Читать книгу - "Ваби-саби. Магия несовершенства - Нобуо Сузуки"

отношений.А существует ли истина?

В знаменитом фильме Акиры Куросавы «Расёмон» 1950 года рассказывается необычная история, произошедшая в Киото в XII веке.

В лесу рядом с разрушенным храмом совершено убийство. В ходе расследования возникают четыре абсолютно разные версии развития событий: одну выдвигает жена покойного, вторую – разбойник, третью – единственный свидетель и последнюю при помощи женщины-медиума предлагает сам погибший.

Эти четыре истории настолько разнятся между собой, что в результате приходится сделать вывод о невозможности выявить правду.

В 1960-е годы приверженцы культуры хиппи и психоделии, вдохновленные индийским мистицизмом, пошли еще дальше, усомнившись в самом существовании реальности. В песне «Земляничные поля навсегда» группы «Битлз» есть слова: «Нет ничего реального, и не о чем беспокоиться».

Наконец, в XXI веке в финале картины Ким Ки Дука «Пустой дом» о призрачном мотоциклисте, который, пользуясь отъездом хозяев, живет в чужих квартирах, появляется такая фраза:

Трудно сказать, является ли мир, в котором мы живем,реальностью или сновидением.Стань лучшим несовершенным человеком в пределах возможного

Если у каждого из нас своя правда и мы не можем не усомниться в реальности, стоит ли обзаводиться неоспоримыми суждениями о том, каковы окружающие нас вещи и какими они должны быть?

Наверное, разумнее, следуя примеру древнегреческих мыслителей, согласиться с тем, что самый мудрый человек – тот, кто знает, что ничего не знает, поскольку в идее незнания заложено зерно будущего роста.

Рассматривая с позиций философии ваби-саби нашу жизнь, мы принимаем ее полную неопределенность, а также тайну наших собственных способностей.

Когда ребенок впервые садится за инструмент и касается пальцами клавиш, нельзя с уверенностью сказать, окажется ли увлечение недолгим, или со временем он станет виртуозным музыкантом и будет срывать овации в лучших концертных залах мира.

В этом и заключается магия человеческой природы, наделяющей нас глубоким несовершенством и в то же время широчайшими возможностями.

По этому поводу доктор Сёма Морита, современник Фрейда и создатель терапии, основанной на философии дзен-буддизма, говорил так:

Не воюй с самим собой. Начни действовать прямо сейчас, даже если ты – необоснованно – навесил на себя ярлык невротика, человека, полного несовершенств, прокрастинатора, лентяя и т. д. Иди вперед и стань лучшим несовершенным человеком в пределах возможного, начни претворять в жизнь то, что ты хочешь сделать, пока за тобой не пришла смерть.

Образы для медитации

Ветви кэяки[8] в моем саду

качаются утром от порывов ветра,

я хочу быть как это дерево:

хочу, чтобы корни были глубокими

и чтобы мои ветви гнулись,

когда на мою жизнь налетит

ветер.

4. Уроки природы

Удивительно это —

как ни в чем не бывало жить

под цветущей вишней!..

Исса Кобаяси[9]

В начале книги мы говорили, что природа – великий наставник философии ваби-саби, поскольку она вдохновляет красотой несовершенного, незавершенного и бренного.

Нет на свете ничего, полностью отвечающего правилам геометрии или симметрии, – все это выдумки человека. В природе неказистое или не соответствующее стандартам обладает своей особой красотой.

Человек одержим идеей завершенных дел и произведений, но природа – это постоянный рабочий процесс (work in progress), как и жизнь человека, пока он не покинет этот мир.

Нет ничего нетленного, вечен только цикл рождений и смертей. Жизнь без конца обновляется, и мы вместе с ней – как внешне, так и внутренне.

Природа – великий учитель, но мы так от нее отдалились, что позабыли ее скромные уроки. Попробуем к ним вернуться с помощью дневников отшельников.

Заметки о ленивой философии

Один из японских текстов, наилучшим образом отражающих дух ваби-саби, – это «Записки от скуки», созданные в 1330–1332 годах монахом Ёсидой Кэнко. Он делал дневниковые записи на обрывках бумаги и прикреплял их к стенам своей хижины.

Рассказывают, что много лет спустя его друг, бережно сняв листки, собрал 243 фрагмента и спас одно из самых вдохновенных произведений японской литературы.

«Записки от скуки», или Цурэдзурэгуса – о скоротечности всего сущего. В них запечатлены характерные для дзена простота, скромность, естественность. Они призывают читателя почувствовать дыхание жизни, а для этого погрузиться в созерцание природы и размышления.

Обратимся к отдельным фрагментам этого удивительного сочинения, передающим суть ваби-саби:

Вообще, что ни возьми, собирать части в единое целое нехорошо. Интересно, когда что-либо не закончено и так оставлено, – это вызывает ощущение долговечности жизни[10].

В противовес современной одержимости порядком (не компенсирует ли она внутренний разлад?) живший в XIV веке монах восхвалял незавершенное:

Один человек сказал как-то: «Даже при строительстве императорского дворца одно место специально оставили незаконченным». В буддийских и иных сочинениях, написанных древними мудрецами, тоже очень много недостающих глав и разделов.

В обычной жизни также есть место незавершенности и беспорядку – ведь никогда не знаешь, что может приключиться, но для Ёсиды Кэнко это достоинство, а не недостаток:

В мире замечательно именно непостоянство.

Такие важные составляющие ваби-саби, как бедность и аскетизм, нашли отражение в «Записках от скуки», автор которых напоминает о том, что древние мудрецы были равнодушны к материальным благам, и приводит в качестве примера крайний аскетизм китайского отшельника Сюй Ю:

У него не было ничего – никакого имущества, он даже воду пил, зачерпывая ладонями. Увидев это, кто-то принес ему сосуд из тыквы, но однажды, когда мудрец повесил его на сучок, сосуд загудел под ветром. Сюй Ю выбросил его, сказав: «Как он докучлив!» И опять стал пить воду, зачерпывая ладонями. Как же, наверное, ясно было у него на душе!

Ёсида Кэнко повествует еще об одном таком же свободном человеке, который, находясь в заключении, утверждал, что в день смерти ему будет тяжело расстаться только с небом.

Гимн жизни, созданный в лачуге

«Записки от скуки» – классический образец жанра дзуйхицу, спонтанных записей о чем угодно, который в XI веке ввела в обиход Сэй Сёнагон, автор «Записок у изголовья», повествующих о том, как она проводила дни при дворе императрицы.

Еще одно знаковое произведение, написанное в форме дневника, – Ходзёки, или «Гимн жизни, созданный в лачуге», как иногда переводят это название[11]. В появившемся в 1212 году тексте поэт-отшельник Камо-но Тёмэй описывает свою жизнь в трехметровой хижине, из которой он наблюдал за природой и за всем, что происходит вокруг.

Начало этого небольшого эссе приобрело огромную популярность в японской литературе. Вот как здесь говорится о ходе времени и о недолговечности жизни:

Струи уходящей реки… они непрерывны; но они – все не те же, прежние воды. По заводям плавающие пузырьки пены… они то исчезнут, то свяжутся вновь; но долго пробыть – не дано им[12].

Рассказ Камо-но Тёмэя – подтверждение того, что ему удавалось жить, строго придерживаясь ваби-саби:

Теперь же у меня уединенное существование, маленький шалаш; и я люблю их.

Когда случится мне заходить в столицу, мне стыдно, что я – нищий-монах; но когда по возвращении я сижу здесь у себя, я сожалею о тех, кто так