Читать книгу - "В тени восьмиконечного креста. Мальтийский орден и его связи с Россией - Петр Стегний"

избытке имелись революционные памфлеты, наводнившие в то время Францию. Содержавшиеся в них разоблачения пороков королевского режима, скандального поведения Марии-Антуанетты (в том числе в связи с громким «процессом об ожерелье», в котором был прямо замешан дальний родственник великого магистра кардинал Луи де Роган) подтачивали веру рыцарей, особенно молодого поколения, в монархические идеалы.

С самого начала революции Роган предпочитал держаться подальше от французских дел. Когда в 1786 г. встал вопрос об участии в выборах Генеральных Штатов, он настаивал на том, что за Орденом должен быть признан статус нейтрального государства и члены его в выборах участвовать не должны. Французские рыцари не согласились с этим. Лишь после длительных дискуссий было решено, что они будут голосовать вместе с духовенством; новички, проходящие испытательный срок, — как дворяне, а оруженосцы — в составе представителей «третьего сословия».

Несмотря на все усилия Рогана, логика событий неумолимо втягивала Орден в самый эпицентр политической борьбы, развернувшейся во Франции. Давая показания на «процессе об ожерелье», Калиостро скомпрометировал не только великого магистра Пинто, но и всю деятельность Ордена. Выступая перед комиссией парламента, Калиостро заявил, что является его незаконнорожденным сыном. Он действительно был на Мальте незадолго до смерти Пинто. Великий магистр, тайно занимавшийся алхимией, обласкал Калиостро и поселил его в здании Кордегардии, находившемся рядом с дворцом. Считают, что Калиостро завоевал расположение Пинто, поставив в его присутствии несколько удачных алхимических опытов.

Во французских газетах между тем нарастала враждебная госпитальерам кампания. Еще 15 июля 1780 г. газета «Меркюр де Франс» опубликовала статью, в которой Орден осуждался за то, что не платит налогов со своих обширных владений во Франции. Рогану, заявившему протест министру иностранных дел Франции Вер-жену, удалось добиться того, что «Меркюр де Франс» извинилась перед госпитальерами. Однако после скандальных разоблачений Калиостро французские газетчики взяли реванш. В прессе появились многочисленные статьи, в которых перечислялись несметные богатства Ордена, указывалось на его бесполезность для Франции, давно уже поддерживающей нормальные отношения с Турцией.

Не на пользу Ордену шли и появившиеся в газетах спекуляции о том, что многие из его членов входят в зарубежные масонские ложи. К появлению этих слухов был вновь причастен знаменитый авантюрист Жозеф Бальзамо, более известный под именем Калиостро. После высылки из Франции он обосновался в Риме, где основал собственную масонскую ложу египетского ритуала с отделениями во Франции, Швейцарии и Италии. Калиостро с женой жил на площади Испании, в двух шагах от посольства Ордена Св. Иоанна. Он быстро познакомился с уже известным нам де Лорасом, послом Ордена в Риме, и вовлек его в масонские дела. Будучи уверен в том, что Калиостро, живший в Риме на широкую ногу, разгадал секрет философского камня, Лорас не нашел ничего лучшего, как пригласить знаменитого мага и чародея на Мальту. «Этот необычный человек, устав от бродячей жизни, готов обосноваться на Мальте, — писал он Рогану. — Если Ваше преосвященство соблаговолит обещать ему убежище и протекцию нашего правительства, его приезд на остров не потребует никаких расходов»[154]. Роган принял предложение с вежливым интересом, но без энтузиазма. Связи Калиостро с его дядей, кардиналом, все еще компрометировали великого магистра. К тому же Роган был слишком умен, чтобы верить в россказни о способности Калиостро превращать простые металлы в благородные и таким образом решить финансовые затруднения Ордена.

Осторожность Рогана оказалась совсем не лишней. Калиостро проводил собрания своей ложи в Риме почти открыто в ателье художника Луи Белля. К тому же он совершил оплошность: направил письмо в адрес Учредительного собрания, прося разрешения вернуться во Францию и описывая во всех деталях свою масонскую деятельность. Естественно, письмо было перехвачено Ватиканом. 27 декабря 1789 г. Калиостро был арестован и заключен в замок Св. Ангела. Аресту подверглись и члены его ложи, за исключением Лораса, причем дело это приобрело широкую огласку. Доломье, находившийся тогда в Риме, праздновал победу. Лорас действительно оказался в сложном положении: у него был произведен обыск, во время которого нашли компрометирующие посла документы. Переодевшись в чужое платье и без паспорта, Лорас бежал в Неаполь, откуда на первом корабле вернулся на Мальту. В Валетте его ждал ледяной прием со стороны Рогана: он считал, что Лорас скомпрометировал Орден больше, чем Калиостро.

Лорас был не единственным масоном среди госпитальеров. Первая масонская ложа была основана на острове в 1750 г. бальи де Коловратом. Члены ее собирались у шевалье де Шемезона. Сведения о деятельности масонов на Мальте отрывочны и недостаточны, однако несомненно, что глубоких корней их идеи в среде монашествующего католического рыцарства пустить не могли.

Летом 1789 г. Роган сделал все, чтобы не допустить участия рыцарей в работе Генеральных Штатов. Он по-прежнему настойчиво добивался признания за Орденом нейтрального статуса, чему открыто противились французские рыцари, считавшие себя прежде всего подданными короля. Несмотря на формальный запрет великого магистра, немалое число рыцарей все же приняли участие в работе Генеральных Штатов в составе делегации французского дворянства.

Тяжелый удар по интересам Ордена во Франции был нанесен в ночь с 4 на 5 августа 1789 г., когда Национальное собрание в обстановке всеобщего энтузиазма одобрило декрет о ликвидации всех феодальных привилегий, а король скрепил его своей подписью.

Начавшаяся в сентябре дискуссия о секуляризации церковной собственности становится вторым звеном в цепи событий, в результате которых Орден потерял 580 тыс. ливров дохода, ежегодно приносимых французскими командорствами[155].

Роган начинает отчаянную, но обреченную на провал борьбу. Разрабатываются планы подкупа членов Национального собрания. Посол Ордена в Париже Брийян идет на подлог. Использовав чистый бланк с подписью великого магистра, имевшийся в его распоряжении на экстренный случай, он направляет Людовику XVI от имени Рогана личное письмо, требуя исключения владений Ордена из числа церковных земель, подлежавших секуляризации. Обман раскрывается. 30 ноября подложное письмо Брийяна зачитывается в Национальном собрании, и один из его членов требует издания специального законодательного акта, запрещающего деятельность Мальтийского ордена во Франции. В Париже появляются новые памфлеты, направленные против госпитальеров. В Национальном собрании продолжаются бурные дебаты, показывающие, что французская буржуазия не видит для себя никаких выгод в продолжении деятельности Ордена.

Усталый и больной, не находящий ни в ком поддержки, Роган сопротивляется из последних сил. Однако французские власти принимают закон о лишении французской национальности всякого, кто принадлежит к иностранному религиозному ордену. Несмотря на то что Орден Св. Иоанна прямо не называется, ни у кого нет сомнения, что декрет направлен против него. Физические и моральные силы Рогана находятся на грани истощения. В 1791 г. великого магистра постигает апоплексический удар, от которого он вскоре оправляется, но правая рука его остается парализованной.