Читать книгу - "Ветры над усадьбой «Литтл Балморал» - Софи Жомен"

о прошлом, не удосужился даже повиниться за то, что был таким дураком, и сообщает о своем намерении ночевать у меня и две недели есть за моим столом – серьезно?!

Мне кажется, что я сплю.

Мое первое желание – скомкать бумажку с номером его сотового и отправить ее в мусорную корзину.

Почему?

Потому что его номер на бумажке после такого долгого ожидания – тоже что-то нереальное.

Возможно, я успешно сделала вид, что та история оставила у меня всего лишь смутное воспоминание, но теперь, когда он ушел, у меня одно желание – отплатить ему той же монетой. У меня два варианта действий. Согласиться, чтобы он остался здесь, и устроить ему сущий ад, которого он никогда не забудет. Или же категорически отказаться и объяснить, что он стал настолько гнусным, что от одного взгляда на его ангельское личико я покрываюсь струпьями. Эта мысль меня очень веселит.

Вот бы вернуться в свои шестнадцать лет… Я бы осуществила любой из этих вариантов, не боясь сойти за неразумную девчонку. Насколько хлопотнее быть взрослой! Жаль, что все мы взрослеем.

Две тысячи евро… Это, плюс-минус две сотни, – то, что требуется на два месяца. Есть о чем подумать.

Устав от головоломки, я наливаю себе чашку чая и иду в гостиную, где падаю в одно из кресел.

Мне нужны эти деньги.

Я смотрю на ведра с краской, стоящие в прихожей.

С этого и начну. Остальное подождет до завтра.

18 октября

Большую часть ночи шел дождь, и я, проснувшись, чувствую, что температура резко упала. Прощай, бабье лето, добро пожаловать, сезонные простуды.

После чая с овсяным молоком и миски каши я натягиваю толстый шерстяной свитер, надеваю комбинезон, резиновые сапоги, пуховик, который оставила на вешалке у входа тетя, и шапочку с помпоном и иду собирать тыквы, пока они не сгнили.

Земля намокла и хлюпает под ногами, после месяца с лишним без дождей она не успевает впитать столько дождевой влаги. На всех травинках гроздьями висят улитки. Я стараюсь их не задевать, когда режу острым ножом побеги, связывающие тыквы друг с другом.

Я отбраковываю слишком мелкие тыквы, из которых ничего не вырежешь, и занимаюсь до обеда самыми крупными, превращая их в лица, пугающие или ласковые.

У нас в Квебеке, в моем родном Лавале, прямо на моей улице, всегда устраивают в середине октября конкурсы на лучшие скульптуры из тыкв, я даже оказывалась разок-другой чемпионкой. Обожаю это занятие.

Днем, решив не трогать теткин полноприводный «Сузуки», я гружу свои произведения в ручную тележку и, не переодеваясь, делаю то, что сделала бы в Канаде, окажись я там счастливой владелицей всех этих тыкв: везу их в деревню, чтобы предложить украсить ими улицы.

Уже два часа дня, суббота, рынок пустеет, на рыночной площади началась уборка. Я никого не знаю, поэтому оставляю свои тыквы под дверями домов, не забывая про дверь мэтра Троттуа.

Жители, которых я встречаю, рады моим тыквам-фонарям. Улицы быстро приобретают присущий Хеллоуину облик. Кажется, тыквы нужны всем, так что я решаю привезти еще, уже в машине.

Последняя тыква предназначена для Бабетты. Я подхожу к ее магазинчику с оформленной в красках осени витриной. За стеклом желтеют листья, разложены желуди и каштаны, висят пучки хвороста, всюду шалфей, его присутствие объясняет табличка: «Кончилось лето, подумайте об оздоровлении своих домов». Никогда не видела таких упорных по этой части людей, как Элизабет Пине.

Я оставляю свою тележку у ее двери и вхожу под звон колокольчика.

– Федра! – радуется Бабетта, выходя из подсобки. – Минутку, только вытру руки.

– Надеюсь, я вас не побеспокоила?

– Ни капельки! Я пыталась вырезать из китайской тыквы фонарь, но у меня маловато таланта. Пойдемте, я вам покажу.

Я улыбаюсь. Мне кажется, что с Бабеттой не бывает случайностей.

При виде сцены форменной бойни я кривлюсь. Можно подумать, что бедняжка-тыква нарвалась на противопехотную мину. Бабетта превратила ее в кашу.

– Я хотела размягчить ее в микроволновке, чтобы упростить себе задачу, но, оказывается, это была неудачная идея…

Я с трудом удерживаюсь от смеха.

– Что верно, то верно… Я как раз хотела предложить вам готовую тыкву для украшения магазина. Она ждет на пороге.

– Как это мило с вашей стороны!

Она бежит за тыквой и приходит при виде ее в восторг.

– Какая прелесть!

– Спасибо за похвалу. Я раздала другие вашим односельчанам. Кажется, надо будет вырезать еще, спрос оказался велик.

Она приносит старый садовый железный стул и водружает на него мою тыкву. Я сохраняю на своих изделиях длинный стебель с листьями, так красивее. Бабетта обвивает им стул, получается прекрасная композиция.

– Члены общества пенсионеров Корнеота каждый год делают украшения для коммуны в зависимости от сезона и предстоящего праздника. Женщины вязали шарфы для Розового Октября[6], мужчины обвязывали ими деревья по всей деревне, вы наверняка видели, как это выглядит. В общем, я уверена, что они будут рады тыквам. Кажется, я слышала, что они хотят устроить в банкетном зале большой осенний бал в честь Дня всех святых. Все нарядятся по случаю Хеллоуина.

– Замечательная идея. В огороде за домом хватит тыкв, чтобы украсить всю деревню, поверьте мне!

– Нисколько в этом не сомневаюсь. Рената души в них не чаяла, как и вообще в осени.

Я опускаю глаза. Мы с мамой всего раз оказались в Корнеоте в октябре. Мне было лет десять, но я все помню, как будто это было вчера. Тетя сгребла ворох желтых листьев, чтобы увешать ими чучело из мешковины, которое сама смастерила. Цель была не в том, чтобы отпугивать ворон, лакомившихся тыквами, просто, по ее словам, огороду тоже не помешала бы компания. Она надела на голову чучелу, нареченному Роже, перевернутый цветочный горшок. Я так и не выяснила, почему она выбрала для чучела именно это имя. Роже занял место у колодца, обложенного молодыми китайскими тыквами, орехами, миндальным печеньем и маленькими зелеными кабачками.

Тетка была большой оригиналкой, некоторые даже считали ее странной, но я в свои десять лет считала, что на свете нет никого лучше нее.

– Я позвоню Одетт и Эдмонду, руководителям общества, в понедельник, они должны вернуться из отпуска, который проводят в Мексике, жду не дождусь масок смерти, которые они оттуда привезут! Хотите чаю? В этот раз будет настой мелиссы, вербены, апельсиновых корок, боярышника и страстоцвета, для крепкого сна нет ничего лучше, вот увидите.

Я удивленно вскидываю брови.

– Откуда вы знаете, что у меня проблемы со сном?

– Потому что они всегда возникают, если упрямиться и не