Читать книгу - "История религий. Что нужно знать о каждой религии, прежде чем говорить о ней - Максим Михайлович Ткаченко"

Уже в самом начале эпоса мы сталкиваемся с двумя персонификациями первобытных вод хаоса. Под Апсу шумеры понимали мужское олицетворение «океана» подземных вод, ставшего позднее источником всей водной стихии земли. Тиямат[43] же представлялась женским образом соленых хаотичных вод.

Смешав свои воды, Апсу и Тиямат дали начало бытию. Из этого первобытного выходят пары богов: Лахму и Лахаму, Ану и Эа, а также Аншар и Кишар[44]. Молодые боги, «толпясь здесь и там, шум наводили и старшим мешали»[45]. Такое положение дел привело Апсу в раздражение, в результате чего он замыслил убийство своих детей, о чем сообщил Тиямат, сказав: «Мне нрав отвратителен их до безумья, ни днем не могу я покоя найти, ни сыскать его ночью. Давай отдохнем! Сокрушу я их нравы! Их всех уничтожу!»[46]

Тиямат, впрочем, крайне негативно восприняла предложенную супругом затею и воспротивилась. Текст не содержит точных и однозначных сведений, каким образом младшие боги узнали о замыслах отца, но это произошло. Вполне возможно, им сказала сама Тиямат. Так или иначе, но Апсу был погружен в глубокий сон, а бог Эа узурпировал власть.

Случившееся также не понравилось Тиямат. Желая сохранить жизнь младшим божествам, она продолжала при этом считать, что верховное место должен занимать ее супруг. В попытке свергнуть узурпатора с трона богиня создала могущественных хтонических чудовищ и вступила в битву с Эа. Со стороны младших богов выступил уже упоминавшийся нами Мардук.

Это божество, обладавшее весьма крупными конечностями и четырьмя головами и одевавшееся в солнечные лучи, описывается как одно из самых сильных и мудрых существ[47]. В ходе битвы Мардук убивает Тиямат, сокрушив череп и разорвав вены. Этот акт богоубийства станет началом творения видимого мира. Подобную концепцию мы еще встретим в древнем политеизме.

Неизвестный фотограф. Битва Мардука с Тиямат. Современная Мозаика. Передняя Азия

Из одной части убитой Мардук создал небо, усеяв его звездами и наделив законами существования. Из другой части была сотворена земля, а из глаз Тиямат вытекли реки Тигр и Евфрат. Так возник видимый мир, а божества признали Мардука своим царем. На этом основная канва космогонического повествования заканчивается.

Текст «Энума Элиш» послужил главным катализатором для переосмысления теологической концепции шумеро-аккадских верований, превратившихся в единую религию Вавилонского царства. Собственно, политический аспект также имеет место в содержательной части эпоса. Именно Вавилон назван даром и домом для воцарившегося Мардука.

Сама персона божества провозглашается верховной[48]. Этот концепт ясно виден из проповедуемой жрецами идеологии, согласно которой все остальные божества были объявлены воплощениями Мардука.

Нет веских причин полагать, что мы имеем дело с какой-то значительной и серьезной религиозной реформой, похожей на реформу египетского фараона Аменхотепа IV. Едва ли перед нами и прецедент зарождающегося монотеизма. Скорее всего, жесткая теологическая централизация вокруг Мардука является проекцией геополитической картины Двуречья[49].

Тем не менее новая богословская концепция весьма занимательна. Она фактически делает имя Мардука синонимом слова «бог», что ясно видно из имен божеств:

• Нинурта – Мардук земледелия

• Нергал – Мардук смерти

• Энлиль – Мардук власти

• Син – Мардук луны и звезд

• Адад – Мардук дождей.

Таким образом, перед нами открывается некая религиозно-философская связь первобытного обожествления сил природы, безусловно, зародившего политеизм, и самого политеизма, перешагнувшего собственные классические концепции и устремившегося, пусть и весьма опосредованно, в сторону поклонения единому богу.

Гильгамеш

Практически все когда-то слышали имя этого древнего шумерского правителя, жившего примерно в 2700–2600 годах до н. э. и ставшего героем одноименных аккадских мифологических сказаний и героических эпосов.

Главным литературным памятником, повествующим о Гильгамеше, является поэма «О всё видавшем» (аккад. сьйа нъагба имъуру), которая по праву считается одним из древнейших сохранившихся литературных произведений в мире.

Данный эпос представляет собой кодифицированный сборник различных сказаний, бытовавших в Двуречье на протяжении более полутора тысяч лет. Найденный в XIX веке в Ниневии текст, записанный убористой клинописью на 12 табличках, датируемых примерно 700 годом до н. э., пролил свет как на поэтическую составляющую шумеро-аккадских мифов, так и на элементы космогонической философии шумеров.

Приведем выдержки из эпоса для ознакомления с литературной стилистикой:

«О видевшем весь мир до его края,

О переплывшем все моря и горы перешедшем,

О победившем всех врагов бок о бок с другом,

О все премудрости постигшем, всё познавшем,

О том, кто скрытое узрел и тайное увидел,

О том, кто рассказал, что было до потопа[50],

Путями дальними он странствовал, но утомился.

И вот, рассказ о подвигах его на камне выбит»[51].

Как мы видим из вступительных строк, текст с самого начала описывает Гильгамеша как незаурядного человека. Действительно, разные мифы, в той или иной форме отраженные в эпосе, приписывали этому человеку различные подвиги. Так, он участвовал в военных походах и объединил многие рассеянные города-государства Двуречья, строил внушительные стены и оборонительные постройки, покорял разные народы, добывал диковинные ресурсы, а также многое другое.

Неудивительно, что позднейшая религиозная мысль обожествила Гильгамеша, сделав его владыкой подземного царства. Назвать данного персонажа богом даже в классическом политеистическом понимании всё же нельзя. Скорее, восприятие шумерами Гильгамеша отчасти имело сходство с древнегреческим культом героев (который возник, безусловно, гораздо позже). Сам эпос утверждает, что этот человек являлся богом «на две трети». Перед нами достаточно нетипичное деление. Наиболее часто в религиозной мысли различных народов мы встречаем богов или полубогов. Едва ли в других верованиях мы сможем найти кого-то, кто являлся бы богом на две трети.

Следует заметить, что именно со сказаний о Гильгамеше, фрагменты которых попадали, вероятно, в сопредельные государства, в религиозном письменном творчестве началось развитие непосредственно эпического стихосложения. Помимо всего прочего, ввиду своей древности эпос о Гильгамеше признаётся некоторыми исследователями в качестве образца протомифологических памятников[52].

Неизвестный фотограф. Гильгамеш. Рельеф фасада тронного зала дворца Саргона II в Хорсабаде

Вера и культы

Месопотамская религия практически не знает сакральных изображений, передающих сцены мифов и связанные с ними теологические концепции. Подавляющее большинство религиозного наследия передавалось литературным путем. Несмотря на раннее возникновение, цивилизация шумеров довела навык создания эпической сакральной литературы до совершенства.

Как мы уже знаем, центральной идеей большинства религий является достижение бессмертия. В этом плане вера народов Двуречья несколько отличается от своих ближайших по времени «родственников».

Многие аккадские тексты, в том числе и эпос о Гильгамеше, содержат в себе идею поиска источника бессмертия. Ничего подобного мы