Читать книгу - "Да, мой король - Елена Михалёва"

из залива, но вода испарится, не оставив после себя ничего. И монументальный памятник остался пустой оболочкой.

Люди со страхом ожидали новых волнений. Но их не было. Начались суды и обличение предателей. Всех тех, кто погубил короля и чуть не погубил всё королевство своими деяниями. Судьи принимали решения беспристрастно и непреклонно. Но с учётом того, что верховным судьёй выбрали герцога Зоммерштерна, их исход был предрешён заранее.

Первым казнили Анселя Болдера на главной площади Линдена. Люди, узнав о его причастности к поджогу на бирже труда и его вине в гибели их близких, бросали в него гнилые овощи и выкрикивали проклятия так громко, что последние слова герцога Ламарского потонули в их криках. Следом за его головой полетели и другие. Работы палачам хватало.

Граф Вилберт фон Лоренц приехал в столицу сам, не дожидаясь, когда его вызовут. Он предоставил официальное признание в своём соучастии в подготовке к перевороту герцогу Зоммерштерну, а после просил аудиенции у королевы. Говорят, что он плакал, стоя на коленях, и целовал её руки, вымаливая прощение. Но Джования не стала выслушивать его исповедь слишком долго. Она с безразличием сказала, что муж давно простил его и принял раскаяние взамен на более верную службу, чем прежде. Однако, велела ему сложить обязанности адмирала и возвратиться в Нижний Оттенберг, где в ссылке на собственной земле он обязался головой отвечать за строительство канала. А затем Джования заметила, что ценит его мужество, с которым он решился на добровольное признание.

По слухам, Вилберт фон Лоренц передал королевской семье некие доказательства, указывающие на причастность Империи Квирет. Но публично этого так никто и не озвучил. Квиретцы не смели показать и носа. Их посол был учтив и подобострастен. Особенно в сравнении с послом Солверина, который в лепёшку готов был разбиться, чтобы поддержать Хальбургов. Военных столкновений и громких скандалов никто не желал.

Гоффмейстер занялся сменой малого совета. По согласованию с королевой, а также канцлером и маршалом, назначили новых адмирала, королевского сенешаля и обер-камергера из числа наиболее надёжных и проверенных людей.

Столица снова наполнилась аристократами всех сословий. Прибыли также и епископы. Заседание большого совета получилось столь многолюдным, что всех пришлось собрать в тронном зале, поставив рядами стулья и скамьи, как на театрализованном представлении. В первых рядах сидели главы духовенства в белоснежных одеяниях и главы малого совета. В зале можно было увидеть всех: от безутешной королевы-матери Матильды Хальбург до старшего Зоммерштерна, постаревшего и одряхлевшего отца королевы, которого ничто не остановило на пути к своим детям, даже злосчастная подагра. Здесь же присутствовала и герцогиня Изабелла фон Шенборн – стройная, как жердь и по-солверински сдержанная. Из всех неблизких родственников лишь ей Джования уделила особое внимание. Но на то имелась весьма веская причина.

В день заседания большого совета зачитывали завещание короля.

На пустом троне монарха сиротливо лежала корона.

Подле на троне королевы восседала Джования Августа Хальбург, затянутая в чёрный атлас и бархат. Её золотые волосы были уложены в тугую строгую причёску, увенчанную её любимой церемониальной короной с алыми рубинами. Но, безусловно, главным сокровищем оставался принц, которого она держала на руках.

Рядом с тронами стоял герцог Альберт Зоммерштерн. Именно он и зачитал собравшимся завещание почившего государя. С первого до последнего слова люди сидели, слушая с повышенным вниманием. Более всего, безусловно, дворян волновал вопрос престолонаследия и регентства при малолетнем принце Карле. Практически каждый полагал, что гоффмейстер назовёт именно своё имя, ибо все знали о том, сколь доверительными были их отношение в последнее время. Но завещание Вильгельма всех удивило.

– Законным наследником престола Атенлау признаю моего сына, Карла Вильгельма Хальбурга, – громко и торжественно зачитывал Альберт. – В случае моей смерти возлагаю заботу о нём на мою возлюбленную супругу, королеву Джованию Августу Хальбург. Предоставляю ей полное право присутствия на заседаниях малого совета. Королева также имеет право голоса и право наложения вето при решении любых внутренних и внешнеполитических вопросов. Коронацию принца Карла приказываю совершить сразу после моей смерти и оглашения данного завещания. До достижения им четырнадцатилетия и законной способности самостоятельно принимать решения на благо государства правящим регентом при нём назначаю герцога Хаймарского Ричарда фон Шенборна, как наиболее верного подданного короны. В случае моей смерти приказываю герцогу фон Шенборну незамедлительно возвратиться в Атенлау и приступить к исполнению своих обязанностей.

По залу пронёсся шёпот. Это заставило Джованию нахмуриться и жестом попросить брата прерваться.

– Кто-то несогласен с волей покойного короля? – её голос был строже, чем у инквизитора во время пытки.

– Ричарда фон Шенборна не видели в Атенлау уже лет шесть, – стушевался один из дворян. Он перешёптывался громче всех, и теперь королева смотрела именно на него взглядом удава, заприметившего кролика.

– И? – Джования поудобнее усадила сына у себя на коленях. Мальчик занимался тем, что мусолил посыпанную сахаром сушку.

Все головы повернулись к Изабелле фон Шеборн.

– Моя королева, я не могу знать, где сейчас находится мой сын, – женщина встала. Она глядела гордо, но без неприязни. Не пыталась оправдываться, но и не терялась. – Больше года назад он покинул Солверин, где служил послом, и отправился по другую сторону Нивельского океана, согласно приказу вашего покойного мужа, да будет земля ему пухом. С тех пор новостей от него не было.

– Нам это известно, – сухо ответила Джования. – Герцог фон Шенборн выполняет особое поручение короны. Но за ним пошлют сегодня же, раз таков приказ избранника Господа Избавителя нашего. Вы можете присесть, леди Изабелла. Уповаем на скорое возвращение герцога фон Шенборна во избежание нареканий, связанных с тем, что завещание монарха не исполнено по закону, – затем королева вновь повернулась к Альберту: – Продолжайте, Ваша Светлость.

И Альберт продолжил зачитывать последнюю волю короля Вильгельма III Хальбурга.

А уже на следующий день колокола по всему королевству звонили, приветствуя нового монарха.

Короля Карла III Хальбурга короновали в Большом Соборе святого Клодиса прямо на руках у матери. Королева Джования держала его. А герцогиня Изабелла фон Шенборн по её воле держала над мальчиком корону, когда её со всеми почестями возложил на маленькую голову епископ всея Атенлау. Конечно, громоздкий символ власти не мог физически удержаться на столь крошечной голове. Джования позвала именно леди Изабеллу, во всеуслышание сказав, что мать регента обязана помочь матери короля. Конечно, Изабелла сочла это за честь и не стала спорить.

Коронация прошла весьма гладко и торжественно, как и подобает любой коронации, что зачастую становится днём