Читать книгу - "Принц Мечей - Элис Кова"

На вкус он как чистое отчаяние. Как невыплаканные слёзы. Он держит меня так, словно я — единственное оставшееся осязаемое существо во всей его вселенной. Магия окатывает меня, точно пульсирующий, обжигающий жар его тела. Я чувствую, как она струится под одеждой, скользит по коже. Пот, грязь и запёкшаяся кровь покорно стираются с нас обоих повинуясь его воле.

Я пытаюсь опереться на него, но мои руки намертво зажаты между нашими телами. Всё, что мне остаётся, — это судорожно вцепиться в его воротник, пока дневной свет гаснет, поглощаемый тенью и ночью. За закрытыми веками вспыхивает и рассыпается в прах тысяча звёзд.

Я подаюсь вперёд, ещё и ещё. Мы кренимся, теряя равновесие. Быть может, он ожидал моего следующего движения. Быть может, у него был иной план. Я никогда этого не узнаю, потому что бью первой. Колесница едва успевает подняться из колоды на моём бедре и распуститься лентами серебряного и белого света, как её тут же жадно пожирает его сияющая тень.

Мы проскальзываем сквозь завесу реальности. В одно мгновение мы стоим на краю кратера Клана Отшельника, а в следующее — уже падаем на его постель. Каэлис разрывает поцелуй и вновь перехватывает мою руку, целуя костяшки пальцев, слизывая пот с ладони и прикусывая запястье. Он нависает надо мной на коленях, пока его карты очищают наши тела — до самого конца беспокоится о том, чтобы не запачкать простыни кровью.

— Я буду возносить тебе молитвы всё это утро, — рычит он прямо в мою пылающую кожу.

— Утро уже давно прошло, — не к месту напоминаю я, хотя сама не понимаю зачем; меньше всего на свете мне хочется, чтобы он остановился.

— Я имел в виду вовсе не «это утро», бывшее пару жалких часов назад… Я говорил о наступающем утре. О том, что ты не вырвешься из моих рук до конца этого дня и всей ночи. — Свободной рукой он очерчивает линию моей челюсти и скользит ладонью ниже, сжимая шею, а затем спускаясь в ложбинку между грудей. Каэлис слегка отклоняется назад, любуясь мной. — Ничто в мире меня не остановит.

— Сделай всё, на что способен.

Он расстёгивает плащ, затем пуговицы на рубашке под ним. Он мог бы сдёрнуть её магией, но не делает этого. Он двигается нарочито медленно — хочет, чтобы я ждала, чтобы смотрела.

— Ты хоть представляешь, на что я способен в худших своих проявлениях?

— Хочу узнать.

Он сбрасывает рубашку, обнажая знакомое рельефное тело с сухими мышцами и бледными полосами шрамов, которые я так хорошо знаю. Каэлис наклоняется и целует меня — глубоко, но мимолётно.

— Я хочу превозносить тебя, боготворить. Но вместе с тем хочу сломать тебя до основания. А теперь — раздвинь ноги.

Я повинуюсь.

Каэлис устраивается между моих бёдер. Он ведёт пальцем вниз по моей шее.

— Ты боишься моей силы?

— Нет.

— Многие назвали бы тебя круглой дурой за это.

— И всё же ты назовёшь меня «женой».

Он глухо рычит при одной этой мысли. От самого напоминания о том, кем мы когда-то могли стать — кем мы были в ином мире. И что нам ещё только предстоит вернуть.

Рыцарь Жезлов взмывает над его плечом, изгибается, переворачивается и взрывается. Из груди у меня вырывается резкий стон, когда по коже пробегает иссиня-чёрное пламя. Всё моё тело охвачено огнём. Но вовсе не боль заставляет меня судорожно сжиматься. Это наслаждение, не похожее ни на что из изведанного мною прежде.

Я заставляю себя распахнуть глаза, грудь тяжело вздымается. Моя обнажённая грудь. Не помню, чтобы он срывал с меня одежду, но, быть может, пламя просто сожгло её дотла. Всё тело пульсирует от неистового жара, между ног сочится влага. В мгновение ока я начинаю задыхаться, словно сука в течке, и не способна совладать с этим — да и не хочу.

Чистая, первозданная магия ворочается во мне. Глубже, чем язык, пальцы или член. Словно он пронзает насквозь саму мою душу.

— Вот так, — звучит голос Каэлиса, будто отдаваясь прямо у меня в голове. — Сдавайся. Подчинись. Позволь сделать тебя моей. Без остатка, без капли сомнения. Так, как я жаждал годами, но никогда не мог себе позволить.

Выносить его взгляд почти невыносимо. Осознавать, что он видит, как я извиваюсь, как стону и схожу с ума от жажды, хотя он даже не прикоснулся ко мне.

И всё же я хочу большего.

Каэлис манит меня жестом, и незримая сила отрывает моё тело от земли. Мои ладони находят его лицо, пальцы зарываются в волосы. Фиолетово-чёрное пламя пляшет по его телу, скользя по моей коже. И каждое его касание обращается чистым экстазом.

— Ты великолепен, — шепчу я, окончательно попав под его чары. Мы снова сидим, прижавшись грудью к груди. Мои руки оплетают его плечи. Я едва зависаю над ним, пока кончик его члена дразнит мой вход.

Его ладони сжимают мои ягодицы, и губы кривятся в порочной, едва заметной усмешке.

— Только ты могла счесть меня таковым, — выдыхает он, пока я обвиваю ногами его поясницу.

Каэлис опускает меня на себя — миллиметр за миллиметром. В тот же миг вокруг закручивается танец света, теней и пламени. Я ощущаю его не просто внутри своего тела плотью и силой, но в собственном разуме. Словно на долю секунды я начинаю видеть себя его глазами.

Я вижу, как запрокинута моя голова, пока он раскачивает моё тело вверх и вниз на своём члене. Вихрь силы, от которого мои глаза закатываются к затылку. Я физически чувствую то же, что и он: то, как мои узкие, тугие стенки идеально обволакивают его. То, как он неистово пульсирует ради меня.

Это куда более чувственно и развратно, чем всё, что я когда-либо могла вообразить.

И вдруг морок спадает. Я возвращаюсь в собственное сознание, когда он опрокидывает меня на постель. Его руки впиваются в мои бёдра, он ни на миг не выходит из меня. Он не прекращает своих толчков.

Схватив моё лицо и притянув к себе, Каэлис целует меня — глубоко, требовательно. С каждым его толчком перед глазами мелькает иной мир — его потаённые фантазии, должно быть, которые он так долго прятал от всех, а теперь разворачивает передо мной в предельно откровенных деталях. Я не просто созерцаю их внутренним взором — я ощущаю их кожей, будто нахожусь прямо там.

Я связана, мои бёдра широко разведены, на глазах повязка; меня бросили на какой-то неведомый алтарь, точно жертвенное подношение.

Я утопаю в шёлковых