Читать книгу - "Принц Мечей - Элис Кова"

а Равин уже несётся на меня в смертельном броске. У меня едва хватает сил удержать рукоять меча и отбить выпад, пока по левой руке горячей струёй хлещет кровь.

— Ты всерьёз думаешь, что я позволю тебе использовать Мир? Единственное оружие, способное меня погубить? — Его зрачки расширены во всю радужку, поглощая темно-карий цвет глаз и делая их почти неотличимыми от глаз Каэлиса.

— Ты настолько высокого мнения о себе, что считаешь, будто сокрушить тебя может лишь желание, загаданное Миру? — Я стискиваю зубы, разрывая контакт; он отвечает рипостом, и я снова парирую удар. — Чтобы уничтожить тебя, мне не нужна легендарная сила.

Равин подаётся вперёд, наши клинки яростно скрежещут. — И сколько этого мира ты разрушишь в попытке спасти то, что от него осталось? Кто ты вообще такая, чтобы решать, что реально, а что достойно жизни? Всё, чего я хочу, — это знать, что я продолжу существовать. Разве это преступление? Разве я хуже тебя лишь потому, что это моё единственное желание?

Земля под ногами кренится и уходит вниз. Очередной Туз Монет. Я активирую собственный, чтобы укрепить почву под собой, и отскакиваю в сторону, отчаянно пытаясь удержать равновесие. Делаю слепой, дикий выпад и едва успеваю оцарапать его, прежде чем он толкает меня. Я с размаху врезаюсь в землю, затылок со стуком раскалывается об одно из надгробий. Моргаю — мир перед глазами кренится, к горлу подступает тошнотворный спазм. Пальцы разжимаются, и мой клинок исчезает со вспышкой боли и тихим шелестом ветра. Всё это время он неумолимо приближается, пока я лихорадочно ощупываю свою колоду. Осталось всего несколько карт. И ни одной подходящей.

— Ты проиграла. — Равин нависает надо мной, его глаза блестят торжеством. Я скрежещу зубами и пытаюсь подняться, но его сапог тяжело вдавливает мою грудь в землю. — Ты возомнила себя сильной. Но всё, чем ты владела, — дешёвый салонный фокус и принц, за чьей спиной можно прятаться. Думаешь, Каэлис спасёт тебя? Он чудовище, а ты слепо пляшешь под его дудку. Он никогда тебя не любил. Он любит лишь образ того, что ты олицетворяешь — любит то, что все карты наконец оказались под его контролем. А больше всего он любит тешить себя иллюзией, будто держит в кулаке саму судьбу.

— Пошёл ты к чёрту, — сплёвываю я, извиваясь под весом его сапога. Он давит безжалостно, так сильно, что из лёгких с хрипом вырывается воздух.

— Я дам тебе последний шанс. — Он понижает голос, наклоняясь ближе. Вдалеке я слышу выкрики Стеллисов, сливающиеся с лязгом их латных доспехов. Личина сброшена. — Скажи мне, куда он спрятал эти проклятые карты, и я оставлю тебя в живых.

— Ни за что. — Я отчаянно бьюсь под ним, видя, как он заносит клинок. Если это конец… я не сдамся без боя и встречу смерть в драке до последнего вздоха. Я применяю Королеву Жезлов — возможно, если я стану ошеломляюще притягательной, это собьёт его с толку и даст мне секунду. Бесполезно. Я призываю свой последний Туз Мечей, но сотканное из воздуха лезвие не способно ослабить его хватку на эфесе. Я пускаю в ход последнюю карту — Семёрку Кубков, силясь изменить черты лица и стать похожей на Ли. Но ублюдок даже бровью не ведёт.

Вдали грохочут сапоги. Стеллисы уже близко. Но всё, что существует для меня, — это Равин.

Арина.

Каэлис.

Все вы…

Простите меня.

Клинок Равина взмывает в воздух и со свистом падает вниз.

В следующее мгновение ночь разрывается на куски. Ударная волна фиолетово-чёрного пламени сносит всё вокруг нас. Правую руку пронзает такая боль, будто её отрывают с корнем, когда призрачно-белые нити света оплетают моё тело пульсирующими венами. Равина сносит чудовищной силой. Он с грохотом впечатывается в каменный монумент и тяжело сползает на землю. Я перекатываюсь на живот, судорожно хватая ртом воздух. Кажется, каждое ребро оторвалось от грудины. Мой взгляд цепляется за одинокую фигуру на самом краю кладбища — вставшую между городом, Стеллисами, Равином и мной.

Никогда прежде я не видела Каэлиса настолько переполненным жаждой убийства. И я не в силах сдержать улыбку, что расцветает на моих губах при виде моего будущего мужа.

Магия яростно клубится вокруг него: сочится из земли у его ног, взмывает от плеч крыльями ночи и багрово-фиолетового огня. Полы его плаща вздымаются на ветру, а глаза, выжженные дотла и не выражающие ничего, кроме чистейшей ненависти, намертво впиваются в Равина.

Каэлис роняет слова с утробным, зловещим рычанием из самой глубины горла: — Не смей касаться моей жены.

Глава 78

— Чёртово время пришло, — бормочет Равин, стирая кровь с уголка рта. Опираясь на соседнее надгробие, он с трудом поднимается на ноги. — А я-то гадал, когда ты наконец явишь своё истинное нутро всему миру.

Каэлис не отвечает, его взгляд задерживается на моих ссадинах и рваных ранах. Мне кажется, миазмы теней вокруг него сгущаются и темнеют, когда он снова поворачивается к Равину.

— Тебе её не защитить, брат. Ты даже себя спасти не способен — ты просто пёс отца на коротком поводке, — брызжет ядом Равин.

Каэлис совершенно невозмутим: — Никакой ты мне не брат, проклятое отродье.

Равин испускает яростный рёв, и оба срываются с места одновременно. Движения Каэлиса смазываются в неразличимое пятно. Большинство карт, которые он выпускает, мне не разобрать, потому что почти все они перевёрнутые. Но каждая выпускает на волю нечто чудовищное.

Вот только Каэлис бросается не на брата — он устремляется ко мне, оттесняя и сдерживая Равина. Его пальцы смыкаются вокруг моей ладони, и меня накрывает ощущение, словно я погрузилась в горячую ванну. По тому, как затягиваются раны, я узнаю силу Королевы Кубков.

Впиваясь взглядом в мои глаза, Каэлис отрывисто командует: — Идём через главный мост. Беги.

Я повинуюсь. Сцепив пальцы в замок, мы мчимся к воротам академии. Они распахиваются без единой карты или внятного приказа Каэлиса. Равин и остальные Стеллисы несутся следом, наступая на пятки.

— У меня не осталось карт! — кричу я ему сквозь завывание зимнего ветра с моря, который хлещет волосами по лицу и вышибает слёзы из глаз.

— Просто беги вперёд. — Взгляд Каэлиса прикован исключительно к дороге.

Я верю ему безоглядно.

Добравшись до середины моста, Каэлис резко тормозит и разворачивается кругом. По инерции меня проносит на несколько шагов вперёд, когда его рука выпускает мою. Я успеваю обернуться ровно в тот миг, когда он падает на колени и вжимает ладони в каменные плиты моста.

Фиолетово-чёрное пламя озаряет высеченные в стыках желобки,