Читать книгу - "Ваби-саби. Магия несовершенства - Нобуо Сузуки"

маленькой пиале слегка неправильной формы, я направился к горе, на которую можно подняться, и в тот же день побывал на Киригаминэ – это название переводится «пик горы во мгле». Начало пешего маршрута как раз рядом с музеем. Погода стояла ясная, так что, добравшись до самой высокой точки тропы, я разглядел гряду Японских Альп. Устроив привал на камушке, я съел онигири (рисовый шарик) и выпил немного зеленого чая.

На вершине горы мной овладели чувство ликования и ощущение связи с природой. В то же время память рисовала мне раку Коэцу Хонъами. В моем сердце чаша и природа Нагано – не два различных объекта, а некая часть единого впечатления.

У природы и искусства ваби-саби одна и та же сущность.

Архитектор ваби-саби

Два года назад я долго путешествовал по Европе. До изнеможения бродил по улицам старинных городов, восхищаясь фасадами зданий, где все продумано до мелочей.

Тем не менее в них преобладают прямые линии, изгибы появляются только в случае крайней необходимости. Ориентированная на совершенство европейская архитектура создает безукоризненные пространства, почти достойные богов.

Отголосок ваби-саби был мною замечен в церквях и соборах, как будто желавших вырваться за рамки ограничений и позволить себе определенную степень мистического безумства. Но только в Барселоне мне встретился художник, действительно соединяющий Запад с Востоком: Антонио Гауди.

Храм Святого Семейства, дом Мила, парк Гуэль соответствуют ваби-саби на все сто процентов.

Благодаря теллурическому облику с невообразимыми изгибами кажется, что храм, подобно вулкану или горе, возник из недр земли и сооружен не человеком, а самой природой.

У Гауди не было намерения превзойти природу – он создавал искусство, в котором раскрывается суть мира. Каталонский архитектор не собирался возводить нечто превосходящее божественное творение, навязывая тем самым миру свое эго.

То же самое мы наблюдаем в японских синтоистских святилищах и в буддистских храмах, которые, не навязывая ничего искусственного, встроены в окружающую природу. Я сравниваю святые места синтоизма и парк Гуэль, где природное и искусственное соединяются и становятся единым целым.

Возвращаясь к примеру с чашей, который нам помог пояснить ваби-саби, рассмотрим некоторые характерные для этой техники черты.

Органическая текстура, юуки текусуча 有機テクスチャ

Для чаш, созданных в технике раку, характерна натуральная текстура. Вид изделия меняется в зависимости от ракурса и расстояния, с которого смотришь.

Идеально ровные поверхности однородного цвета всегда одни и те же, смотришь ли ты на них с десяти сантиметров или с десяти метров. Ровное и идеальное существует лишь в неестественном мире.

Только произведения искусства с неидеальной органической текстурой можно отнести к ваби-саби. Нет ничего более привлекательного для нашего глаза, чем то, что выходит за рамки правильного, а самым скучным является монотонное.

Это касается не только зрения – от разнообразия восприимчивость других органов чувств тоже обостряется. Когда мы привыкаем к запаху, то перестаем его замечать. Если слушать раз за разом одну и ту же мелодию, она быстро надоест. Прикосновение человека, который раньше никогда вас не обнимал, вы ощутите иначе, чем объятия того, кто много лет рядом.

Нам свойственно ощущать с большей интенсивностью то, что меняется, то, в чем есть динамика. Органические текстуры и есть истинное проявление постоянных изменений.

Простота, кансо 簡素

Это эстетическое и духовное свойство позволяет получать оптимальные результаты с минимальными затратами. Оно приглашает расстаться с излишествами, с несущественным, чтобы осталось место для первостепенного.

Ничего не добавляй без крайней необходимости.

Чтобы достичь кансо, нужно исключить все лишнее – так прекрасная статуя избавляется от заключавшей ее в себе скалы, как от каменного кокона.

Простота – это высшая ступень утонченности. Как говорил Оскар Уайльд: «Простые удовольствия – последнее прибежище сложных натур». Действительно, существует прямая связь между простотой и изяществом.

Молодые поэты, например, пишут длиннейшие стихи, чтобы выразить вполне простую мысль. Из-за недостатка опыта и глубины они совершенно напрасно увязают в сложностях, а это указывает на отсутствие вкуса.

Поэт со стажем способен выразить нечто крайне сложное, смысл жизни например, тремя легкими штрихами хайку.

Асимметрия и неправильность, фукинсэй 不均整

Фукинсэй означает и асимметрию, и неправильность вообще. Обычно в качестве иллюстрации этой особенности искусства ваби-саби приводят круг Энсо.

Кругу Энсо, который изображают мастера каллиграфии, не свойственна симметрия, даже наоборот, в нем должна присутствовать естественность штриха. И это не замкнутый круг, поскольку он символизирует неполноту всего существующего. Полное соответствие ваби-саби. Асимметрия в хорошем исполнении, если в ней пребывает естественность, красива, поскольку лишь в состоянии покоя художник способен найти равновесие в хаосе – в этом и состоит сущность фукинсэй.

Естественность, сидзэн 自然

Японцу более красивым кажется то, что хранит отпечаток хода времени. Повреждения или несовершенства действительно отличают уникальное от заурядного. Это применимо как к морщинам и шрамам у человека, так и к ржавчине на чайнике или кастрюле.

Нечто естественное и непритязательное – это и есть ваби-саби.

Пожилая дама или мужчина с глубокими морщинами и юношеской улыбкой – максимальное проявление красоты в духе ваби-саби.

Ваби-саби своими руками

Согласно философии мингэй моего соотечественника Мунэёси Янаги все, что создается человеком, необязательно творческой профессии, находится вне категорий красивого и некрасивого.

Предлагаю вам, мои читатели, заняться изготовлением художественных изделий ваби-саби, следуя философии мингэй. Вот правила Мунэёси Янаги:

• Вещь должна быть сделана своими руками.

• Она должна быть сделана из дешевых материалов.

• Она должна быть такой, чтобы любой человек мог использовать или оценить ее.

• Она должна содержать что-то особенное, связанное с местностью, где была создана.

Вот что сделал я, исходя из наставлений Янаги:

1. Купил бывшую в употреблении деревянную доску.

2. Отшлифовал ее, чтобы подновить, а не чтобы избавить от царапин. Затем обработал поверхность так, чтобы была видна текстура и все изъяны. Таким образом, изюминкой моей деревянной подставки стал оказавшийся заметным сучок.

3. Разместил доску в углу комнаты с татами и поставил на нее небольшую вазу для цветов, которые я собрал в горах рядом с домом.

Так что мое маленькое произведение искусства в духе мингэй отвечает принципам ваби-саби: простота (кансо), естественность (сидзэн), асимметрия (фукинсэй) и органическая текстура (юуки текусуча).

Образы для медитации

Иду по родзи[19] к чайному домику.

Дорожка сужается по мере приближения

к дверям, за которыми меня ждет церемония.

Пока я двигаюсь вперед,

что-то меняется внутри меня.

Я все еще здесь, но в то же время

чувствую, что нахожусь в далеком краю,

хотя он рядом с моим сердцем.

Когда я наконец у цели и снимаю ботинки,

я не тот человек,

который пустился в путь по родзи.

2. Красота меланхолии

Положи свою душу мне на ладонь,чтобы я мог на нее смотретькак на драгоценный хрусталь.Я нарисую ее в словах.Ясунари Кавабата

Ваби-саби присутствует в чувстве грусти, соединяющем красоту и эфемерность жизни. Оно возникает, когда смотришь на осеннюю фотографию, при взгляде на деревья, стоящие без листвы; возвышенное переживание наполняет душу, и хотелось бы удержать его навсегда, но это невозможно.

Подобное доводилось испытывать