Читать книгу - "Пробуждение пульса - Ксен Б. Корвин"

— Останься здесь, со мной, — прошептал он. — Правь вампирами вместе со мной. Ты поможешь мне избавиться от Кальмана. И тогда мне не придётся ослушаться Архитектора.

Его рука опустилась ниже, большой палец легко лёг на край нижней челюсти. Следующие слова прозвучали тихо, почти скорбно:

— Если присоединишься ко мне, мне не придётся тебя убивать.

Майя сидела рядом совершенно неподвижно и молчала. Зора надеялась, что так и останется. Стоило Балинту хотя бы двинуться в её сторону, и детектив погибла бы раньше, чем поняла, что происходит. Ни один человек не мог пережить нападение вампира, даже самого слабого. А Балинт слабым не был.

Зора расслабила плечи, позволила мышцам обмякнуть. А затем намеренно повернула лицо навстречу прохладной ладони Балинта, прижимаясь к ней щекой.

Он резко втянул воздух. Дыхание сбилось от невольного порыва, в котором смешались удовольствие и предвкушение.

— Ты прав, — прошептала она. Голос стал мягче, почти задумчивым. — Я действительно испытываю жажду насилия. Именно поэтому научилась ломать человеку любую кость, чтобы обездвижить его. И это ещё тогда, когда считала себя одной из людей.

Пальцы Балинта дрогнули на её щеке.

— Да-а, — выдохнул он, почти застонав.

Его голос был полон удовлетворения, предвкушения неизбежного, уверенности, что всё наконец складывается так, как должно.

— Но в отличие от тебя, — тихо произнесла Зора, — я ценю верность. И если уж кому-то её дарю, то не отступаюсь.

Перемена в его лице была едва заметной, но Зора уловила её: первая тень сомнения.

— Я верен, — возразил Балинт. Брови сошлись на переносице, в голосе зазвучали почти оправдательные нотки. — Верен! Процветанию вампирского рода. Возвышению вейров. Тому, чтобы мы наконец заняли своё законное место в мире.

Зора задумчиво хмыкнула.

— И ради этого нужно поработить людей.

Он нахмурился ещё сильнее, но ответил без малейших колебаний:

— Да.

Она склонила голову набок и широко, хищно ухмыльнулась.

— Ох, Балинт. Ты ведь совсем не подумал об этом, правда? При всей вашей силе, могуществе и самонадеянности людей всегда будет больше. Средневековье давно закончилось. Теперь войны ведутся совсем иначе. Думаешь, они просто лягут на спину и будут ждать, пока вы захватите власть?

Верхняя губа Балинта приподнялась, обнажив клыки.

— Мы умеем управлять сознанием. У нас больше денег, чем любой человек способен представить. Мы можем их подчинить. И подчиним! — Его голос становился всё громче, дыхание участилось, а всё тело буквально дрожало от фанатичного возбуждения.

Зора внимательно наблюдала за ним, замечая, как расширяются зрачки, как слегка приоткрываются губы, словно он ждёт, что она наконец что-нибудь скажет. Согласится с ним.

— Ты псих, — буднично заключила она.

Перемена произошла мгновенно. Все эмоции исчезли с его лица, словно их стёрли. Оно стало холодным и непроницаемым.

— Что ж, пусть будет так, — произнёс он.

Нож оказался у него в руке прежде, чем Зора заметила движение. В тусклом свете блеснуло серебристое лезвие и стремительно метнулось к её горлу.

Зора среагировала инстинктивно. Руки взлетели вверх. Здоровой ладонью она перехватила запястье Балинта, а сломанной со всей силы ударила его в живот.

Руку пронзила чудовищная боль. В раздробленном запястье раздался мерзкий влажный хруст, и по искалеченной конечности, словно раскалённая добела молния, прокатилась новая волна мучений. Зора закричала, но не отступила.

Удар лишил Балинта равновесия. Нож вылетел из его руки, ноги подкосились. Он пошатнулся, потрясённо распахнув глаза.

А затем всё разом взорвалось.

ГЛАВА 34

ЗОРА

Майя закричала.

Балинт зарычал, его глаза вспыхнули ярким ореховым светом.

Из груди Зоры вырвался рёв. Дикий, первобытный, не имевший ничего общего с человеческим голосом. Что-то внутри неё раскололось, распахнувшись настежь. По венам хлынула сила — обжигающая, безграничная, настолько огромная, что кожа едва могла её вместить. Мощь вырвалась наружу волной чистой энергии бездонной тьмы. Воздух задрожал от ударной волны, словно само пространство содрогнулось под действием чудовищного притяжения.

Её тени взорвались.

Они хлынули из неё неудержимым потоком, вырываясь изо рта, кожи, глаз и разворачиваясь в пространстве, словно живая буря из непроглядной тьмы.

Стоявшие ближе всех мужчины пошатнулись. Один из Холлош зарычал, пытаясь противопоставить её силе собственные тени, но те рассыпались в ничто, едва соприкоснувшись с извивающейся бездной, извергавшейся из Зоры.

В то же мгновение передняя часть склада взорвалась огнём, дымом и обломками. Металл с оглушительным скрежетом сминался и разлетался острыми осколками. Внутрь хлынула густая волна пыли, поглотившая помещение бурей разрушения.

И вместе с ней разрастались тени Зоры. Они были не просто продолжением её самой. Они и были ею. Вырвавшись из тела, они расползались, словно живые существа: чёрные щупальца извивались, скользили, тянулись во все стороны.

Голодные.

Кандалы на её ногах лопнули, словно были сделаны из масла. Металл пронзительно взвизгнул и разошёлся.

Через зияющий пролом в стене склада хлынули вампиры. Не меньше двадцати. Их тёмные силуэты проступали сквозь клубящуюся пыль. В следующее мгновение они столкнулись с людьми Балинта — его вампирами и Холлош. Воздух наполнился отвратительным лязгом металла, влажным хрустом ломающихся костей, глухими ударами сталкивающихся тел и воем тех, кто уже падал. Клинки свистели, зубы впивались в плоть, тени бурлили, а крики отражались от высоких стен огромного склада.

Но Зоре некогда было наблюдать за бойней.

Она вышла на охоту.

За Балинтом.

Его широко распахнутые глаза метались между чёрной массой энергии, бушевавшей вокруг неё, и кровавой схваткой у входа в склад. Затем он зарычал и сорвался с места с вампирской скоростью. Но бросился не к Зоре.

К Майе.

Без сомнения, он рассчитывал сбить Зору с толку, отвлечь её.

Однако она всё равно успела среагировать.

Тени пришли в движение раньше неё, устремившись вперёд, словно стая волков, настигавших добычу. Они обвились вокруг горла Балинта, оплели туловище и руку, в которой он сжимал подобранный нож. А затем резко рванули. Балинт оторвался от пола прежде, чем