Читать книгу - "Право сильного - Юлия Арниева"

собой самостоятельно. А вас он все-таки слушается. К тому же мне вскоре придется снова отлучаться по делам, и я была бы гораздо спокойнее, зная, что вы присмотрите за ним и за Эдмундом.

Леди Уилкс помолчала и снова поправила перевязь, хотя та в этом вовсе не нуждалась, и я заметила, как постепенно разгладились напряженные складки возле ее рта. Наконец она повернулась ко мне и вздохнула с таким облегчением, что я окончательно убедилась: возвращаться в свой пустой дом ей хотелось ничуть не больше, чем мне ее отпускать.

— Что ж, если вы настаиваете, Катрин, пожалуй, я останусь. В конце концов, кто-то должен обыгрывать Артура в пикет. Иначе он окончательно уверится, что в этом доме ему нет равных.

Расстались мы у лестницы: леди Уилкс отправилась к себе отдохнуть, а я пошла разыскивать Артура.

Мужа я нашла в кабинете. Он сидел за письменным столом в халате, наброшенном поверх рубашки, с правой рукой на перевязи и пытался писать левой. Судя по двум словам, выведенным на чистом листе, и большой кляксе рядом с ними, дело продвигалось неважно. На краю стола стоял поднос с тостами, к которым граф, похоже, не притронулся.

— Я не расположен разговаривать, Катрин, — произнес он, продолжая мучить перо. — Если вы намерены уговаривать меня поесть, то Моррис уже испробовал все доводы, какие только сумел придумать, а Фентон даже позволил себе вздыхать у меня за спиной. Полагаю, на ближайшую неделю сочувствия с меня довольно.

— Я пришла не за этим, Артур. Мне нужна ваша помощь, и без вас я не справлюсь.

— Вы прекрасно справляетесь со всем самостоятельно, так что не стоит прибегать к подобным уловкам. А теперь, если позволите…

— Не позволю.

Я придвинула кресло и села напротив него. Артур недовольно покосился на меня, но перо не отложил, и я решила, что придется сразу перейти к делу, пока он не испортил еще один лист.

— Вчера я не стала рассказывать вам о том, что произошло со мной в Эппингском лесу. Но откладывать этот разговор больше нельзя.

Я начала с телеги, перегородившей тракт, и вооруженных всадников, поджидавших мою карету. Потом перешла к перестрелке, пленному, которого мы доставили к судье Хейлу, и его признанию, что убивать меня нападавшим не приказывали. Артур слушал молча и все еще держал в пальцах перо, с которого на бумагу упала вторая клякса. Когда я дошла до слов пленного, его левая рука с такой силой сжала подлокотник, что побелели костяшки пальцев.

— Фентон! — рявкнул он, едва я закончила, и потянулся к трости, прислоненной к столу. — Велите закладывать дорожную карету! Я еду в Эссекс. Этот щенок слишком долго напрашивался на хорошую порку.

Фентон, к счастью, его не услышал. Артур попытался подняться, неловко придерживая больную руку, и мне пришлось встать с кресла.

— Артур, я рассказала вам об этом вовсе не для того, чтобы вы с вывихнутым плечом помчались в Эссекс!

— А чего же вы ожидали? Что я стану сидеть здесь и ждать, пока они…

— Я рассчитывала, что вы не доставите Уолтеру такого удовольствия, — перебила я, на этот раз повысив голос. — Представьте, как разъяренный граф Хавершем врывается в дом своего кузена, размахивая тростью и обвиняя его в преступлениях, которых не может доказать. Уолтер будет оскорблен до глубины души, причем совершенно искренне, поскольку сам, скорее всего, ничего не знает. Дэвид оскорбится еще сильнее и разыграет невинность так убедительно, что вы, чего доброго, сами начнете сомневаться. А на следующий день весь Эссекс будет обсуждать, как старый граф после смерти невестки окончательно лишился рассудка.

Артур уже стоял, опираясь на трость, но после моих последних слов замер. Некоторое время он сердито разглядывал меня, затем все-таки вернулся в кресло.

— И что же вы предлагаете? Послать ему приглашение на обед?

— Счет, причем вполне законный. Уолтер несколько лет арендовал пустошь у тетфордского тракта и, судя по вашим книгам, ни разу за нее не заплатил. Шарлотта отвезет ему требование погасить задолженность, а заодно сможет осмотреться и выяснить, что происходит в доме Уолтера. Кто приезжает, с кем встречается Дэвид, не появились ли новые люди. Вы ведь знаете, насколько она наблюдательна. Наши подрядчики опасаются ее куда больше, чем меня.

— И вы намерены отправить молодую женщину в дом человека, которого подозреваете в покушении на вашу жизнь?

— Не одну, разумеется. С ней поедет охрана. К тому же у Шарлотты будет еще одно поручение: сообщить Дэвиду, что вскоре мы собираемся начать строительство на пустоши.

Артур нахмурился, но на этот раз не стал возражать, и я воспользовалась случаем, чтобы рассказать о разговоре с Фордом. О кораблях, приходивших из Америки в Линн и Уэллс, о сахаре и роме, за которые никто не платил пошлин, о сараях на пустоши и о человеке, руководившем всей этой торговлей, чье имя Форд пока не сумел установить.

Лишь услышав о сараях на своей земле, граф устало прикрыл глаза и провел здоровой рукой по лицу.

— И что намерен предпринять наш добрый сэр Ричард?

— Продолжить расследование и найти человека, который всем распоряжается. Но заниматься Дэвидом отдельно он не станет, и я не могу его за это упрекнуть. У Форда достаточно обязанностей перед короной, чтобы принимать на себя еще и заботу о нашей безопасности. До сих пор наши интересы совпадали, и мы охотно помогали друг другу, но было бы опрометчиво рассчитывать, что так будет продолжаться всегда. Он ищет людей, обкрадывающих казну, а я хочу, чтобы эти люди перестали угрожать моей семье. И ждать, пока он сочтет возможным заняться ими вплотную, я не намерена.

— Полагаю, у вас уже имеется план?

— Пока лишь его начало. С пустоши они ушли, но сама торговля никуда не делась, Форд в этом уверен. Следовательно, сахар и ром сейчас хранят где-то еще. Норт попробует выяснить, куда переместили склады. Наверняка найдутся возчики, которые перевозили бочки, работники, помогавшие разгружать суда, да и местные жители, которым платили за молчание. Столь большие партии товара невозможно перевезти и спрятать, не привлекая ничьего внимания.

— Допустим, Норт обнаружит эти склады. Что дальше? Вы намерены сообщить Форду?

— Нет. Я намерена лишить контрабандистов товара. Когда Норт установит, где находятся склады, пусть по окрестным деревням пройдет слух, что там лежат ничейные сахар и ром. И что все, что человек сумеет унести, останется у него.

Артур медленно