший.

— … даром что барин. А ее зовут, а она молчит!

— И что мне надо было делать? По улице бегать и орать?

— Да мне сказать хотя бы! Одеть-то у тебя что есть?

— Найду, тетушка.

— Найдет она. — проворчала Анисья.

Но рано я обрадовалась, что про постояльца она забыла.

— Вот про то я и говорю. К князю и ты и Петр Лексеич после праздника поедете. Когда Солнцеворот встретим. А в сам праздник он один как сыч сидеть будет в своих покоях. Не дело это. В ночь Солнцеворота нечисть всякая на волю вылезает. Поэтому люди должны с другими людьми быть.

— Тетушка, какая еще нечисть!

Я не договорила. Перед глазами сама собой нарисовалась картина — Громов один за столом, догорает одинокая свеча и…

Я что, жалеть каменюку вздумала? Готова поспорить, ему даром не нужно ничье общество, в своем собственном хорошо. А любая нечисть, если попробует на него покуситься, зубы обломает. Или сбежит, когда ее как следует приложат каким-нибудь очередным манифестом.

— Всякая! — веско произнесла тетка. — На то она и самая длинная ночь. Колядовать, думаешь, просто так ходят?

Спорить о нечисти в мои планы не входило точно.

— Хорошо. Что сказал постоялец?

— Сказал, что столовая в нашем распоряжении.

— И?

— Что «и»? Неужто мы сами за стол сядем, а его погоним?

Мне остро захотелось постучать лбом о столешницу. Только потом придется меренговую пыль с лица отмывать.

Я посмотрела на испачканные в сладких крошках пальцы и пошла к рукомою. В дверь постучали и я едва не выплеснула воду на себя.

— Дарья Захаровна? Позволите?

Громов замер в дверном проеме, занимая его весь.

— Слушаю вас, Петр Алексеевич. Проходите, не стойте в дверях.

— Ваша тетушка оказала мне честь и пригласила встретить Солнцеворот вместе с вами.

А заодно отжала у тебя на эту ночь столовую, но кое-кто слишком хорошо воспитан, чтобы сказать об этом прямо.

— Я хотел сообщить, что ваша столовая на эту ночь в полном вашем распоряжении. Анисья Ильинична оказала мне честь, пригласив отпраздновать Солнцеворот с вами. Однако прежде чем принять предложение, я хотел бы спросить у вас самой. Дарья Захаровна, вы действительно хотите видеть меня за вашим семейным столом?

Вот обязательно ему было спрашивать прямо!

Нужно было отказаться. Слухи и так наверняка ходят. После праздника он уедет, и какая мне разница…

Я посмотрела ему в глаза.

— Да, Петр Алексеевич. Я буду рада, если вы разделите с нами этот праздник.

И только сказав это поняла, что не вру. Как же меня угораздило этак вляпаться! Он уедет, я останусь и…

Не думать. Иначе разревусь, и никто не поверит, что я реву от усталости.

— Только предупреждаю, Петр Алексеевич: за столом кроме нас с тетушкой, будут и девочки. Если вам, дворянину и статскому советнику, будет не зазорно встречать праздник рядом с прислугой, я действительно буду рада вам.

И утку кромсать не придется, подам красиво целиком.

Он пожал плечами.

— Если хозяйка считает человека достойным своего стола, гостю незачем справляться о его сословии.

— В таком случае будем ждать вас. Я планирую сесть за стол за полчаса до полуночи.

Он поклонился и очень аккуратно прикрыл за собой дверь. Кажется, этот Новый год… то есть Солнцеворот обещает быть действительно незабываемым.

* * *

Дорогие читатели, уезжаю в отпуск до конца месяца набираться сил, чтобы снова радовать вас регулярными продами. Вернусь:)

15.3

Дверь за ним закрылась. Я вернулась к столу, взяла следующую меренговую лапу, примерилась к карамели и застыла второй раз за четверть часа. Если Громов будет с нами за столом, придется все же печь эклеры.

Твою мать! Подарок!

По дороге от Северских я заглянула в лавку, и теперь в моем сундуке лежал отрез хорошей шерсти на платье тетке. Расплачиваясь с приказчиком, я попросила его найти пару отрубов поновее. Там же купила по цветной ленте в косы. Монетку — в оберточную бумагу, положу на пряник, сверху свернутую ленту, перевяжу яркой ниткой — вот и подарок, не неприлично дорогой для прислуги, но вполне достойный.

А для Громова я не приготовила ничего.

Я положила меренгу обратно, пока не раскрошила и эту. Еще пять минут назад постоялец не имел к нашему празднику никакого отношения. Отнести ему поднос с уткой, пожелать доброго Солнцеворота через порог — вот и все обязательства. А теперь он будет сидеть за столом и смотреть, как тетка ахает над отрезом, девочки над деньгами, а для него… утка. Которую он, между прочим, и так получил бы.

Можно, конечно, сделать вид, будто так и задумано. Подарки у нас только для своих, а вы, Петр Алексеевич, гость, довольно с вас и холодца.

Я представила его лицо в этот момент. Вежливое, безупречно спокойное лицо человека, помнящего, что этикет предписывает не портить другим праздник.

Этикет, чтоб его.

Луша, наблюдавшая за мной с полки, застрекотала.

— Сама знаю, — буркнула я.

Елка стояла недоклеенная, будто ощипанная. Под полотенцем остывала миска с кремом. Дел по горло.

Над елкой, как ни крути, придется сидеть самой. А «пальчики»… Ну и хрен с ними. Остановлюсь на ленивом варианте, как и планировала.

Стоп. А почему, собственно?

В прежней жизни у меня была целая смена, и первое, чему пришлось научиться, — не хвататься за все самой. Начальник, который пашет больше всех, конечно, молодец. Но толковый начальник понимает, какая работа