Читать книгу - "Психология для чайников - Адам Кэш"

ценить свой вклад в терапию и приписывать успех собственным усилиям (в противоположность усилиям терапевта). Креативность в решении проблем тоже помогает. Выдвижение собственных идей и решений способствует процессу терапии.

Терапевтические отношения

Если вы вдруг подумали, что все зависит от клиента, исследования в области психотерапии напоминают нам о критической важности отношений между терапевтом и клиентом. Это, как правило, называют терапевтическим альянсом. Намерение терапевта прислушиваться к клиенту, ставить опыт клиента выше своего, запрашивать обратную связь о терапевтическом взаимодействии, избегать критики и интересоваться у клиента о том, что ему кажется наиболее полезным, – все это мощные факторы, способствующие успеху терапии.

Возможно, трудно представить, чтобы психотерапевт мог вести себя как-то иначе. Однако я вас удивлю. Представьте, что кто-то приходит к психотерапевту из-за того, что у него умерла собака, а психотерапевт говорит ему, что «настоящей» проблемой является его брак. Это вполне может быть так, но клиент пришел, потому что у него умерла собака. Звучит нелепо? И все же это правдивая история. И нет, я не был тем психотерапевтом.

Это пример газлайтинга, представляющий собой наглядный контраст с продуктивными подходами, перечисленными ранее. По сути, терапевт подставляет своих клиентов под удар, когда заставляет их сомневаться в себе, утверждая, что их восприятие неточно, что они «на самом деле не знают», а терапевт «знает» лучше. В лучшем случае это покровительственный подход, в худшем – манипулятивный, но определенно наносящий ущерб.

Клиент и терапевт должны иметь одинаковые цели, выработать единое мнение относительно того, как их достичь и над чем работать, чувствовать связь друг с другом на протяжении этого процесса.

Терапевтические отношения укрепляются благодаря эмпатии. Эмпатия – мощный связующий элемент человеческих отношений. Она может вывести человека из изоляции к общению. Это мост. Карл Роджерс, известный психолог, определяет эмпатию как «сенситивную способность терапевта, его готовность понимать мысли, чувства и трудности клиентов с их точки зрения». Психотерапевт должен работать над тем, чтобы по-настоящему понять своего клиента, озвучивать свои попытки сделать это, даже если в какой-то момент он клиента не понимает. Это не значит, что психотерапевты должны «притворяться». Это означает, что они должны стараться понять, демонстрировать свое стремление и прилагать усилия.

Некоторые представляют себе психотерапевта человеком, который просто сидит, держа в руке ручку, кивает, делает пометки и говорит: «Ага. Ага. Расскажите мне об этом подробнее». Что ж, и такое возможно. Но исследования показывают, что психотерапевты, которые дают обратную связь своим клиентам, обращая их внимание на какое-то поведение и его последствия, имеют более прочный терапевтический альянс.

Как правило, обратная связь бывает эффективной, если психотерапевт подготовит к этому клиента (например, «Могу ли я прокомментировать это?»), объяснив цель обратной связи, предоставив положительную обратную связь наряду с отрицательной, демонстрируя при этом поддержку и действуя в подходящем ситуации темпе. Мой психотерапевт-супервайзер сформулировал это так: «Все дело в такте, дозировке и тайминге».

Основные психотерапевтические школы

Как я уже говорил ранее в этой главе, существует множество видов терапий. Джеймс Прохазка и Джон Норкросс в книге «Системы психотерапии – транстеоретический подход», 9-е издание[14] (Systems of Psychotherapy – A Transtheoretical Approach, 9th Edition), выделяют 15 различных психотерапевтических «школ» с индивидуальными подходами к каждой из перечисленных категорий.

Основная тенденция, по-видимому, заключается в отказе от унифицированного подхода «один размер для всех». Некоторые «размеры» действительно «подходят всем», например этичность терапии и универсальные факторы. Но в остальном «подбор размера» требует более индивидуального подхода. Это требует того, чтобы психотерапевт был более гибким в своих подходах к клиентам, что, в свою очередь, приводит нас к вопросу специализации терапии под решение конкретных проблем.

У некоторых психотерапевтов в арсенале есть инструменты для решения практически любой проблемы (для одной – одни, для другой – другие). Это «терапевт-мастер». У других терапевтов может быть меньше инструментов, но они четко заточены и эффективны для решения конкретной проблемы. Это «терапевт-специалист». Есть и третий вид. У некоторых терапевтов может быть небольшой набор инструментов или даже один инструмент для решения широкого круга проблем. Такой терапевт – «мастер на все руки». Я понимаю, что ярлык «мастер на все руки» может иметь негативный оттенок. Но я не имею в виду, что такого психотерапевта следует избегать. Эти психотерапевты могут быть чрезвычайно эффективны при решении целого ряда проблем, даже если они не являются «мастерами» или «специалистами». На самом деле можно утверждать, что «мастеров» не существует. «Мастер» всех расстройств и всех методов лечения подобен единорогу. Мы хотим, чтобы они существовали в реальности, но пока никто такого не нашел. Большинство психотерапевтов все же либо «специалисты», либо нечто посередине.

В этом разделе я расскажу о методах, предлагаемых некоторыми основными школами психотерапии. Рассматривайте их как инструменты для широкого применения, из арсенала «мастера на все руки». Эти терапевтические подходы используются для решения широкого спектра проблем, от депрессии и тревоги до проблем во взаимоотношениях. Большинство людей, которые обращаются к психотерапевту, обращаются к «когнитивному терапевту» или «терапевту по межличностным отношениям», а не к «терапевту, специализирующемуся на проблеме X». В этом смысле психотерапевтическая практика отличается от медицинской. У большинства психотерапевтов есть «школа», к ней они сначала присоединяются, а затем специализируются в этом направлении. В медицине «школа» – это сама медицина, а специальности отражают конкретные проблемы или категории проблем, связанные с системами организма, такими как болезни сердца, эндокринные или неврологические заболевания. Конечно, существуют специфические методы лечения конкретных проблем, сформированные в результате исследований, но даже они объединяются в рамках основной школы или общего подхода.

Психодинамическая психотерапия

В 1920-х годах психоаналитик Гарри Стэк Салливан привнес в классический психоанализ Зигмунда Фрейда межличностный подход, делающий упор на реальную динамику взаимоотношений между пациентом и психоаналитиком. Если у Фрейда в центре внимания было то, что происходило в глубинах бессознательного пациента, то в центре внимания межличностно-ориентированных психоаналитиков оказалось то, что происходило в отношениях реального взаимодействия. Этот межличностный подход стал известен как психодинамическая психотерапия. (Подробнее о классическом психоанализе читайте во врезке «Давайте проанализируем это!».)

В основе психодинамической терапии лежит психоаналитическая теория, которая обеспечивает теоретическую основу для понимания проблем клиента и определения того, как с ними работать.

Один из главных постулатов психодинамической терапии – существование бессознательного, которое является частью нашего сознания, однако лежит вне пределов нашей осознанности, но при этом осуществляет контроль за нашим поведением. Это очень важно для терапии, поскольку психотерапевт может помочь клиенту получить доступ к бессознательным мыслям, чувствам и воспоминаниям, чтобы помочь ему нейтрализовать