Читать книгу - "Да, мой король - Елена Михалёва"

величественно произнесла королева-мать. – Последней волей моего возлюбленного супруга было короновать Карла и оказать вам особую честь, сделав при нём регентом. Не разочаруйте нас. Завтра утром вы примите присягу и получите благословение в Большом Соборе святого Клодиса перед лицом всего Атенлау. А теперь встаньте, герцог фон Шенборн. Я очень признательна вам, что вы возвратились столь быстро. Надеюсь, путешествие было лёгким, несмотря на неспокойное зимнее море.

– Меня немного задержали бродячие льды в Нивельском океане и дальний объездной пусть, – Ричард встал. – Но я слышал, что почти готов канал в Нижнем Оттенберге. Полагаю, эта проблема скоро разрешится.

– Именно так, – Джо медленно кивнула. – Герцог Зоммерштерн введёт вас в курс дел в королевстве столь подробно, что вы решите, будто вовсе не покидали Атенлау.

Ричард с почтением склонил голову. А когда снова поднял её, то увидел, как королева-мать передаёт Карла его няньке, потому что мальчик устал сидеть и начал хныкать.

– Отнесите короля в его покои и накормите, – велела Джования. – Я скоро приду. Но сначала покажу герцогу фон Шенборну завещание короля Вильгельма. Оно в королевском кабинете, – Джо снова окинула взором собравшихся. – Все могут быть свободны до обеда.

Нянька, фрейлины и принцесса Маргарита прошли мимо Ричарда. Он с улыбкой проводил глазами малыша. И обменялся тёплыми взглядами с Марго. А потом снова повернулся к королеве-матери и обомлел.

Джования поднялась с трона. Изумрудно-зелёный атлас платья обрисовал стройную фигуру и… подчеркнул аккуратный, слегка округлившийся животик, над которым красовался тонкий золотой поясок.

Губы Ричарда в изумлении приоткрылись.

– Моя королева, вы…

Он осёкся, поперхнувшись воздухом.

– Это последний подарок моего мужа, Ваша Светлость, – Джо ласково коснулась живота. – Настолько ценный, что мы не говорим о нём вслух, дабы не сглазить. Что же вы застыли, как статуя? Идёмте в кабинет, читать завещание. Альберт, будь добр, сопроводи нас.

Последней фразой Джования намекнула на то, что ей не нужны иные свидетели и посторонние уши. Возразить, как водится, никто не посмел.

В торжественном молчании троица проследовала в королевский кабинет, где за закрытой дверью Ричард скинул меховой плащ и опустился перед Джо на колени, не обращая никакого внимания на Альберта. Сам же гоффмейстер со всей присущей ему деликатностью забрал у Ричарда кожаную папку и отошёл с ней к окну, дабы пролистать её содержимое.

Шенборн не касался её. Не смел даже поцеловать руки. Он просто смотрел на Джованию снизу вверх. А она изучала глазами его лицо, такое дорогое и столь неуловимо изменившееся из-за отсутствия привычной бороды. Его ямочка на подбородке притягивала взгляд. Джо прежде не подозревала о её существовании.

– Будет мальчик, – вдруг, словно бы невпопад, произнёс он.

– С чего такой вывод? – на губах королевы расцвела прелестная улыбка.

Ричард воздержался от сказок про львиные шкуры и царей, посчитав их ребяческой глупостью, поэтому ответил:

– Я просто знаю.

Королева усмехнулась. Она тоже не смела коснуться мужчины перед собой. Но в её взгляде читалось достаточно ласки и преданности, чтобы он безошибочно уловил её настроение.

– Это неважно. Теперь уж точно неважно, – Джо понизила голос и прошептала вкрадчиво, как человек, который боится разреветься, если заговорит громче: – Я так рада, что ты вернулся живым. Эти месяцы оказались настоящим испытанием.

Ричард молча опустил голову.

Джования тоже не говорила более ничего.

И Альберт, закончив бегло просматривать привезённые бумаги, наконец, отложил папку на стол, а потом подошёл к Шенборну и похлопал его по плечу.

– Вставайте, мой друг, – велел он. – И лучше расскажите нам, как всё прошло в тот день.

Шенборн поднялся с колен. Он поведал обо всём, что случилось на лодке и после. Рассказал о том, как нырнул в последнюю секунду. Как доплыл в обжигающе ледяной воде до неприметной лодки рыбака Никлоса, и как тот потом отвёз его на пришвартованный за утёсом корабль. Ричард рассказал о плавании в Солверин и краткой встрече с Аннелин, которая передала ему нужные бумаги и старое письмо Вильгельма, в котором тот официально обещал руку Маргариты Ричарду. А после как Шенборн ожидал на одном из островов назначенного срока для возвращения в Линден. К тому времени к нему присоединились все члены его старой команды до последнего. Они привозили новости с материка, а Ричард слушал эти новости с жадностью. И особенно был счастлив, когда узнал, что коронация Карла прошла успешно.

Ему ужасно хотелось взять сына на руки, но для этого надлежало хотя бы сделаться его регентом.

* * *

Утром следующего дня одетый в строгий дублет с золотой цепью Ричард фон Шенборн принял присягу в зале для заседаний. Он подписал все бумаги, принёс клятвы верности и после поцеловал ручонку маленького короля. В ответ Карл звонко засмеялся и попытался ухватить своего регента за нос.

Затем Хальбурги, герцог фон Шенборн и весь их двор с торжественной процессией направились в Большой Собор святого Клодиса. Там в свете сотен свечей, пред ликом Господа Избавителя и, как и сказала Джования, на глазах у всего Атенлау регент получил благословение епископа.

Торжественная месса вышла длинной. В её конце Ричард обратился к народу со своей первой речью. Он вышел на тот самый балкон Собора, где однажды стоял в обличии законного монарха. Только теперь он держал на руках тепло укутанного Карла.

– Жители Атенлау, я, герцог Хаймайрский Ричард фон Шенборн, приветствую вас от лица законного короля Карла III Хальбурга, как его помазанный регент, – говорил он, а люди на площади внимали. – Я возвратился на родину не просто, как выполняющий приказ дворянин. Я здесь, чтобы продолжить политику нашего возлюбленного короля Вильгельма в том виде, какой он избрал её. Даю вам слово, что так и будет.

Последняя фраза потонула в шквале оваций и одобрительных возгласов.

И новым шквалом Ричарда фон Шенборна встретили уже во время праздничного застолья в тронном зале дворца.

Звучали тосты и пожелания. Каждый аристократ стремился отметиться, потому что практически все считали: Шенборн забыл абсолютно всех дворян за годы своего отсутствия. Но герцог Хаймарский порадовал всех настолько отменной памятью, что даже «случайно» узнал пару человек из тех, кого попросту видеть прежде не мог. Благо, никто этого не заметил. К тому времени собравшиеся успели принять на грудь и порядком развеселиться. Впрочем, Ричард решил не дожидаться, когда они напьются окончательно и взял слово.

Он встал с места и произнёс красивую, торжественную речь, чем