Читать книгу - "История террора 1792-1794 гг. Том четвертый - Луи Мортимер-Терно"

Феликс и Бодсон — для Эр-и-Луара, Сарты, Иль-и-Вилена;

Парис был придан Фрерону — для Мозеля;

Дюфур — Моморо, для Кальвадоса;

Франше — некоему Морену, для назначения, следы которого мы не смогли отыскать;

Наконец, Бийо-Варенн был отправлен в лагерь Шалона.

Из всех этих миссий самой важной была та, что была доверена последнему[126]. Поэтому он получил особые чрезвычайные полномочия и от генерального совета Коммуны, и от исполнительной власти.

[126]: См. то, что мы говорили об особой миссии Бийо-Варенна при армии Люкнера, книга XVI, § XI этого тома.

Вот их содержание:

4 сентября 1792 г.

Исполнительный совет постановляет, что г-н Бийо-Варенн, один из членов временного муниципалитета, будет отправлен в качестве комиссара исполнительной власти в Шалон, дабы возвестить там о прибытии солдат-граждан столицы, наблюдать за распоряжениями, сделанными для формирования армии, которая должна там собраться под командованием маршала Люкнера, питать гражданственность и любовь к свободе, ведущие войска на защиту свободы и равенства, переписываться с исполнительным советом и регулярно сообщать ему обо всех результатах своих наблюдений и вообще применять там свое рвение и таланты ко всем предметам общественной пользы.

5 сентября утром.

Генеральный совет, согласно своему постановлению о назначении двадцати четырех комиссаров для отправки в различные департаменты, дабы позаботиться обо всем, что касается общественного спасения, делегирует г-ну Бийо-Варенну, заместителю прокурора Коммуны, все полномочия, которые он сочтет нужными, и заранее одобряет все, что продиктует ему его мудрость в важной миссии, которая на него возложена.

Прочие муниципалы также получили поручение от исполнительной власти и паспорт от Коммуны.

Поручение гласило:

Поручение гражданину Сулесу.

Во имя Нации, временный исполнительный совет, в силу закона от 28 августа сего года и сегодняшнего решения, назначает гражданина Антуана-Проспера Сулеса, муниципального офицера, который был нам указан генеральным советом Парижской коммуны, для предъявления муниципалитетам, дистриктам и департаментам таких требований, какие он сочтет необходимыми для спасения отечества. В удостоверение чего мы подписали настоящий документ, к которому велели приложить государственную печать. В Париже, в третий день сентября 1792 года, в четвертый год свободы и первый год равенства.

СЕРВАН, РОЛАН, КЛАВЬЕР, ДАНТОН, МОНЖ, ЛЕБРЕН.

За совет,

ГРУВЕЛЬ, секретарь.

Паспорт, выданный тому же лицу Коммуной, был составлен в обычной форме; Коммуна стушевывалась, чтобы ввести в заблуждение департаментские власти, которые, быть может, не захотели бы принимать ее эмиссаров, если бы те явились только от ее имени.

МУНИЦИПАЛИТЕТ ПАРИЖА.

Пропустить господина Антуана-Проспера Сулеса, муниципального офицера Парижской коммуны, уроженца Авиза, департамент Марны, двадцати девяти лет, уполномоченного исполнительной властью отправиться в департаменты для блага общественного дела, и просим оказывать ему помощь и содействие в случае надобности.

Выдан в общинном доме Парижа, 4 сентября 1792 года, в IV год свободы и I год равенства.

ФЛАНШЕ, председатель; МЕЭ, секретарь-письмоводитель.

Оставалось лишь обеспечить комиссарам демагогии средства передвижения для отправки к месту назначения. Коммуна приняла по этому поводу весьма скорую меру, как доказывает ее постановление от 5 сентября:

Генеральный совет, заслушав прокурора Коммуны, постановляет, что мастерские господина Пандру, шорника, на улице Сен-Сен-Жермен, будут закрыты, и, поскольку у него нет патента, уполномочивает прокурора Коммуны объявить конфискацию всех находящихся там предметов.

Господа ......... комиссары, назначенные для

департаментов ......... уполномочиваются немедленно отправиться в путь и выбрать себе любой экипаж у господина Пандру.

Вслед за экипажами захватывали лошадей. По этой последней статье существовала специальная администрация и особые комиссары. Во главе этой администрации стоял бывший типографский рабочий, капитан роты добровольцев Сены-и-Уазы, будущий маршал Франции — Брюн. Дружба Дантона и Камиля Демулена доставила ему эти полугражданские-полувоенные функции, положившие начало его карьере. Реакция 1815 года, под ударами которой он погиб, хотела поразить в его лице по меньшей мере столько же протеже людей 1793 года, сколько лейтенанта Наполеона[127].

[127]: Мы отыскали три следующих документа по поводу особой миссии, порученной Брюну в сентябре 1792 года:

Мы, генеральный комиссар исполнительной власти на всем пространстве французской империи, поручаем гражданам Малле, Дюплесси, Бодену, Лефевру, Эриссану, Тюо, Буланже и Берре отправиться из Парижа в Фонтенбло для захвата там роскошных лошадей, которых требует спасение отечества, как верховых, так и каретных, с их упряжью, седлами, уздечками, постромками и прочими принадлежностями, необходимыми для их содержания, а также лишних повозок, годных для обозов по перевозке фуража и продовольствия для армии; уполномочиваем их, кроме того, производить обыск огнестрельного и иного оружия, в особенности охотничьих ружей; предписываем нашим братьям муниципальным офицерам

тех мест, где они будут проезжать, во имя нации и отечества в опасности, применить всю силу, которую дозволяет закон, для исполнения настоящего приказа, о чем будет составлен протокол, в коем будет сделано упоминание об опознании и приметах лошадей, каковой будет выдан владельцу и отослан нам в кратчайший срок.

Дано в нашем бюро генеральной комиссии исполнительной власти в Париже, сего ......... сентября, в IV год Свободы, I год Равенства.

Брюн, генеральный комиссар исполнительной власти.

——————————

МУНИЦИПАЛИТЕТ ПАРИЖА.

Мы уполномочиваем наших сограждан Малле, Дюплесси, Буланже, Бодена, Лефевра, Эриссана и Берре объездить окрестности Парижа на десять лье вокруг, в сопровождении шести жандармов, для захвата всех роскошных лошадей и лошадей, принадлежащих эмигрантам. Они составят протокол о захвате и приведут нам всех этих лошадей. В мэрии, сего ......... сентября 1792 года, в IV год Свободы.