Читать книгу - "Код Месины - Мария Энгстранд"

Вероятно, он был знаком с последней семьей, жившей в замке Нэс, – продолжал он. – Кажется, те самые, у которых умерли все дети, помнишь?

Я покачала головой. Семья Берг, владевшая замком Нэс давным-давно, когда еще только строилась железная дорога, продала его человеку по фамилии Саломон. Он красиво обставил замок, чтобы переехать туда с женой. Но бедная жена умерла, так и не успев насладиться новосельем. Неужели Орест не слушал, когда мы были там с классом в прошлом году?

– Последний владелец замка создал здесь, в Нэсе, школу для учителей ручного труда. Она стала известна во всем мире. Стараясь сохранить ее и дальше, он распорядился оставить замок в том виде, в каком он был, и не продавать его, – пояснила я.

Школа для учителей ручного труда. Последний хозяин замка Нэс действительно заботился о памяти прошлых лет. Ремёсла, традиции и все такое…

– Но Аксель не обязательно знал его лично. Может быть, он просто поставил туда фонограф. Если он хотел, чтобы кто-то его там обнаружил, если это подсказка… Подожди, Орест, что-то тут не сходится!

Орест посмотрел на меня.

– Просто совсем не сходится! Мы нашли сообщение у мельницы в Хиллефорсе, но там ни слова не сказано о третьей части и ничего – о том, где искать дальше. И это сообщение от Акселя в фонографе – оно никак не связано с тем, что мы нашли в Хиллефорсе. Аксель искал третью часть и фрёкен Сильвию. Может быть, в конце концов она все же вернулась в Лерум? Но где тогда третья часть? Наверное, мы что-то пропустили.

– Думаешь? – переспросил Орест. – Мне кажется, послание, которое мы обнаружили в Хиллефорсе, довольно четкое: надо просто опробовать астролябию в нужное время в нужном месте. То есть когда пересечение особенно мощное. Нужно только рассчитать, когда это произойдет, и найти это самое пересечение.

– Но ведь Сильвия сказала, что… – я запнулась. Сильвия намекнула мне, что мы должны использовать струну, и я чуть было не выпалила это. Но потом сообразила, что на Ореста все равно не произведет впечатления то, что Сильвия наговорила мне во сне. – Но ведь в пергаменте написано, что использовать астролябию без третьей части опасно ддя жизни, – произнесла я. – У нас ничего нет! То есть у нас есть астролябия, но мы не можем ею воспользоваться. Мы сбились со следа. А что, если верный след нашел Эйгир?! Может быть, третья часть уже у него в кармане. Наверное, этого достаточно, чтобы он смог использовать свою копию астролябии!

Накануне я как раз получила сообщение от Месины. Оно было кратким: «Как идут дела?»

А вдруг она написала так потому, что нашла третью часть?

Внезапно мне так сдавило ребра, словно сердце и легкие больше не помещались внутри. Я потащила за собой Ореста на экскурсию по замку Нэс. Мы оглядели всю мягкую мебель, все дубовые панели, ковры, и плевательницы, и кабинет, где когда-то обнаружили пишущую машинку. Все выглядело в точности так же, как в прошлый раз. Естественно, ведь менять что бы то ни было в обстановке не разрешалось.

Но сколько бы я ни вглядывалась, не могла найти никакой подсказки от Акселя. Никаких загадочных инициалов, вырезанных на дверных панелях. Никаких тайных стрелок на картинах.

Ничего. Совсем ничего.

41

Всю обратную дорогу от Нэса мы просидели в электричке молча.

В ушах у меня все еще звучал голос Акселя:

«Меня зовут Аксель Острём…» Я знаю, это всего лишь запись. Как фотография или видео. В этом нет ничего странного. И все же меня не покидало чувство, будто века слились и перемешались. Словно прежние времена где-то рядом, стоит руку протянуть. Я сижу в вагоне поезда и еду по рельсам, по которым когда-то ездил Аксель. И проезжал прямо вот здесь.

Орест размышлял над чем-то другим. Когда мы вышли на остановке «Аспедален», он сказал:

– Может быть, нам хватит примерного знания, где находится пересечение. Я буду продолжать свои вычисления. В документе из Хиллефорса было написано, что Луна и планеты выстроятся в ряд… Вероятно, можно получить более точные сведения, если все хорошенько рассчитать.

– Ноу нас по-прежнему нет третьей части, – нетерпеливо возразила я. – Даже если мы будем знать время и место, это не поможет. Мы все равно не можем использовать астролябию. Рискованно.

Мы шли вверх по улице Альмекэррсвеген. Я сердито поглядывала на Ореста. Почему он все время забывает о проблеме с третьей частью?

– Угу, – буркнул Орест. Но мне показалось, что он меня не услышал. Он замолчал, и мы успели пройти большой кусок пути, когда он наконец пробурчал: – Если мне удастся найти пересечение силовых линий и понять, как их усилить… тогда я мог бы измерить энергию. Исследовать ее. Доказать, что она существует. Я бы им показал…

«Им» – подозреваю, что это означает «всем нашим одноклассникам». Всем, кто смеялся, когда Орест мечтал о Нобелевской премии.

Прихватив с собой рунический посох и письма, мы пошли ко мне. Оресту требовался второй по хорошести мамин компьютер, чтобы рассчитать, где именно расположено пересечение. По крайней мере, так думал он сам.

Когда он его включил, в почтовом ящике директрисы звякнуло. Пришло новое сообщение от Эйгира всем его сторонникам:

Все готово.

Избранный ребенок будет в нужное время в нужном месте.

Сообщу о наших успехах после 30 апреля.

Сердце мое упало. Стало быть, у Эйгира уже есть все, что нужно.

– Это решает дело, – сказал Орест. – Эйгир попытается добраться до пересечения и еще постарается направить энергию в какой-то усилитель. Значит, мы должны сделать то же самое.

– Что ты имеешь в виду? – удивилась я.

– Мы пойдем туда сами. Ты, я и Электра. Наша астролябия должна работать получше, чем копия Эйгира. Вот только закончу расчеты, чтобы мы смогли найти нужное место, и тогда…

– Ты хочешь сказать, что Электра будет держать астролябию? Потому что она дитя с лозой?

Я просто ушам своим не поверила.

– Да, – нетерпеливо проговорил Орест. – Во всяком случае, надо попробовать. Или ее буду держать я… или ты. Думаю, это не принципиально. Мы только должны позаботиться…

– Но ведь это опасно для жизни! – закричала я. – Сильвия сказала мне, что надо использовать нужную струну…

– Сильвия так сказала? – Орест насмешливо уставился на меня. – Так ты и с Сильвией успела пообщаться?

– Нет, я… – пробормотала я. – Это было во сне… но и в пергаменте тоже сказано, что это опасно для жизни. Ты же не можешь допустить, чтобы Электра…

– А, так теперь ты еще и разговариваешь во сне? – продолжал Орест. – Может быть, погадаешь и на картах Таро, раз уж взялась за такое? Ты что, не понимаешь, что тут речь не о снах, а о вещах вполне реальных!

– Но ведь ты абсолютно не слушаешь! – выпалила я. – Ты совершенно безнадежный случай.

– Я безнадежный случай? – переспросил Орест. –