Читать книгу - "Принц Мечей - Элис Кова"

— Каэлис… — начинаю я, но осекаюсь на полуслове, едва распахнув дверь.

Он не один.

Кровь стынет в жилах. Я собиралась строить против него заговоры и плести сети. Но никак не сталкиваться лицом к лицу.

Проклятый Равин.

Глава 58

Я мгновенно обращаюсь в камень. Тягучая ухмылка расползается по лицу Равина, точно лезвие, скользящее под кожей.

Стой. Стой. Не смей. Я способна мыслить лишь односложными приказами, которые хлестко отдаю сама себе.

Явившись прямо от постели Арины… только что воочию увидев отголоски мук, которым он ее подверг… я жажду стереть его в порошок.

В глазах Равина вспыхивает глумливое веселье, пока его взгляд мечется между мной и Каэлисом. Если я совершу возмездие прямо сейчас… я потеряю все. Каэлис могуществен, но даже он не способен замять гибель наследного принца. Сумей он это сделать — Равин давно был бы мертв.

— Скажи мне, дражайший брат, неужели преподаватели так часто выходят из твоих личных покоев, называя тебя просто по имени? — Взгляд Равина наконец пригвождает Каэлиса к месту. — Или эта… особенная?

Очень надеюсь, что краска на моих щеках, вспыхнувшая от бешенства при одном виде его рожи, сойдет за девичий румянец.

Каэлис откидывается на спинку кресла и небрежно роняет голову набок, с показным видом принимая такой вид, будто Равин только что сморозил величайшую глупость на свете.

— Когда тебя предают столь же безжалостно, как меня, существует лишь одно целительное средство. — Каэлис протягивает мне руку. Видя, что я не двигаюсь с места, он тянет вкрадчиво: — Подойди, все в порядке.

Правая нога. Левая нога. Расслабь плечи. Покачивай бедрами. Смущение, а не слепая ярость. Я командую себе на каждом шагу по направлению к нему.

Едва пальцы Каэлиса смыкаются на моей ладони, он резко тянет меня на себя. Я плюхаюсь к нему на колени с невольным тихим выдохом. Его вторая рука уже лежит на мне, уверенно поглаживая внешнюю сторону бедра вверх.

— Говорят, лучшее средство от одной женщины — другая женщина. — Каэлис прижимает меня к себе чуть крепче и наклоняется к самому лицу. — Доверься мне, — обжигает он дыханием мое ухо и демонстративно прикусывает мочку.

Равин издает звук отвращения, надменно смерив меня взглядом сверху вниз:

— Вот видишь, а я пытался тебя о нем предупредить. — В ответ Каэлис притягивает меня еще ближе, и Равин поднимается на ноги. — Я знал, что твои стандарты невысоки, брат, но чтобы путаться с собственным новым персоналом… Пожалуй, избавлю себя от этих живописных подробностей. Я заглянул лишь для того, чтобы посвятить тебя в новости о поисках твоей ненаглядной преступницы.

— Да плевать мне на нее, — бросает Каэлис, шипя с таким неприкрытым ядом, что даже я на долю секунды готова поверить, будто он меня ненавидит.

— Досадно, что тебе было не плевать, когда ты делил с ней ложе. — Глаза Равина стреляют в мою сторону, будто выискивая реакцию.

Хватка Каэлиса на мне каменеет, и я впиваюсь пальцами в него, удерживая принца на месте.

— Не забывай, где лежат твои истинные обязанности. — С этими словами Равин разворачивается и чеканит шаг к выходу.

Мы оба остаемся сидеть, содрогаясь и судорожно цепляясь друг за друга — удерживая друг друга от безумного порыва броситься следом и совершить непоправимую, чудовищную глупость.

— Меня тошнит от его лица, — едва ли не рычу я, убедившись, что он окончательно убрался.

— Добро пожаловать в мою жизнь.

— Зачем он приходил? Очередная облава на Академию?

— Нет, хвала небесам. — Руки Каэлиса наконец смягчают хватку. — У него было несколько поводов. Первый — предупредить меня о расстановке ищеек в городе накануне Вечера Отбора и Дня Монет.

— Он вдавался в подробности? — Я шевелюсь, но остаюсь сидеть у него на коленях. Его присутствие успокаивает и возвращает твердую почву под ноги, а главное — я до смерти боюсь, что, стоит мне встать, один из нас (или мы оба) сорвется в погоню за Равином.

— Не особо. А должен был?

— Нам это пригодится. — Я замираю на секунду, повинуясь старому инстинкту уличного недоверия. Но посвящать его в свои замыслы теперь оказывается проще, чем когда-либо. — Меня посвятят в Хранители Мира в День Монет. И сразу после этого я призову и направлю силу Мира — если карта Арины будет у нас.

— И как только мы вырвем подлинную Смерть из рук Равина, — добавляет он.

— Само собой. — Я киваю, захлебываясь внезапным уколом вины. Торопить события сейчас — значит лишь навлечь на себя подозрения. Держись намеченного пути, Клара. — Грегор скоро освободит семью Сайласа. Уверена, тогда он ее и отыщет. Кажется, у него появились надежные зацепки.

— Хорошо. — Каэлис кивает и отводит взгляд в сторону. — Но даже если все карты будут у нас, сначала потребуется сосуд.

— Я знаю. — Я молча держу его взгляд, ничего не добавляя, и этого оказывается достаточно.

У Каэлиса отвисает челюсть:

— Он у тебя. — Он произносит это не как вопрос, но я все равно подтверждаю догадку кивком. Его пальцы снова сжимают меня сильнее, и в его глазах вспыхивает чувство, которое я могу назвать лишь немой болью.

— В чем дело? — Я задумчиво касаюсь его щеки ладонью.

— Я бы отдал все, чтобы увидеть, как ты его создаешь. — Он качает головой. — Но это не имеет значения. Важно лишь то, что теперь он существует.

— Я оставила его у Хранителей Мира, — признаюсь я. Он мгновенно напрягается. — Мне нужно их доверие, а забрать его назад я смогу в любой момент без малейшего труда.

Он кивает. Я вижу, что ему претит мысль об артефакте вне моих рук, но, по крайней мере, он понимает мотивы:

— Я сделаю все возможное, чтобы занять городских ищеек в День Монет. Впрочем, они и так будут на взводе. Для обряда посвящения день выбран идеально.

— А какие еще были поводы для визита Равина? — спрашиваю я, вспомнив, что он упомянул сразу несколько причин.

— Мой отец теряет терпение.

Дурной знак, всегда дурной.

— Терпение в отношении чего именно?

— Ты сама знаешь. Ты просто надеешься, что ошиблась.

— Мир.

Каэлис едва заметно склоняет подбородок:

— Ему нужна Звезда.

Я в задумчивости прикусываю ноготь большого пальца. Именно Равин упрятал Арину в Халазар — действуя так в уверенности, что Каэлису неведомо ее местонахождение. А значит, с разрушением Халазара… На несколько секунд я напрочь выпадаю из реальности, прокручивая в голове роковые последствия этой мысли, и осознаю, что Каэлис удерживает меня, лишь когда возвращаюсь в настоящее.

— Они знают, что Арина выбралась из Халазара живой? — Мой голос падает до еле слышного шепота, скованный накатившим